Никакой рыбы не проплывало мимо, абсолютно никакой, а когда я подплыла ближе к пещере, то из неё вылетел, видимо, последний яркий огонёк и больше не появлялся. Вся пещера была окружена мелкой сеткой, какой ловят рыбу самых разных размеров, поэтому дальше я плыть не смогла, как только проплыть под этой сеткой. Но дальше начиналось самое поразительное: в сетке запуталась русалка, самая настоящая русалка! Чешуя на хвосте, на груди и местами на руках переливалась изумрудно-синим цветом. Волосы представляли собой некий каскад синего водопада, который был увенчан аквамариновой тиарой. До сих пор я думала, что мифические существа всего лишь плод фантазии впечатлительных людей. Полминуты мы смотрели друг на друга. На лице её проглядывались нотки беспокойства. Часть её перламутровой чешуи отсутствовала, а кожа местами была поранена так, что из ран сочилась алая кровь и смешивалась с мутной водой. Я ринулась к ней, чтобы спасти из режущих сетей.
— Стой! Не двигайся! Не бойся меня! Прошу! Я… я помогу тебе, помогу тебе выбраться! — кричала я, чтобы русалка перестала колебаться в сетях. И она послушала меня.
Я думала, как же освободить прекрасную русалку из сетей, при этом не поранить её, и тут же вспомнила о карманном небольшом ножике, который я всегда носила с собой в случае срезать цветы, траву, грибы или кору. Долго не раздумывая, я вытащила ножик и стала перерезать сетку как можно быстрее, но аккуратно, чтобы не навредить русалке. Она нырнула в мутную воду, как только была освобождена, должно быть, от испуга… Я была огорчена, что не смогу поговорить с ней, но тут же русалка вновь появилась, держа в руке лазурно-синий скипетр, увенчанный большой морской раковиной с блестящей жемчужиной цвета слоновой кости.
— Покорно благодарю тебя, существо из мира амфибий! Давно вы не вмешивались в морскую жизнь… — голос русалки был величествен и строг, но не вызывал опасения или раздражения. — Я должна отблагодарить тебя, поэтому наделю даром глубоководного плавания, — она коснулась меня своим скипетром, и вместо ног у меня вырос рыбий хвост, покрытый золотой чешуёй. На груди и местами на руках тоже была чешуя. — Так ты сможешь подолгу задерживать дыхание под водой; в этом обличии у тебя хорошее зрение, раны быстро залечиваются водой, а обороняться можешь когтями на руках.
— Я бесконечно благодарна Вам, но как вы здесь оказались, и почему вода такая мутная? — я была удивлена всему, что произошло за последнее время.
— Я — одна из десяти русалок мира, океаническая русалка — Ало́нна, повелевающая всеми океаническими водами, а эта пещера некогда была моим дворцом, тронным залом. В мире воцарился хаос… Эту пещеру захватил морской демон! Он заточил людей в вечные муки: заставляет их отстраивать зеркальные залы и возводить изваяния в его честь, а вокруг своей «тюрьмы» наставил острую сеть, что все живые существа, некогда обитавшие здесь, умерли, а вода стала мутной! Я слишком ослабла и не могу больше сражаться…
— Я… Я смогу. Я спасу людей! И помогу вам обрести свой трон. Я искореню зло… хотя бы из этого уголка великого мира.
— Будь осторожна! Прошу, возьми этот флакон с лекарством. Думаю, он пригодится тебе, — русалка опять махнула своим лазурным хвостом и скрылась в морских волнах.
В следующие секунды я проникла в пещеру. Странно, что массивные стальные ворота были открыты, будто меня намеренно ожидали в качестве званого гостя. Следующий шаг не давал никаких светлых надежд. Влажная земля, уходящая в недра пещеры, становилась чуть ли не озерком. Везде были наставлены какие-то доски, лесенки, балки и механизмы. Сделав ещё пару шагов, я увидела унылых и поникших людей, которые были больше похожи на отвратительных гоблинов, сгорбленных, маленьких и покрытых грязью. Они брели по туннелям и этажам, будто потеряли веру во что-то светлое. Они брели по этажам и приколачивали молотками доски. Когда я проходила рядом с ними, то убитые духом существа не подавали никаких признаков жизни, будто бы даже не замечали меня.
От растерянности я стала спускаться всё ниже и ниже, постоянно оборачиваясь и пытаясь остановить беспомощных людей, но они будто и не хотели просыпаться от столь мрачного кошмара. Спустившись вниз на несколько этажей, я заметила потайные комнаты, от которых струился цветной блестящий туман. Ещё пару шагов в сторону этих странных залов не предвещало ничего хорошего: комнаты от пола до потолка заполняли зеркала самых разных размеров и форм. Также их отображение было самым различным. Я бы сказала, они отражали человеческие пороки и недостатки: чревоугодие, похоть, воровство, убийство, гнев, гордость, равнодушие, предательство, жадность, скупость… Любой грешник застрял бы здесь на вечные мучения, скитаясь в убийственных образах своих грешных деяний. Осмотрительно шагая вдоль зеркальных коридоров, я оборачивалась по сторонам, думая, что за мной кто-то внимательно наблюдает. Оказалось, что я сама же за собой наблюдала: моя трусость никогда не давала мне покоя. Голова просто шла кругом. Я пыталась разбить эти скверные зеркала, но ничего не выходило, будто они были сделаны из самого прочного материала. Спустя несколько минут бессилия я уверила себя в том, что нужно держать себя в руках и не пускать трусость на виду у всех. Набравши побольше воздуха в лёгкие, я, твёрдо ступая на мокрый пол, уложенный плиткой, направилась вдоль узкого зеркального коридора, не замечая отвратительных отражений. Вскоре я отыскала заветный выход.
— Прощай, прежняя Кана! — произнесла я, сверкнув глазами в своё искажённое отражение и захлопнув за собой дверь.
За дверью был ещё один коридор, устланный камнями. На стенах справа и слева тянулись друг к другу каменные русалки. Коридор освещался лишь только подводными кристаллами, поэтому был мрачен. Дальше он стал закругляться и опускаться всё ниже и ниже, пока не появились первые признаки влаги, а потом и вовсе всё пространство ушло под воду. Я, не теряя ни минуты, применила навык, подаренный русалкой, и нырнула в водную прохладу подземного царства. Плыть было не долго, но от предвкушения ожидаемой очередной картины конечности моего тела стало сводить. Проплыв пару комнат и коридоров, я заметила, как что-то блеснуло вдали. Остерегаясь быть замеченной, мне пришлось медленно проплыть за таинственным блеском, прячась за углами поворотов. Вскоре мне стало всё понятно: будто зеркало кидало отражение в мою сторону, чешуя огромного водного дракона, сравнимая размерами с моей головой, кидала множество белых ярких лучей по сторонам. Его нельзя было не заметить: крупные стеклянные глаза сверкали по сторонам и излучали злобу и ненависть ко всему живому, а из широких ноздрей исходил холодный пар, наверное, такой же,
