— Ну конечно. — Мисс Паргайтер добавила еще сахару в кофе. — В мои годы перемены в жизни — это просто прекрасно. Я прожила в своей единственной комнате двадцать лет, и не раз мелькала у меня мысль, что я качусь по привычной колее и никуда мне уже из нее не выбраться.
Хелли воспрянула духом.
— Перемены ждут нас обеих. — Она улыбнулась. — Пожалуй, стоит запастись теплыми свитерами к зиме. Думаю, он был прав, говоря о пронизывающих ветрах, которые дуют на болотах.
— Впрочем, — сказала мисс Паргайтер, — ты можешь пригласить туда детей на лето, а потом, если его предложение останется в силе, продать дом еще до зимы.
— Ну уж нет! — У Хелли упрямо сжались губы. — Я не хочу, чтобы он подумал, будто я испугалась каких-то заморозков.
— А какое тебе дело до того, что он подумает?
— Ровным счетом никакого! — Ее голос сорвался на крик, и, когда мисс Паргайтер засмеялась, Хелли спросила уже спокойно: — А что ты скажешь, когда Рози спросит тебя, в кого ты их превратила?
Мисс Паргайтер немного подумала.
— Человек со скверными манерами, тот, который мыл пол в холле, напомнил мне одного знакомого пса. Какая-то помесь между эрделем и Бог знает чем еще, а вот что касается мистера Шермана — не знаю. Мисс Дэлзелл — пожалуй, лисица. — Она улыбнулась — ее позабавила эта игра с распределением ролей — и продолжала: — А вот кто он — это вопрос. Я бы сказала — тигр, но тигры — дикие животные, а этот — цивилизованный.
Подошел официант и, наклонившись к уху Хелли, сообщил, что ее просят к телефону. Она последовала за ним, почти сразу же вернулась и в ответ на вопросительный взгляд мисс Паргайтер сказала:
— Это твой цивилизованный тигр.
— Новое предложение продать дом?
— Нет. Он хочет снять три комнаты. Кабинет и его спальню с ванной.
— И что ты ему ответила?
— Я сказала «да». Нам бы пригодилась рента, не так ли? И потом, дом все-таки должен был достаться ему, не так ли?
— Так сказала мисс Дэлзелл, — ответила мисс Паргайтер и, помолчав, добавила: — Не понимаю, почему он его не получил. Интересно, что же такое произошло, и его тетка оставила дом чужому человеку?
То, как отреагировали на новость Серина и Фрэнсис, польстило Хелли. Серина, помолвка которой состоялась, но бракосочетание еще не было назначено, заявила:
— Что же мы будем без тебя делать? Квартира без тебя будет совсем не та.
А Фрэнсис заныла:
— Нет… Не может быть, чтобы ты это серьезно. Ты там сойдешь с ума от скуки. Прямо посреди болот? Ты, должно быть, шутишь!
Удостоверившись в том, что это не шутка, они еще немного поспорили и с огорчением вынуждены были признать, что Хелли настроена совершенно серьезно и что им пора давать объявление и искать новую компаньонку.
Конечно, ей тоже будет не хватать Серины и Фрэнсис. Они прекрасно уживались втроем, и она будет без них скучать. Но теперь, когда решение было принято, предстояло сделать еще сотню дел, и Хелли, словно в морскую пучину, с головой окунулась в море забот. Ей едва удавалось выкроить минутку-другую, чтобы просто перевести дух, не говоря уже о том, чтобы позволить себе забивать голову второстепенными проблемами.
Она побывала у миссис Хамфрис, и та согласилась снабжать Хелли надомной работой, правда заметив при этом:
— Но не могу обещать, что работа будет интересной, и, конечно, вы не сможете рассчитывать на такой же заработок, как прежде, если будете только перепечатывать бумаги.
— Мне придется работать дома только летом, когда я заберу детей, — объяснила Хелли. — В другое время я могу работать где угодно в радиусе, скажем, двадцати миль.
Однако это еще вопрос, так ли уж много свободных мест для секретарей в радиусе двадцати миль от Реддинг-Хиллз.
Но с другой стороны, мисс Паргайтер будет вносить свою долю, да и те деньги, что собирается платить за квартиру Роджер Шерман, тоже будут очень кстати.
Самым замечательным был тот момент, когда она рассказала обо всем детям. Заведующая Спрингфилдским детским домом работала там во времена Хелли. Когда шестнадцатилетняя Хелли покинула детский дом и вступила в большую жизнь, мисс Макдональд была уверена, что дела у нее пойдут хорошо.
Хелли была независима и настойчива. Некоторые называли это упрямством, но в сочетании с жизнерадостностью это качество очень помогло ей, в особенности позднее, когда она стала немного старше и приобрела некоторый жизненный опыт. К тому же она была умна, и мисс Макдональд с удовлетворением следила за ее успехами.
Теперь, когда до нее дошел слух, что воспитанница Спрингфилда обосновалась в Йоркшире, она поначалу не поверила своим ушам. Она навела справки и тотчас же подумала о детях — кому из них повезет провести каникулы в этом живописном уголке Йоркшира.
Конечно же Руни. Они возглавляли список претендентов. Мисс Макдональд нисколько не сомневалась, что они сумеют поладить с Хелли, если постараются. И вот она позвала их в свою маленькую приемную, чтобы сообщить эту новость.
Дети вошли осторожно. В данный момент совесть у них была чиста, но кто знает. И только когда они увидели Хелли, напряжение спало.
Рози сразу же засыпала ее вопросами:
— Это твой дом, да? Ты возьмешь нас к себе?
Мальчики застыли в ожидании, но, когда Хелли кивнула, на их мордашках появились такие широкие улыбки, каких Хелли никогда раньше не видела.
— А когда мы едем? — требовательно спросил Тим. — Сразу, как только начнутся каникулы?
Заведующая проводила Хелли до дверей.
— Ты взваливаешь на себя большую ношу, — сказала она, — шесть недель с этими Руни. Ты уверена, что тебе не понадобится больше времени, чтобы обосноваться на новом месте?
— Абсолютно, — ответила Хелли. — Я хочу разделить с ними эту радость. Не могу дождаться, когда они увидят дом. У меня много общего с Руни.
Мисс Макдональд улыбнулась:
— Это меня утешает. Всякий раз, когда мне попадаются дети, от которых можно просто сойти с ума, я думаю: вот Хелли Крейн была точно такой же, но она выросла и стала вполне разумным человеком.
— Неужели? — сказала Хелли. А про себя подумала, что бы сказали на это Элвис Дэлзелл и Роджер Шерман.
С тех пор никаких известий от Роджера Шермана не было, и за несколько дней до переселения она попыталась до него дозвониться. Хелли дождалась вечера, когда, по ее расчетам, он должен бы быть уже дома, но трубку взял садовник. Это был точно он.
— Нет, — сказал он, — мистер Шерман еще на работе.
— Это мисс Крейн. Скажите, пожалуйста, по какому номеру я могу с ним связаться?
— Он в лаборатории, ясное дело. — После чего ей напомнил: — Всякий знает, что звонок не работает. — И прежде чем она попыталась получить какую-либо дополнительную информацию, повесил трубку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
