Но, правда, Бекки так отчаянно хотела заполучить брата Патриции, Федерико Фурье, не только из-за его богатства, но и потому, что была сильно влюблена в него.
Федерико был очень хорош собой. К тому же он принадлежал к одной из самых аристократических и уважаемых семей в Луизиане. Отец же Бекки, хоть и разбогател, приехав в этот штат, но происходил из бедной алабамской семьи. Он тоже очень желал, чтобы Бекки вышла замуж за аристократа. Для самой же Бекки это замужество могло стать компенсацией за все те насмешки, которым подвергали ее старые новоорлеанские матроны.
Очень часто она даже не получала приглашений на избранные вечера. Но если она выйдет замуж за Фурье, то, наконец, обретет уверенность и станет первой светской дамой.
В зал опять вошел дворецкий и объявил о прибытии новых гостей.
— Арман Сен-Жэн и Робер Делакорт, — назвал он их имена.
Патриция совсем расстроилась, увидев, что капитан Феррис, не обращая на нее внимания, разговаривает с прибывшими гостями.
Сколько же существует запретов и правил в обществе, которые мешают людям встречаться наедине? Первый раз ей пришла в голову мысль о тех нелепых правилах этикета, по которым, даже будучи помолвленными, мужчина и девушка не могут оставаться наедине до самой свадьбы. А потом будет слишком поздно обнаружить, что они совершенно не подходят друг другу!
Кажется, и Феррис, также разочаровавшись, что им не удается уединиться, собрался уходить. Он встал и подошел к Патриции проститься. Его губы опять прильнули к ее руке. Тепло от прикосновения его губ мгновенно разлилось по ее телу. Капитан Феррис, что-то почувствовав, внимательно и пристально посмотрел на нее.
Не выдержав его взгляда, она опустила глаза. Ей не надо было ничего говорить — она без слов знала, что он найдет возможность увидеться с ней снова и непременно наедине.
Уже на следующий день, выйдя из госпиталя, где вместе со всеми женщинами она помогала перевязывать раненых, и разыскивая глазами фигуру кучера Сэма, она почувствовала, что кто-то крепко взял ее за руку. Обернувшись, она увидела угольно-черные глаза капитана Ферриса.
«Что за дьявольский мужчина, — промелькнуло в голове у Патриции. — Он оказывает на меня совершенно необыкновенное действие». С большим усилием она выдавила из себя:
— Капитан Феррис! Что за сюрприз! Никак не ожидала встретить вас здесь!
Капитан Феррис усмехнулся.
— Неужели не ожидали? — переспросил он. — А я вот ожидал! Я жду вас здесь с восьми утра.
Патриция удивленно повела бровями, но ничего не сказала и поспешила к своему экипажу. Капитан решительно последовал за нею.
— Разрешите мне сопровождать вас домой, мисс Колдуэлл, — произнес он.
— Благодарю вас! — ответила она. — Я поеду в экипаже и думаю, что наш кучер сможет защитить меня в случае необходимости.
— Разве один старый раб сможет защитить в эти трудные времена? — спросил он низким голосом. — Едва ли хватит охраны для такой красивой девушки!
— Пожалуйста, капитан Феррис. Я не из тех, кого так просто можно заговорить…
Вдруг она почувствовала, как он крепко сжал кисть ее руки. Ей пришлось резко остановиться.
— Тогда что же вы предпочитаете? — спросил он.
— Правду! — ответила Патриция. — Вы очень странный человек, и ваше поведение не вписывается ни в какие рамки.
— Я действительно чужой в Новом Орлеане, — признал Феррис.
— Думаю, что вы будете таким же и в любом другом городе… Почему вы постоянно преследуете меня?
Какое-то мгновение он стоял и молча смотрел на нее, и Патриция заметила в его глазах тревогу и озабоченность.
— Я сам не знаю, почему, — ответил он тихим голосом. — Иногда мне кажется, что вы — опасная леди…
— Я? — удивилась Патриция.
— Да, вы, — ответил он. — Вы угрожаете моему существованию.
Заметив недоумение Патриции, Клэй Феррис рассмеялся:
— Вы — угроза любому холостяку, леди!
— Это совсем не так, как вы говорите, — сказала Патриция.
Капитан Феррис пожал плечами в ответ.
Они дошли до экипажа. Феррис помог ей подняться в него, а затем внезапно вскочил сам и уселся с ней рядом. Патриция дала кучеру сигнал отправляться. Она смирилась с упорством капитана. Да и вообще, чего опасаться в открытом экипаже на виду у всех жителей Нового Орлеана?
— Вы заинтриговали меня, мисс Колдуэлл, — сказал капитан, бесцеремонно рассматривая ее.
— Чем же это? Как мне объяснить вам, что вы слишком любопытны? — сказала Патриция.
Он молча взял ее руку и стал нежно гладить ее пальцы.
— Вы прелестны и восхитительны как фарфор или как тонкое ирландское кружево — красивое, дорогое и недоступное, — с трепетом в голосе произнес капитан.
Патриция покраснела. Ей показалось, что он смеется над ней.
— Когда я увидел вас на балу в вашем доме, когда смотрел на вас через толпу восхищенных поклонников, я страстно желал вас, как никогда ничего не желал в своей жизни.
Патриция украдкой выглянула из экипажа — не слышал ли кто — и тихо сказала:
— Пожалуйста, капитан, не говорите такие вещи.
— Почему? — спросил он. — Вы же сами сказали, что хотите честного разговора. Полагаю, что так думает о вас каждый мужчина! Я видел ваши черные, как ночь, роскошные волосы, и то, как вы гордо держали голову среди своих поклонников. Я смотрел на вашу дивную, полную фации и изящества фигуру. И до боли хотел обладать этим сокровищем, хотел, чтобы оно принадлежало только мне.
Патриция знала, что ей следовало бы после таких слов остановить экипаж и предложить капитану выйти, но она была вся охвачена огнем и совсем не хотела прерывать этот разговор.
— Капитан Феррис! Вы — сумасшедший человек! — сказала на одном дыхании Патриция.
— Потому что вы вызвали у меня такие чувства, да? Или потому, что у меня есть сила духа признаться в этих чувствах? — спросил он.
— Никто прежде так со мною не разговаривал. Мне следовало бы… — она не закончила, сконфузилась и потупила свой взгляд.
— Следовало бы что? — подхватил ее мысль капитан Феррис. — Выбросить меня отсюда? Без сомнения, это будет достойный шаг с вашей стороны. Но вы не такая, как все девушки. Это и делает вас очень опасной. Я боюсь, что влюбился в вас.
У Патриции перехватило дыхание. Его горящие глаза притягивали как магнит. Ей на мгновение показалось, что их души вдруг слились воедино.
— Патриция, — произнес он страстным голосом и до боли сжал ее руку. — Не спеши уходить домой. Побудь со мной, пожалуйста. Давай еще покатаемся вместе. Я хочу больше узнать о тебе, хочу говорить с тобой, рассказать о себе. Я хочу остаться с тобой наедине.
