полочкам. Делала надписи для себя с названием и его назначением.
Незаметно подошло время обеда, дед меня кликнул, чтобы я шла к столу. Вдруг звякнул колокольчик. Захлопнув дверь влетел молодой человек. Бегло пробежался большими, испуганными глазами по всему помещению. Увидев меня, он начал, что — то торопливо мне объяснять на незнакомом языке. Из всего, что он говорил, я поняла только то, что нужна помощь. Жестом руки позвала и показала под прилавок на моей стороне. Он кивнул, быстро расстегнул свой серый сюртук и умело перепрыгнув, нагнулся. Я указала на широкое место без полочек, куда он уместится. Он не мешкая туда забрался и затих. Бросив на него взгляд, я недоумевала: «Чего это он?!..» Парень поначалу раскрыл широко глаза, едва его взгляд упал на мои колени, потом резко зажмурился. Я опустила глаза на свои ноги в чёрных капроновых колготках, в аккуратных ботиночках, хотела было пожать плечами, но поняла — здесь видимо не принято девушке разгуливать в коротком. Мама рассказывала мне истории в детстве перед сном, о разных мирах, где всё совсем по другому. А этот парнишка, кажется порядочный, раз решил не смотреть на такое представление женских ног.
Смотрела на него и думала: «Как я буду общаться с покупателями, если не знаю местный язык?!..»
Пошарила рукой под прилавком, в надежде отыскать журнал с инструкциями, может там, что написано. Пальцы нащупали пузырёк, я всё же нагнулась, посмотреть. Надпись на небольшой стеклянной таре гласила: Пилюли для преодоления языкового барьера. Действует сутки. После курса приёма в десять дней, отпадает необходимость принимать дозу, так как вы освоили речь на которой разговаривали в течении этого времени.
Я чуть ли не мурлыкала от происходящего волшебства вокруг. Сунула в рот капсулу и тут же скривилась. Вкус кислого лимона вызвал оскомину, у меня свело челюсть от этой кислоты. Через несколько секунд выдохнула и поняла, что не дышала всё это время.
Во входную дверь поколотили, дернули ручку, снова поколотили и дальше побежали. Парень не дышал, смотря на меня чуть — ли не собачьими глазами. Я вздохнула и предложила ему:
— Пошли поедим, я есть хочу.
У него расширились глаза ещё шире, хотя куда больше. Я нахмурилась, а он ответил — Спасибо лира за приглашение, но я не голоден.
Я махнула рукой. — Ой, только не надо мне лапшу на уши вешать. Вы мальчишки всегда голодные.
— Что вешать?… — переспросил он меня. Похоже не понимал о чем я толкую.
— Пошли, говорю, рядом посидишь и расскажешь от кого бежал.
Молодой человек недоверчиво посмотрел на меня и явно пытался найти в моих словах подвох, может и нашёл кто его знает, но вылез из своего укрытия и последовал за мной.
Провела его мимо дерева, от созерцания которого я его отвлекла. Он застыл, смотря на эту красоту, всё так же глазами плошками. Этого чудного парнишку я будто на буксире тянула, иначе он замирал столбом разглядывая ту или иную деталь интерьера моего дома. Митрофан хмуро его осмотрел.
— Зачем притащила его сюда, мы же не знаем, что это за человек, — проворчал домовой, переводя на меня взгляд.
— Лавка не пустила бы существо с плохими намерениями… — отмахнулась я. — Мне необходимо с ним поговорить, а за чашкой твоего вкусного чая это самое то.
Я повернулась к юноше, который снова был озадачен, не видя с кем я разговариваю.
— Тебя как зовут вьюноша?… — подражая деда спросила я.
— Димитрием зовут, — наконец опомнился. — Извините забыл представиться, Димитрий, первый ученик чародея Пантелемея. — приложив ладонь на грудь, слегка склонил голову. Его завивающиеся тёмные волосы чуть прикрыли карие глаза, когда он поднял их на меня.
— А меня Елена, я… — после паузы, в которой я всё таки решила, что да, я буду управлять этим магазином, а значит.… — Хозяйка этой магической лавки, или ты забежал не глядя?! И от кого кстати?
Юноша посмурнел, а я быстро пробежалась по нему глазами. Хм… симпатичный, молодой ещё совсем, все эмоции на лице, такой обманывать ещё не научился.
Усадила за стол этого ученика. Митрофан в первую очередь, аккуратно поставил перед гостем кружку с чаем, а немного погодя и маленькую ложку положил возле него. А парень видимо забыл как дышать, я поначалу не сразу поняла, чего это он?!.. Спустя пару секунд сообразила, что деда он не видит, соответственно кружка к нему летела по воздуху, вот чувак и сидит слегка ошарашенный. Хотя в их магическом мире чего только не происходит и удивляться уже наверное нечему, а нет… мы похоже удивили вьюношу, как говорит мой домовой.
— Лен, ты спроси у него, что хотела спросить, пока ещё соображает, похоже он не дышит совсем… Может плохо ему?!… — домовой стоял рядом с ним и разглядывал Димитрия всё так же хмурым взглядом.
Я хихикнула, смотря на теряющего самообладание ученика чародея, который пялился на свои приборы для чаепития, боясь к ним прикоснуться, а что это так, я не сомневалась, у него всё на лице было написано.
Взяла плюшку исходившую ароматом и демонстративно принялась жевать. Дед решил присоединиться к нам, уселся на свой стул и так же, как я взялся молча за еду, парень обратил теперь внимание на него.
— Так всё же Димитрий, от кого ты так бежал? — решила спросить, пока его удар не хватил. Он бледнел на глазах…
Он посмотрел на меня слегка растерянным взглядом, но похоже взял себя в руки.
— От братьев одной девушки, она им сообщила, что я отец её будущего ребёнка… — он опустил голову, взял ложку и стал зачем — то помешивать чай.
— А это не так?
— Нет! — Димитрий вскинул голову и с глазами полными обиды продолжил — Не так! Я к ней не прикасался, даже не целовал, не то чтобы… — он стушевался и снова опустил голову.
— А бежали они зачем за тобой? Что хотели сделать, как думаешь? — допытывалась я, не забывая пить свой вкусный напиток.
Он махнул кистью руки. — Вы же знаете наши законы… В храм пытались меня затащить, но я смог вырваться… Только, что теперь делать ума не приложу… У меня девушка любимая есть… Была… Она меня теперь видеть не хочет и учитель сказал разобраться со своими проблемами, как полагается мужчине, а не бегать от них. Он выгнал меня, сказал пока не решу эту задачу, раз сделал её, не приходить к нему… — в конце своего небольшого рассказа он снова посмурнел, сложил руки на столе уставившись в кружку. Видно совсем впал уныние…
— Знаешь Димитрий, давай я
