— Мне что-то не верится, чтобы мой дядюшка Фред нашел золотую жилу. Если бы у меня действительно был дядюшка Фред и он на самом деле уехал бы в Австралию, он скорее всего стал бы бродягой.
Но тем не менее она полночи ворочалась в постели, размышляя о происшедшем. Теперь перед ней в ожидании новостей стояли Фрэнсис, Серина и жених Серины, Джеффри, и она сказала:
— Некая миссис Брантон оставила мне дом.
— Родственница? — спросила Серина.
— То-то и странно, что нет. Она — та женщина, которой я помогала организовывать благотворительный бал в прошлом году. Помните?
Они обе помнили — и Фрэнсис и Серина. Хелли тогда предложила им билеты только чуть-чуть подешевле, но это был действительно хороший вечер. Миссис Брантон выглядела прекрасно, и казалось, проживет еще долгие годы.
Хелли опередила их вопрос:
— Я понятия не имею, почему она мне его оставила.
— Какая разница? — сказала Фрэнсис. — А где он? В Лондоне? Нам можно будет к тебе переехать?
— Нет, он в деревне, в Йоркшире, и там кто-то сейчас живет.
Радость девушек слегка поблекла.
— Но все-таки, — вновь оживилась Фрэнсис, — это же доход, разве не так? Фантастическая удача.
— Постоянный жилец? — спросил Джеффри.
— Нет, — ответила Хелли, — наверное, поэтому он и предложил купить у меня дом. Мистер Дэймен сказал, что сумма больше рыночной цены, и я, наверное, буду полной идиоткой, если откажусь.
— Лучше деньги в банке, чем журавль в небе в двухстах милях от Лондона, — изрек Джеффри с таким видом, будто цитировал древнюю китайскую мудрость.
Серина посмотрела на него с восхищением, но Хелли это замечание задело, и она неожиданно для себя выпалила:
— Я все-таки съезжу и посмотрю на этот дом. Полагаю, что теперь я женщина со средствами. — И это почему-то всем показалось забавным, за исключением Джеффри, который улыбнулся лишь потому, что улыбалась Серина.
Они выехали ранним утром в среду. Ехали в основном по автомагистрали, останавливаясь перекусить, и добрались до Реддинг-Хиллз вечером, в начале седьмого.
Деревня была не из тех, которые изображают на открытках. Добротные, хотя и не новые дома и магазины. Центральная улица, мощенная булыжником, взбиралась на холм. Машину затрясло по булыжной мостовой, и мисс Паргайтер пожаловалась, что у нее заныла спина.
— Все-таки хорошо, что мы приехали. — Мисс Паргайтер на ходу заглядывала в витрины магазинов и, увидев универсальный магазин, заявила: — Здесь товар не тот, что в магазине у Фрэнсис.
На вершине холма они обнаружили овраг, по краю которого пролегла неровная дорога, а в конце нее виднелся дом.
Стоило проделать такой путь, чтобы увидеть этот дом. Хелли остановила машину, изумленно посмотрела на дом и тихо проговорила:
— Это же замок, маленький замок!
Она была права. Воплощение чьей-то причудливой фантазии, дом был построен в готическом стиле — с башнями, бойницами и узкими длинными окнами. Не хватало только рва с водой вокруг дома да подъемного моста, но в остальном это был настоящий средневековый замок в миниатюре.
Хелли спросила:
— Это не мираж? Ты видишь то же, что и я?
Мисс Паргайтер кивнула:
— В середине восемнадцатого века было модно строить дома, похожие на средневековые замки. — Она засмеялась.
— С ума сойти, — сказала Хелли.
Позади замка на горизонте высились холмы, казалось, будто все это — огромная театральная декорация.
Она бросила:
— Как ты думаешь, Рози бы это понравилось?
— Тони и Тиму тоже. Они отражали бы атаки неприятельских полчищ, отстреливаясь из луков. Или поливали бы противника кипящей смолой из бойниц.
Хелли рассмеялась и выбралась из машины, все еще не веря своим глазам. Конечно, здание маловато для замка, но дом большой, в нем, должно быть, много комнат.
Сад был не особенно ухоженный, но там была аллея и лужайка, на которой росли кусты бузины и сирени. У края лужайки рос какой-то маленький цветок. Хелли никогда раньше таких не видела… Он был похож на крохотную фиалку — синий, с белым и желтым. Она вдруг наклонилась и погладила нежные лепестки.
Это был ее замок, ее сад, и цветок, который она держала в руке, тоже принадлежал ей. «Я увезу его с собой, — решила она, — и посажу в ящик на окне».
— Ты сообщила о своем приезде? — спросила мисс Паргайтер.
— Я послала телеграмму, — ответила Хелли.
Она потянула за железное кольцо звонка, и, подождав секунду-другую, мисс Паргайтер снова спросила:
— Может быть, они ее не получили?
— Это было три дня назад, — сказала Хелли. Но в доме было что-то уж чересчур тихо. Если их и ожидали, то они вряд ли были желанными гостями. — Подожди здесь, а я обойду дом и постараюсь найти кого-нибудь. Может быть, они не слышали звонка.
Позади дома был огород. Обойдя дом, Хелли увидела то, что раньше закрывала от нее стена сада, — за садом простиралась вересковая пустошь. Она просто застыла. Это был мир дикий и пустынный, и, насколько она могла видеть, кругом один за другим высились красноватые холмы.
Внезапно тишину нарушил резкий, сердитый крик. Хелли обернулась. Она увидела открытую дверь и вошла. Внутри что-то происходило. Она слышала громкий мужской голос, но не могла разобрать слова.
Дверь черного хода вела на кухню, а из кухни можно было пройти в холл. Стены холла были обшиты темными панелями. Лестница вела на галерею. Выложенный каменной плиткой пол был свежевымыт, Хелли увидела щетку, ведро с водой и плотного седого мужчину, который рычал на мисс Паргайтер, стоявшую, высоко подняв свой римский нос, с видом глубочайшего презрения. Когда он остановился, чтобы перевести дух, она ответила ледяным тоном:
— На звонок никто не ответил, и я толкнула дверь. Дверь открылась, и я вошла.
— И перепачкали мне весь пол. — Он сердито посмотрел на нее. — Звонок не работает. Все знают, что звонок не работает. Стучать надо было.
— Неужели?
Хелли едва сдерживалась, чтобы не рассмеяться, но чувствовала, что смехом можно все испортить. Она сказала:
— Извините, мы не знали про звонок. Мы здесь впервые.
Он нехотя уступил:
— Вот вы, мисс, вошли через заднюю дверь, спасибо. — На мисс Паргайтер он посмотрел гораздо менее благосклонно. — Я так понимаю, одна из вас мисс Крейн?
— Это я, — ответила Хелли. — А вы — мистер Шерман?
— Что вы, мисс. Мистер Шерман просил подождать, если можете. Он приедет сразу, как только освободится.
Он открыл дверь в гостиную.
— Спасибо, — улыбнувшись, сказала Хелли, но он не улыбнулся ей в ответ. Вместо этого послышалось ворчание, он пробормотал, что все это никуда не годится, и захлопнул за ней дверь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
