— Не — е — е. Больно они мне нужны. Это твоя идея — фикс. Я в этом не участвую, — но в сторону парней всё-таки глянула. Чисто из природного любопытства. — Фу, “золотая молодёжь”, терпеть их не могу. Вечно строят из себя не пойми кого, из штанов выпрыгивают, лишь бы подчеркнуть свой статус. Бесят, мерзкие, самовлюблённые дебилы. «Кто я, кто я». Да никто без папочки!
— Оу, полегче. Чего завелась? Хотя так оно, ты права. С мажориками ловить особо нечего. Ещё слишком зелёные. Каждый день у них новая история с эпическим сюжетом. Другое дело…
Я предпочла погрузиться в изучение меню, чтобы не слушать успевшие надоесть рассуждения сестры. Её новая позиция предельно ясна: в отношениях главное — комфортное, стабильное и безбедное будущее. Она твердила: “Рано или поздно любовь проходит, надо заранее прикидывать, с чем ты останешься в итоге”. Пессимистка с разбитым сердцем.
— Ого, а есть уже не хочется, — пробормотала я, увидев космический ценник напротив любимого том яма.
— Гулять так гулять. Сегодня можем себе позволить. Выбирай, что хочешь, но в пределах разумного, конечно.
— Закажи лучше на свой вкус. А я пойду исследую уборную. Вдруг она тоже стратегически важна для твоей охоты, — подкалывала сестру.
Та обожгла меня презрительным взглядом и отвернулась. Я же отправилась на поиски туалета. По закону подлости, мой путь лежал мимо компании «золотых детёнышей». Их никак не обойти. Только если дать внушительный круг по залу, что делать было откровенно лень.
С гордо поднятой головой и невозмутимым лицом прошагала около ненавистного стола, всем своим видом демонстрируя безразличие к гостям. Пусть лучше думают, что ОНИ для меня пустое место, а не наоборот.
Удовлетворённая своей блестящей, на мой взгляд, актёрской игрой, нырнула за угол, залетела в туалет и щёлкнула за собой дверной ручкой. Дело сделано. Осталось оценить свой внешний вид: тушь не посыпалась, подводка не потекла, пионовая помада сохранила ровный, матовый вид, вороные локоны пружинили исправно, чёрное платье — карандаш плотно обтягивало фигуру, подчёркивая изящные изгибы талии и не только. Выглядела я на все сто.
Стоп. Меня волновало, заметили ли меня мажоры? Серьёзно? Это все пагубное Марьянино влияние. И когда только я успела опылиться от сестры. Того гляди начну выискивать себе жениха побогаче. Скорее бы на пары, сгрызу двойную порцию гранита науки, чтобы прийти в себя. Тряхнула головой, вышла в коридор.
И сразу столкнулась лоб в лоб с каким-то парнем. Приподняла подбородок вверх и замерла. На меня смотрели потрясающие, то ли зелёные, то ли голубые глаза, сразу и не скажешь, какого именно они цвета. Насыщенно-бронзовая кожа, смоляные густые волосы, чуть пухлые бархатные губы, крепкая, мускулистая шея.
Божечки, совершенство во плоти. А взгляд. Я от него таяла, как мороженка на тридцатиградусной жаре. В районе груди задребезжал звоночек, его вибрации приятно защекотали душу. Я улыбалась от блаженства, светилась изнутри.
И поймала себя на том, что беззастенчиво рассматривала парня, любуясь его красотой.
— Слушай, ты дверью чуток промахнулась, — меня словно током дёрнуло, когда он заговорил.
— Разве? — нехотя повернулась в сторону ближайшей таблички, на которой красовалась мужская фигурка в смокинге с бабочкой. — Действительно.
— Бывает. Торопилась, видимо, — хмыкнул парень. — Но тебе повезло — я увидел, как ты заскочила не туда и охранял тут твой покой, а то мало ли.
— Очень благородно с твоей стороны, спасибо, — сам себя не похвалишь, никто не похвалит. А он, видимо, как раз из той компашки мажоров. Слишком красивый, слишком недосягаемый, слишком идеальный. Ой, мамочки, пропала я. Бежать надо, как можно скорее.
— Если что, обращайся. Я — Марат, всегда готов прийти на помощь красивой девушке, — блеснул обаятельной улыбкой, и я снова поплыла. Ещё секунда и, как коза поплетусь за ним, куда скажет. Соблазн непреодолим. Тяга магически мощная.
— Буду иметь ввиду, — снисходительно улыбнулась, продумывая пути отступления. У меня тряслись колени, а сердце билось через раз. С трудом переводила дух. Старалась держаться уверенно, потому отвечала коротко и сухо — парень не должен был уловить дрожь в моём голосе.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Ты с кем здесь?
— С сестрой.
— А я с друзьями. Здесь неплохо готовят. На перекус потянет.
— Мне пора, увидимся, — мило попрощалась, собираясь уйти.
В этот момент в руке пиликнул телефон. Очередное сообщение с неизвестного номера. Машинально разблокировала гаджет, но не успела взглянуть на текст — Марат выхватил телефон из рук.
— Что ты творишь? — шокированная его наглостью, потянулась за своим мобильным. Но парень увернулся и продолжил копаться в «моём личном пространстве». Я пришла в бешенство, — Дай сюда, немедленно!
— Терпение. Ещё пара секунд, — он невозмутимо остановил меня.
Теперь зазвонил его телефон. Марат с довольной миной скинул вызов, вернул мне гаджет и, кивнув, скрылся за поворотом.
1.7. Начало учебной эпопеи
Несколько дней Марат не выходил у меня из головы. На прощание он забил свой номер мне в телефон. Соответственно, скинув себе вызов с моего. Теперь эти цифры не давали мне покоя. Спрашивала себя: написать ему или подождать, когда сам вспомнит обо мне? А вдруг он вообще забыл о том, что я есть на белом свете? Тогда всё-таки надо отправить сообщение и засветить своё фото. Или это уже совсем идиотизм? А, может, позвонить и проявить инициативу? Не зря же у меня есть этот контакт.
О-о-о, как же сложно давалась эта томительная неизвестность. Гадала, что было, мечтала о том, что будет. Тут же спохватывалась и напрочь отказывалась от идеи продолжить знакомство с парнем.
Марьяне до сих пор не рассказала про Марата. Она с ума меня сведёт расспросами и подколами. А потом продолжит наставничество, станет давить. Сестра возомнила себя экспертом в отношениях с людьми такого круга. Скорее бы у неё прошёл этот загон. И она вернулась к нормальной жизни.
Я тоже не знала, чего хотела. Абсолютно запуталась в собственных желаниях, никак не получалось разобраться в них. Сегодня первый учебный день. Не о парне надо было думать, не о парне! Но его образ наперекор всему прокрадывался в моё сознание и прикасался к сердцу, вынуждая его биться в сотни раз быстрее.
— Цветик, удачного дня. Я мысленно с тобой. И помни, ты справишься. Всё будет круто! — голос сестры вытолкнул из размышлений. Я с трудом вернулась в реальность и нашла себя в объятиях Марьяны. Она гладила меня по спине, чмокала в щёки. И часто моргала, прогоняя слёзы.
Маря нервничала больше меня. С раннего утра носилась по дому, как заведённая. Места себе не находила. Болтала без умолку. Суетилась. Беспокойное хозяйство.
— Я вернусь живой. Обещаю. За это не волнуйся. А то ты словно в последний бой меня провожаешь, — рассмеялась я, пытаясь разрядить обстановку. Марьяна даже не улыбнулась.
— Я так волнуюсь. Кошмар. Трясёт даже, — потирала лоб сестра.
— Ну вот теперь я начинаю бояться…
— Нет — нет, ни в коем случае! Прости — прости — прости. Я дура, — Маря выставила вперёд ладони, запрещая панику. — Всё. Я собралась. И ты тоже. У тебя будет отличный день. Ты всех порвёшь!
— Сестрён, мне никого рвать не придётся. Лекции же. Ладно. До вечера, — махнула на прощание и полетела на метро.
Через сорок минут стояла у здания универа. И переводила дух. В моём распоряжении на это было минут пять. Рассматривала старинное монументальное здание с колоннами, барельефами и прочими декоративными элементами. Заглядывала в его окна. И пыталась поверить, что обрела величественную альма-матер.
Да будет так! Закрыла глаза, досчитала до пяти, глубоко вдохнула, так же старательно выдохнула и шагнула на встречу новой учебной жизни. Была не была!
Зашла внутрь, миновав входную группу с массивной деревянной дверью. Сразу влилась в оживлённый поток студентов и двинулась в сторону своей аудитории. Точнее в примерном направлении к ней.
