Саму себя не переспоришь, сколько ни старайся.
— Неут, неуту, — надулся котяра, только по какой причине я так и не поняла.
— Будешь Баюном, — сказочная тематика сама собой так и лезла в голову после всех сегодняшних потрясений. — Слушай, Баюн, а ты можешь проводить меня до кухни? Что-то боюсь я этого Ивана-царевича. Если еще у него и конь такой же белый и блестящий, то этого я точно не переживу.
— А чегоу егоу бояуться? — удивился кот, подобрев после того, как я ему дала имя. — Неу кусауется, неу ругауется, неу пьет, неу курит…
— Ты прям сватаешь меня за него, — недобро заметила я.
— Ну поуйдем, чтоу ли, — спрыгнул Баюн с кровати и направился к двери. — И остаувь, пожаулуйста, приу себе своуи инсинуации. Яу коут поруядочный и беуз всяуких заудних мыуслей.
— Сейчас, — сказала я, не собираясь пока покидать кресло. — Посижу еще немного, ноги трястись перестанут и пойдем. Порядочный он, — проворчала наблюдая за тем, как котяра уселся у двери, обвил лапы хвостом и состроил умильную мордочку. — Хоть портрет с него пиши.
— А тыу умеуешь? — оживился кот и блеснул зелеными глазищами.
— Неут, — ответила в его стиле и поднялась с кресла. — Пошли уже, натурщик.
— Жауль, — поскучнел кот и открыл дверь, подцепив ее когтями.
Скользнул котик в образовавшуюся щелку, но мне такого мизера маловато было, пришлось поработать ручками, потянуть дверь на себя. Сделала пару шагов на плохо слушающихся ногах по коридору, покосилась на стоящего статуей скелетика, внутренне содрогнулась от его несчастного вида, и прихрамывая потопала вслед за котом. Попутно оглядывала окрестности в поисках потерянного во время забега по квартире тапка. Тапок не находился, левой ступне было холодно, а настроение падало все ниже и ниже. Убью дедулю, собственными руками. Как есть придушу или еще чего плохого сделаю. Сидит, наверное, где-нибудь в своей спальне и ржет над бедной мной.
На кухне хлопотала Татьяна. Слаженно и быстро она перемещалась по замкнутому кругу: холодильник, плита, раковина и стол. На сковородках что-то шкворчало, в кастрюлях булькало и пахло умопомрачительно.
— Доброе утро, — поприветствовала меня кухарка.
— Доброе утро, Татьяна. Пахнет сногсшибательно! — восторженно закатила глаза, показывая как мой желудок впечатлил запах.
— Садись. Гречневую кашу будешь? — спросила она меня, приветливо улыбнувшись.
— Буду, еще как буду, — кивнула так, на всякий случай, вдруг меня не услышат.
Тарелка с кашей, кружка с молоком и булочки с изюмом примирили меня с сегодняшним утром. Баюн на кухню почему-то заходить не стал, чем меня очень удивил. Нетипично для котов мимо кухни проходить, когда из нее доносятся такие аппетитные запахи. Мелькнула мысль о лесе, за дверью, но я тут же задавила это воспоминание нездоровым оптимизмом, решив подумать о лесе и глазах после того, как психика придет в нормальное состояние.
— Татьяна, — обратилась я к кухарке после того, как насытилась и поблагодарила женщину за вкусный завтрак. — А у кого мне можно отпроситься, чтобы доехать до прежнего дома и разобраться со своими проблемами. Нужно решать вопрос с квартирой, притом срочно. У меня встреча на сегодня назначена.
— А скоро должен подъехать Вадим, — просветила меня Татьяна. — Он привезет и деньги, что должна тебе хозяйка и вещи, если таковые у тебя остались в квартире. Так что и ехать никуда не придется. Не бойся, Вадим честный малый. Никогда и копейки чужой не возьмет.
— Я и не боюсь, — ответила уныло.
Как-то не понравилась мне эта заботливость. И чем мне прикажете заниматься все время до вечера? Выспаться я выспалась. За дверь в одиночку соваться как-то страшно. Вот если бы охранники там проводили или экономка. Нет, не готова я повторить подвиг с внезапным побегом. Пока не готова. Как и спрашивать людей в квартире о скелете и коте. Охранники мне ночью недвусмысленно дали понять — они скелета не видят. И пусть для них станет неожиданностью моя внезапно поехавшая крыша, просвещать их в этом вопросе не стану.
Не особо этого желая выплыла из кухни и с тоской огляделась. Засиживаться и мешать кухарке своим грустным видом, не самый верный выбор. Поразмышляла о том, стоит ли идти искать свой потерянный тапок и решила, что хоть и есть вероятность заблудиться, но попробовать стоит. Ходить в одном тапке или совсем босиком… В таком-то дворце… И так неуютно себя чувствовала на кухне из-за этого, хоть и Татьяна, вроде не заметила моей боевой потери. Побрела куда глаза глядят, с опаской оглядываясь по сторонам. Но к моему удивлению было все тихо-мирно, даже скелетик куда-то задевался, как и кот. Поплутала я по коридорам и проходным комнатам прилично, но тапка так и не нашла. Плюнув на это дело, взяла курс на свою комнату. Она тоже плохо искалась, но, в отличие от тапка, все-таки нашлась, пусть и не сразу. Скелет нес вахту, молчаливо и грустно. Сердце дрогнуло, пожалела беднягу, но сказать ему что-либо просто не решилась. Не созрела я еще до дружбы со скелетами. Вот немного отойду от шока, поистерю в подушку, свыкнусь с мыслью… А там, глядишь, все мои глюки сами рассосутся или их вылечат в психушке.
В комнате с грустью огляделась, попеняв про себя на депрессивный интерьер. Глянула на сумку и так и не решилась ее распотрошить более основательно. Вдруг придется бежать в тот же темный лес и срочно. Лучше пусть вещи наготове будут. Подошла к окну, на подоконнике сиротливо расположился мой одинокий кактус.
— Полей меня, — пропищал он, глянув на меня огромными глазами.
— Мать моя женщина! — попятилась я от окна и плюхнулась в удачно подвернувшееся кресло.
Схватилась за сердце и несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула. Закрыла глаза, открыла и решительно уставилась на кактус. Тот и не подумал возвращаться к прежнему своему состоянию и снова попросил:
— Полей меня.
— Полью, обязательно полью, — прошептала я, сомнамбулой подымаясь из кресла.
В таком же невменяемом состоянии домчалась до кухни, налила, под удивленным взглядом Татьяны, в кружку воды и вернулась в комнату. Полила растение. Кактус похлопал длинными, игольчатыми ресничками и сказал:
— Спасибо.
Вежливый какой. А мне что делать с бегущей от меня крышей, позвольте спросить? На заплетающихся ногах добралась до кровати и плюхнулась поверх черного покрывала. И как мне жить дальше, скажите на милость? Я раньше и не подозревала, что нервы, оказывается, у меня аки стальные тросы. До сих пор не поседела, от всех потрясений. А точно не поседела? Задалась этим вопросом и подняла голову, собираясь прямо сейчас и проверить это в ванной. Утром, умываясь, как-то не сильно всматривалась в собственное отражение, и так знаю, что оно спозаранку бывает не очень. Теперь же срочно захотелось проверить. Но как захотелось, так и расхотелось. Я смотрела на нее, она смотрела на меня, а у меня перехватило горло и крика не получилось. Как я ни старалась.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
