Глупый вопрос вызывает легкое раздражение.
Почему ты думаешь, что я грущу? Ты меня даже не видишь.
Ответ приходит моментально.
Просто ты смайлики не ставишь;)
Его сообщение заставляет Данику усмехнуться. Тогда, в клубе, он вел себя как мрачный принц, а в переписках он дегенерат. Она печатает ответ.
:)))))))))))))))))))))))))))
Приходит уведомление о новом сообщении.
Вот так намного лучше. Какие планы на сегодня?:)
Ривер хочет встретиться с ней?
Д.: Никаких.
Р.: Разве?;)
Д.: Да.
Р.: Врешь;)
Д.: Есть предложения?
Р.: Ну, вообще, да:)
Его глупые смайлики раздражают Данику. Но что-то внутри заставляет сдержать волну гнева. Она не хочет его обидеть. Пусть улыбается столько, сколько ему угодно.
Д.: И какие?
Р.: Хочу позвать тебя прогуляться. Ты не против?:)
Она осматривается по сторонам, вздыхает и печатает ответ.
Нет.
Она хочет чего-то нового.
Р.: Отлично. Где тебе удобно встретиться?:)
Д.: Приходи в парк. Туда, где карусели.
Даника думает над тем, чтобы отправить готовое сообщение. Ей кажется, что чего-то тут не хватает. Добавляет в конце смайлик. Тупость, но раз парень привык к виртуальным улыбкам, то стоит подстраиваться под его привычки. Так поддерживать общение куда легче. Нужно уметь угождать. Главное – не увлекаться.
Сообщение отправлено.
Ответ от Ривера приходит моментально.
Увидимся там:)
Даника пишет последнее сообщение.
Ага:)
И шагает в сторону парка, даже не подозревая о том, что Ривер догадался о ее грусти не из-за отсутствия смайликов, которые он сам находил глупыми, а из-за того, что следил за ней.
– Это не так страшно, как кажется. Ты сможешь, – знакомый голос звучит за спиной.
Но обернувшись, Ривер никого не видит.
Призраки прошлого опять преследуют его.
Пора покончить с этим.
Глава восьмая
Лиловая вата тает в руках со скоростью света. Ветер дует, отчего длинные волосы постоянно задевают сахарное облако, мерзко липнут к пальцам и попадают в рот.
Даника нервничает. Она уже много раз пожалела о том, что купила ее. Хорошо хоть место удобное заняла – лавочку у маленького пруда. Карусели остались на соседнем берегу. Тут ее никто не найдет.
Солнце садится. Оно медленно тонет в горизонте, оставляя красно-оранжевые лучи и окрашивая маленькие облака.
Вокруг множество звуков: птицы, шум аттракционов, людские голоса, смех, крики, музыка. В одно мгновение все прерывается.
Летящий в небе самолет заглушает абсолютно все звуки. Даника закрывает глаза и наслаждается моментом. Ей нравится этот звук: он словно убивает все вокруг, но лишь на мгновение.
Внезапно чьи-то холодные ладони касаются ее лица, закрывая и без того закрытые глаза.
Несмотря на идиотизм, Данике нравится такое приветствие. В нем есть что-то приятное и таинственное.
– Я знаю, кто это. Только не помню твоего имени, – равнодушно говорит она и улыбается. Но Ривер этой улыбки не чувствует.
На самом деле ей совершенно не хочется его видеть. Может, поэтому она ушла так далеко?
– Такие, как ты, мало что запоминают, – приветливо отвечает он и присаживается рядом.
Даника смотрит на него, но ничего не говорит. Она знает, что он ждет от нее предсказуемого вопроса: «Такие, как я, – это какие?». Пусть ждет дальше. Ей наплевать на пустую болтовню.
– И все же я был прав: ты очень грустная сегодня или даже злая.
Данике кажется, что неразговорчивый бармен из клуба и этот неугомонный шутник – два разных человека. Первый привлекает ее, второй же вызывает неподдельное раздражение.
И если бы она не видела его в другом состоянии, то не задумываясь соврала бы, что ей срочно нужно идти домой, только бы избежать компании предсказуемого идиота.
Но Даника знает, что он может быть другим, и только это сдерживает ее.
– Ты решила игнорировать меня?
– Нет.
– Почему тогда молчишь?
– Я не молчу.
– А до этого молчала. – Он улыбается во весь рот.
Даника усмехается. Его актерская игра не впечатлит даже пятилетнего ребенка. Он хочет казаться тем, кем не является вовсе. Как минимум его выдают заплаканные глаза, которые никак не сочетаются с фальшивой улыбкой.
Ему плохо.
– Я просто не знаю, о чем говорить.
– Почему? – Он словно специально выводит на эмоции.
– Я тебя плохо знаю. Я стесняюсь, – объясняет она, опустив глаза. Может быть, и она плохая актриса, но все же доля смущения в ней присутствует.
Ривер вытаскивает из кармана пачку сигарет и зажигалку.
– Поэтому я тут. Чтобы мы лучше друг друга узнали. – Он закуривает сигарету и смахивает длинную челку с лица.
– Давно волосы начал красить? – спрашивает Даника, рассматривая его идеально черную шевелюру. У Ривера очень красивые волосы. Они выглядят такими шелковыми, словно у куклы. Их хочется потрогать.
– Я не крашу, – спокойно отвечает он.
– Это не твой родной цвет.
– Мой.
– Слишком яркий оттенок. Ты арабского происхождения? Или, быть может, азиат?
– Да иди ты к черту, – смеется Ривер, чуть не подавившись сигаретой. Этот смех искренний.
– Да или нет?
– Я похож на араба или азиата? – закинув ногу на ногу и разведя руками, спрашивает Ривер. Пепел от зажатой в пальцах сигареты медленно падает на асфальт.
Конечно, нет. Бледная, как снег, кожа, брови, покрашенные в тот же цвет, что и волосы, слишком аккуратный нос и голубой глаз выдают его. Он фальшивка, бегущая от самого себя, от воспоминаний, от сравнений с идеальным братом-близнецом, от всего, кем он был до того, как на целый месяц уснул. А проснувшись, узнал, что теперь сирота.
– Мне нравится такой цвет, можно я потрогаю? – спрашивает Даника.
Ривер кивает и придвигается ближе.
У Джетро тоже такие волосы. Но тот хотя бы не
