тупой, чтобы предлагать мне просыпаться по утрам с улыбкой?! Тебе никогда не понять, каково это – быть мной! Ты учишься на психолога и считаешь себя достаточно способной, чтобы учить жить других?! Я даже не хочу это слышать! Какие усилия могут быть, если меня в день по три раза долбит гребаная эпилепсия?! Эти жуткие кошмары не дают мне спать, меня даже таблетки не берут! Галлюцинации не отпускают, ты понимаешь, как я устал?! Да ни хера! Потому что ты – тупая шлюха! – кричит Ривер.
– Я знаю, что тебе плохо, но я же не обязана тянуть эти проблемы на себе! Я молодая и имею право на свободную жизнь! – голос Арианы срывается на визг.
– А я тебя заставляю быть моей сиделкой?! Я не инвалид и не нуждаюсь в том, чтобы ты не отходила от меня ни на секунду. Я только хотел нормальных, полноценных отношений, а не трахаться раз в неделю по выходным!
– Но я занята, и ты – тоже!
– Ну конечно, ты занята тусовками и бухлом. Это, разумеется, серьезное занятие. Ариана, мне ли не знать твое расписание? Ты работаешь тут вместе со мной, и мне не привыкать лицезреть тебя на пилоне или под потолком на полумесяце каждые среду и четверг. И учеба у тебя только четыре дня в неделю, и то утром. Что ты делаешь остальное время?! Избегаешь меня – вот что! – Ривер нервно сжимает ладони в кулаки.
– Да! Я избегаю тебя, потому что мне тяжело с тобой общаться! Час ты улыбаешься, веселишься, а потом как заведешь свою депрессивную шарманку, что мне и самой в петлю залезть хочется, только бы избавить себя от этого дерьма! – Ариана смахивает со стола два пустых бокала, которые с грохотом разбиваются.
– Хватит! Просто оставь меня! – закрыв уши ладонями, кричит Ривер.
Ненависть, жалость к самому себе, обида, опустошение, ирония и желание исчезнуть смешались в одну огромную кучу.
– Я только с радостью! Знал бы ты, как мне надоели твои перепады настроения и вечный поиск того, кто тебя понимает! – с сарказмом говорит Ариана.
– Я ненавижу тебя! Ненавижу!
В этот момент дверь в комнату открывается, и Индия с Эмилио становятся свидетелями скандального разрыва пары.
– Ребят, прекратите это сейчас же. У вас обоих целая ночь работы впереди, а вы с такого начали, – говорит Эмилио, пытаясь утихомирить пыл теперь уже бывших возлюбленных.
– Этот мудак меня так достал, сил больше нет! – не унимается Ариана, которую Эмилио чуть ли не силой вытягивает из комнаты, чтобы разрядить накаленную до предела обстановку.
– Пойдем, я тебе чего-нибудь налью, и ты успокоишься, ладно? – успокаивающе мурлычет он, уводя Ариану подальше от бывшего парня.
Индия остается наедине с Ривером, который тяжело дышит и смотрит в пустоту.
– Ты в порядке? – тихо спрашивает она.
– Да, все прекрасно, – отвечает Ривер, натянув на лицо фирменную фальшивую улыбку.
Ложь дается ему с трудом. Он закусывает нижнюю губу так сильно, что кровь тонкой струйкой течет по бледному подбородку.
Индия видит, как ему плохо, но не решается что-то сказать. Ривер хрупкий как хрусталь. Одно неверное слово, один неправильный жест – и он сломается. А собирать его по частям потом придется очень и очень долго. Даже когда это получится, долго он не продержится, ведь то, что разбилось однажды, трудно потом склеить вновь. Он всегда будет рассыпаться, снова и снова.
Индия часто наблюдает за Ривером и кое-что знает о нем. Но все эти детали не складываются в цельную картинку. Да, у него эпилепсия. Кажется, она появилась в детстве, после какого-то очень глупого случая. Родители погибли при неизвестных обстоятельствах. Сам Ривер рассказывал об автокатастрофе, но ему тогда и года не было, так что семью он плохо помнит и вырос с родственниками, которые окружили его заботой и любовью. Машине он предпочитает мотоцикл. Ривер любит тусовки, правда, никогда не употребляет алкоголь. Говорит, что у него наследственная непереносимость спиртного. Он много работает, потому что дома ему скучно. И вроде год назад родственники купили ему жилье, чтобы он мог иметь собственное личное пространство, чем он очень доволен.
Но все это кажется Индии чем-то слишком поверхностным. Она думает, что его история куда сложнее. Он улыбается, но в глазах у него темная пропасть. Он что-то активно обсуждает, но голос его слишком равнодушный, а вид задумчивый и временами печальный.
Ей так хочется узнать его ближе, а возможности нет. Индия желает разгадать загадку Ривера. Но как? Не станет же она расспрашивать о нем Ариану – та неправильно ее поймет. Да они никогда близко и не общались, чтобы делиться друг с другом такими вещами. Правда, теперь, после их с Ривером громкого расставания, по клубу наверняка поползут сплетни, и Индия невольно узнает обо всем, что скрывает привлекательный парень, внешне напоминающий мрачную версию Дориана Грея. Ривер смотрит на Индию, но ничего не говорит. Он глубоко дышит, чтобы успокоиться.
– Все хорошо. Может, помиритесь еще… – неловко говорит Индия.
– Никогда, – хрипло отвечает Ривер.
– Она нравится тебе?
– Нет.
– Прости, что спросила. Если все хорошо, я пойду?
– Почему ты сейчас такая робкая? – вдруг спрашивает Ривер.
– В каком смысле?
– В прямом. Сейчас ты выйдешь из этой комнаты и наденешь на лицо маску железной официантки, которая грубит пьяным посетителям и подгоняет Эмилио. А сейчас ты другая.
– Я просто не хочу тревожить тебя, – честно отвечает Индия.
Ривер молчит. Его накрывает очередная волна тьмы и печали. Но он знает, что не должен говорить об этом.
К сожалению, Индия видит его подавленное состояние. И больше всего на свете ей хочется утешить его.
Она делает несколько шагов навстречу Риверу. Дыхание подстраивается под такт шагов.
Раз.
Вдох.
Два.
Выдох.
Индия бережно заключает его в свои объятия. Они вовсе не романтичные, скорее, сестринские. Но родственное чувство испаряется, когда она ощущает его тепло и притягательный запах одеколона. Несмотря на подавленный внешний вид, внутри Ривера пылает огонь. Он не греет, а разрушает. Увы, этого Индия пока еще не поняла. Когда смерть столкнулась с
