границу пересекла орда насекомых. Стрелять по ним из автомата — такое себе развлечение, разве что пули зря потратить. Впрочем, плюс в данном действии всё же имелся. Подствольные фонари ярко осветили кишащую тёмную массу, которая выбралась на открытое место и вдруг приняла форму цифры. Не абы какой, а нашей, земной. Она продержалась секунду, а затем сменилась на следующую.
— Запоминай. — Я толкнул локтем ближайшего ко мне бойца и метнулся в палатку за планшетом.
Выудив устройство из рюкзака я снова выскочил на улицу и, развернув программу блокнота, принялся забивать в него цифры. Спустя какое-то время стало понятно, что комбинация повторяется уже по третьему кругу, и я оставил это занятие.
— И что это значит? — выкрикнул я. — Что это за цифры⁈
Ответом была тишина, что, впрочем, не удивительно: ведь звери не умеют разговаривать. С другой стороны, насекомые тоже строем не ходят. И уж тем более не принимают форму известных нам цифр. Именно на это я и надеялся, что они сейчас перестроятся в какое-нибудь слово, которое всё объяснит. Но вместо этого тёмная масса снова втянулась за невидимую границу, а спустя секунду звери бросились врассыпную, оставляя нас в полном недоумении.
Жухлый в очередной раз лениво зевнул и улёгся у моих ног. Но на этот раз я не поддался на провокацию. Сон как рукой сняло. Не уверен даже, что хоть кто-то из нас сможет сейчас лечь спать.
Из темноты появилась громадина боевого костюма и нависла надо мной, будто скала.
— Это что за херня сейчас произошла? — повторил свой вопрос Коробков.
— Хотел бы я знать, — буркнул я и уставился в экран планшета. — Какое-то послание.
— От кого?
— Скорее всего, от мутантов.
— И что это значит?
— Блядь, Короб, спроси чего полегче! — огрызнулся я.
— Ну-ка, дай глянуть, — попросил он, и я развернул к нему планшет. Капитан некоторое время рассматривал ряд цифр, а затем выдал очевидное: — Они вроде повторяются, нет?
— Вроде да, — пожал плечами я.
— На координаты похоже, — добавил он.
— Вбей в карту.
— Уже.
— И что там?
— Ничего, — ответил Коробков.
— Далеко от нас?
— Километров триста, но это ещё не всё.
— Ну ты будешь рожать, нет?
— Там море.
— В смысле — море?
— Блядь, в прямом! Точка попала на море. Около двух километров от берега.
— А если их местами поменять? — предложил я. — Я про широту с долготой.
— Да я понял, ща… — Коробков на некоторое время замолчал, подгоняя цифры. — Не, тоже какая-то херня получается: лес, деревья… Да смысл вообще их местами менять? Они бы тогда их в другом порядке показывали.
— Может, и так. — Я почесал макушку. — А может, это и не координаты.
— Ну и чё делаем-то?
— А почему ты постоянно у меня об этом спрашиваешь⁈ У тебя своих мозгов, что ли, нет?
— Не знаю, — ответил капитан и, раскрыв костюм, выбрался из него наружу. — Как-то само получается. Из нас двоих ты лучше всех знаешь древних и мутантов. Может, поэтому?
— Триста кэмэ, говоришь? — задумчиво переспросил я.
— Ага. И ещё два от берега, — добавил Коробков.
— Лодок у нас нет, оборудования для погружения — тоже, — продолжил мыслить вслух я. — Может, на побережье какие ответы получим?
— Как бы нам пизды не получить, — хмыкнул он.
— Ну, с этим мы как-нибудь разберёмся. Ладно, пусть люди разбивают лагерь, а мы проверим, что там такое. На вездеходе получится за два дня обернуться.
— Свадков! — заорал Короб, едва меня не оглушив. — Мухой сюда!
Глава 3
Внезапный выходной
Вездеход месил грязь, огромными колёсами с крупной нарезкой протектора. Казалось, он сейчас вот-вот выскочит из ловушки. Но нет, завязли мы крепко. Только брызги летят фонтаном, а машина лишь слегка покачивается взад-вперёд.
— Да ёбаный насрал! — взревел Коробков и, распахнув дверь, выглянул наружу. — «Пиздец, приплыли», называется.
Жухлый от чего-то решил, что капитан ругается именно на него, и испуганно прижал уши.
— Я тебе говорил: давай объедем. Так нет же, мы на вездеходе, — передразнил капитана я.
— Ой, да завались ты, — зло огрызнулся он. — На хер я вообще с тобой связался?
— Пф-ф-ф, — ухмыльнулся я. — Вылезай, неженка. Пойдём лебёдку цеплять.
Коробков тяжело вздохнул и зачем-то зажал нос, прежде чем нырнуть в жидкое месиво. Ушёл он примерно по пояс, но брызги поднял такие, что окатил себя с головы до ног. Я же предварительно сел на порог, а уже затем скользнул в объятие холодной жижи.
Коробков снова разразился матерной бранью, да так витиевато, что впору записывать, чем вызвал у меня кривую ухмылку.
Волчонок тоже попытался покинуть транспорт, но я не разрешил. Слишком уж здесь глубоко, да и толку от него в этой ситуации не будет. В ответ он немного поскулил и нервно поскоблил лапой пол, мол: я тоже хочу побегать.
— Эх, еба-ать! — протянул я, когда увидел капитана. — Вот ты свинота.
— Рот закрой — кишки простудишь, — буркнул Короб. — Лучше бы крючок достал.
— Так ты уже чумазый, — подметил я. — Вот и ныряй, не ной.
— Ох, где наша не пропадала? — произнёс он и, глубоко вдохнув, погрузился в грязищу по грудь.
Некоторое время он шарил там рукой, а затем распрямился и продемонстрировал крюк. А я в этот момент подумал, что мне, в общем-то, и не требовалось покидать салон. С другой стороны, подстраховать друг друга никогда лишним не будет. И едва эта мысль промелькнула, как Коробков сделал неосторожный шаг и, нелепо взмахнув руками, ушёл в грязь с головой.
— Да чтоб тебя… — выдохнул я и погрёб выручать приятеля.
Мне ошибочно показалось, будто он поскользнулся, но на деле всё оказалось куда хуже. Это месиво таило в себе ловушку в виде глубокой ямы. Пришлось и мне как следует извозиться, чтобы нащупать капитана.
Жухлый тут же зашёлся воем и принялся крутиться, словно его что-то сильно напугало и он пытается сбежать. Однако мне было совсем не до него. Я почти полностью погрузился в жижу и шарил руками, пока не ухватил руку приятеля. Тот в панике вцепился в меня
