В общем, одним словом, мечта, а не школа. Я бы сама не отказалась в такой поучиться.
Мне в первый же день после первого звонка поставили четыре урока. И домой я уже шла вымотанная, уставшая и выжатая как лимон. Но стоило мне войти внутрь квартиры, как на меня обрушился ураган, который тут же чуть ли не снёс меня с ног.
– Привет, солнышко моё! – я подхватила дочь на руки и закружила её в объятиях. Катюшка радостно заулыбалась и с такой силой сжала мою шею, что та чуть ли не отвалилась. Из комнаты показалась улыбающаяся Вера Ивановна.
– Добрый вечер, Оксаночка!
– Добрый, Вера Ивановна. Как вы тут? Справляетесь?
– Спрашиваешь ещё. Катюшка замечательный ребёнок! Мы с ней только недавно начали строить корабль. Подруга мне подарила деревянный конструктор, вот сидим, собираем.
Я посмотрела на довольную дочку, которая кивнула словам Веры Ивановны. Вообще, у моей Катюшки глаз намётан на людей, хотя она ещё и ребёнок. Моё солнышко чувствует людей, и если это плохой человек, она ни за что к нему не подойдёт. Сразу вспоминаю попытки мужа наладить контакт и поиграть с дочерью, но она всегда выбирала мою компанию, на что муж злился. А вот со своей новой няней Катя нашла общий язык сразу же. Вот бы мне такое чутьё, как у дочки. Глядишь, избежала бы многих проблем.
Я сняла обувь и вместе с дочерью на руках прошла в комнату, чтобы посмотреть, что там за конструктор такой. И увидела что весь пол завален маленькими деревянными палочками. А посередине комнаты стоит небольшая импровизированная сцена, на которой уже собрано дно того самого корабля.
– Ничего себе, а вы время зря не теряли. Покушать хотите?
– Нет, мы недавно только поужинали. Приготовили с Катюшкой овощное рагу и тебе оставили. Так что ты сама, девочка, поешь, а то вон какая худющая, а дочке мать здоровая нужна.
– Обязательно поем. Только немного отдохну и поем.
– Вот и хорошо. А я пойду. Провожать меня не нужно, дорогу знаю. Завтра приду так же утром.
Ещё раз поблагодарив женщину, мы с Катей проводили её до порога. Уложив спать дочь, я наконец-то смогла предоставить время себе. В первую очередь приняла горячий душ и поела. Рагу оказалось очень вкусным. После ужина я приступила к подготовке к завтрашнему дню. Расписывала темы занятий, и только ближе к полуночи я легла спать.
Глава 5
Таир
Мой рабочий день уже подходил к концу, когда в кабинет вломился без стука мой помощник с перепуганными глазами. Я вообще видел его первый раз таким напуганным и переполошённым. Жопа моя тут же почуяла что-то неладное.
– Таир Намикович, беда! – выпалил помощник, смотря мне в лицо.
– Ты конкретнее можешь сказать, что случилось?
– Ваш ресторан, который вы открыли неделю назад, он сгорел… – последние слова мужчина практически проглотил.
– Что? – я резко поднялся из-за стола, опираясь на столешницу. Внутри всё сжалось в тугой ком. Этого просто не может быть. Я не мог поверить своим ушам. Мой ресторан, в который я вложил чуть ли не треть своего бюджета, сгорел?
– Мне только что доложили, и я сразу же прибежал к вам. Пятеро сотрудников пострадали. Двое в реанимации.
– Как это произошло?
– Я сам ещё не знаю. Ахмед уже ждёт внизу.
– Понятно! – бросил я на ходу, хватая со стула своё пальто и выходя из кабинета.
Стоило мне хоть немного расслабиться, как всё полетело к чёрту. И вот что-то мне подсказывает, что это была отнюдь не случайность. В том году так же якобы по какой-то случайности сгорело два моих ангара, один за другим. А там был товар, который должны были через неделю переправлять через границу. И только я разобрался с этой потерей, как тут же сгорел ресторан? Да и хрен с этим зданием, меня больше волновало то, что пострадали люди.
И так всё навалилось одним разом, что я уже не знаю, за что браться. Светлана ещё мозг конкретно стала выносить. Мою жену будто бы подменили. Она стала просто невыносимой. Я никогда не замечал за ней такого скверного характера, как сейчас. Она стала срываться по пустякам и творить всякую херню, которая никак не оправдывает её действий и мыслей.
С неделю назад, например, она влетела в мой кабинет, когда я проводил очень важное совещание, и закатила мне истерику, что нашла дома женские трусы. На все уговоры, что мы поговорим дома, она отмахнулась и выставила меня идиотом. Я первый раз в жизни краснел и извинялся перед важными мне людьми. Закончив свой показной скандал перед не одним десятком важных и представительных людей, она просто молча закрыла дверь и ушла. А когда я вернулся вечером домой злой, то она сказала, что это её, мать твою, трусы. Она купила их месяц назад и забыла про них, а когда возвращалась домой, вдруг вспомнила. Я в тот момент думал, что убью её. Еле сдержал себя в руках.
Внедорожник Таира остановился недалеко от его бывшего ресторана, вместо которого уже была груда сожжённых развалин, покрытых белой пеной. От здания ничего не осталось. Даже восстанавливать нечего. Сгорело всё подчистую. Он вышел из машины и прошёл к обугленным остаткам здания, вокруг которого сновали журналисты, репортёры, полиция, пожарная. Машины скорой помощи уже не было. Видимо, уехали.
– Он здесь! Он здесь! – прокричал кто-то из толпы, и в сторону Таира побежала кучка людей, тыкающих ему в лицо камеры, диктофоны. Но охрана Салахова быстро всех оттеснила, взяв в плотное кольцо своего хозяина.
– Таир Намикович, что вы скажете по поводу случившегося? Это как-то связано с вашими покушениями, которые были восемь лет назад? – от этого вопроса его передёрнуло, но он не остановился.
– Таир Намикович, вы уже знаете о состоянии пострадавших и будете ли выплачивать компенсации?
– Это сделали ваши враги или просто случайность?
– Оставите ли вы это дело полиции или будете разбираться сами?
– Таир Намикович, ответьте на вопросы, пожалуйста. – Все вопросы лились, словно из рога изобилия. Таир пропускал слова журналистов мимо себя, но уже прекрасно знал, что к завтрашнему утру жёлтая пресса уже напечатает на первом развороте какую-нибудь гадость про него.
– Таир Намикович, а как состояние вашей жены после аварии? – этот вопрос прилетел так незаметно, что Таир на секунду остановился и стал взглядом выискивать того, кто его задал. Про какую ещё аварию он говорит?
– Босс, всё в порядке? – раздался рядом голос одного из охранников.
– Где моя жена?
– Не могу знать,
