И вот теперь, раздвинув все скрытые двери внизу, она слышала смех, шум, разговоры на втором этаже; полы наверху стонали, по всему дому разносился топот.
И впервые Миа не скрывалась от всех этих шумных игр у себя в спальне, где смотрела «Русалочку», «Красавицу и Чудовище» или какой-нибудь другой из любимых диснеевских фильмов. Миа отправилась на пляж, рядом с ней села Лекси. Девочки прижались друг к другу и завернулись в толстое шерстяное одеяло, соленый ветер трепал их черные и светлые пряди волос. Так они просидели несколько часов, никак не могли наговориться.
От одного вида дочери, беседующей с подругой, Джуд расцвела в улыбке. Она так давно этого ждала, так на это надеялась, и вот теперь, когда это случилось, она все-таки испытывала легкую тревогу. Миа такая беззащитная, такая ранимая, ее очень легко обидеть. А после того случая с Хейли еще одного предательства девочка не вынесет.
Джуд решила узнать о Лекси больше, надо же выяснить, с кем подружилась ее дочь. Такая практика со стороны родителей всегда давала хорошие результаты. Чем больше она узнавала о жизни своих детей, тем лучше могла выполнять материнский долг. Джуд вышла на патио. Ветер тут же вцепился ей в волосы, залепил ими лицо. Возле двери горкой лежала сброшенная ребятами обувь. Джуд прошлась босиком по плитам мимо плетеной садовой мебели. Там, где заканчивалось травяное покрытие и начинался песок, рос огромный кедр, устремившийся в голубое небо. Приблизившись к девочкам, Джуд услышала, как дочь сказала:
– Я хочу пройти прослушивание на роль в школьной постановке, хотя уверена, что мне ее не дадут. Главные роли всегда достаются Саре и Джоули.
– А знаешь, как я боялась заговорить с тобой сегодня, – призналась Лекси. – Что бы было, если бы я так и не решилась? Что толку бояться? Иди и пробуй.
Миа повернулась к Лекси.
– Пойдешь со мной на отбор? Ребята, что занимаются в кружке, такие… серьезные. Я им не нравлюсь.
Лекси понимающе кивнула:
– Пойду. Не сомневайся.
Джуд остановилась рядом с дочерью.
– Привет, девочки. – Она опустила руку на худенькое плечико Мии.
Миа посмотрела на мать снизу вверх и улыбнулась.
– Я хочу попробоваться на роль в «Однажды на матрасе»[3]. Лекси пойдет со мной. Скорее всего, роли я не получу, но…
– Чудесно! – сказала Джуд, довольная таким развитием событий. – Что ж, пожалуй, я отвезу Лекси домой. Отец вернется через час.
– А можно я с вами? – спросила Миа.
– Нет. Тебе в пятницу сдавать реферат. Начни-ка работать над ним прямо сегодня, – ответила Джуд.
– Неужели ты проверяешь мой электронный дневник? Сегодня ведь только первый день занятий. – Миа совсем сникла.
– Тебе нужно держаться на плаву. В старших классах оценки имеют большое значение. – Она посмотрела на Лекси. – Готова?
– Я могу поехать на автобусе, – сказала Лекси. – Вам не нужно меня отвозить.
– На автобусе? – Джуд нахмурилась. За все годы несения родительской службы на этом острове ей еще не попадался ни один ребенок, который бы предложил такое. Чаще всего они отвечали, что позвонят своим мамам, но ни разу никто из них не ездил на автобусе. Она даже не представляла, где здесь ходят автобусы.
Лекси вылезла из-под шерстяного одеяла в красно-белую полоску, а когда выпрямилась во весь рост, то одеяло соскользнуло в песок.
– Нет, правда, миссис Фарадей, вам совсем необязательно везти меня домой.
– Прошу тебя, Лекси, называй меня по имени. Когда ты произносишь «миссис Фарадей», то я сразу вспоминаю о своей матери. Миа, сбегай к Заку, скажи, что я собираюсь ехать. Спроси, кого еще нужно подвезти.
Спустя десять минут Джуд завела «Эскалейд». В салон набилось пятеро подростков, не умолкавших ни на секунду, пристегивая ремни. Лекси заняла кресло рядом с водительским, глядя прямо перед собой. Джуд велела близнецам засесть за уроки и уехала. Маршрут был настолько знаком, что она могла бы следовать по нему с закрытыми глазами: Бич-Драйв – поворот налево, Найт-роуд – поворот направо, еще раз налево и выезд на шоссе. На вершине холма Вьюкрест она свернула на подъездную аллею, ведущую к дому ее лучшей подруги.
– Приехали, Брайсон. Напомни Молли, что на этой неделе у нас совместный обед.
Брайсон что-то пробормотал в ответ и вылез из машины. Следующие двадцать минут она колесила по острову, высаживая одного подростка за другим. Наконец Джуд повернулась к Лекси:
– Ну вот, милая, тебе куда?
– А вон там не автобусная остановка?
Джуд улыбнулась.
– Забудь ты об автобусе. Итак, куда, Лекси?
– Порт-Джордж, – ответила она.
– О! – удивилась Джуд.
Почти все дети из «Пайн Хай» жили на острове, а там, по другую сторону моста, был совсем иной мир. Географически Пайн-Айленд и Порт-Джордж разделяли всего каких-то триста футов, но расстояние можно посчитать и по-другому. Порт-Джордж был тем местом, куда хорошие здоровые мальчики из Пайн-Айленд отправлялись, чтобы купить пива и сигарет в мини-маркете, предъявив фальшивое удостоверение личности, изготовленное из старой игральной карты. В школах там постоянно что-то случалось. Джуд съехала с шоссе и направилась к мосту.
– Поверните здесь, – сказала Лекси, когда до моста оставалась примерно миля. – Нет, правда, я лучше здесь выйду. Пройдусь пешком.
– Не согласна.
Джуд ехала, следуя знакам, на стоянку передвижных домов вождя Сиэтла. А там Лекси подсказала ей маршрут по извилистой дороге, которая привела к крошечному, заросшему травой и сорняками участку земли, где на бетонных блоках стоял облупившийся желтый трейлер. Входная дверь жуткого синего цвета, с трещиной посредине, а занавески на окнах обтрепанные, неровно подшитые. По швам домика расползлась ржавчина, напоминавшая издали больших гусениц. Глубокие рытвины в траве, наполненные грязью, указывали место, где обычно стоит машина.
Джуд остановилась и выключила двигатель. Она никак не ожидала оказаться в таком месте.
– Твоя мама дома? Мне бы не хотелось просто высадить тебя. Думаю, нам следует с ней познакомиться.
Лекси посмотрела на Джуд.
– Мама умерла три года назад. Я живу теперь у тети Евы.
– Ой, милая, – сказала Джуд. Она знала, каково это, потерять родителя – ее отец умер, когда Джуд исполнилось семь. Мир тогда стал темен и страшен, и после она еще несколько лет не могла найти в нем свое место. – Мне жаль это слышать. Представляю, как тебе, наверное, пришлось нелегко.
Лекси пожала плечами.
– И давно ты живешь у тети?
– Четыре дня.
– Четыре дня? Но где же ты была…
– В приемной семье, – вздохнула Лекси. – Мама пристрастилась к героину. Иногда мы жили в нашей машине. Поэтому, думаю, вы не захотите, чтобы я виделась с Мией. Я понимаю. Правда. А вот мою маму никогда не заботило, с кем я вожусь.
Джуд нахмурилась. Она никак не ожидала такого поворота. Все, что она узнала, ее встревожило, но она не хотела быть одной из тех, кто судит человека по его окружению. В эту секунду Лекси выглядела побитой собачонкой. Все в ней говорило о поражении; несомненно, в своей жизни она часто испытывала разочарование.
– Я не такая, как мама, – серьезно сказала Лекси. Синие глаза девочки были печальны.
Джуд ей поверила, и все же оставалась потенциальная опасность. Миа беззащитная, податливая, такую легко повести за собой. Джуд не могла забыть об этом, как бы ни жалела бедную Лекси.
– Я тоже не такая, как моя мама, но…
– Что?
– Миа застенчива. Уверена, ты это уже поняла. Она нелегко заводит друзей, и ее очень волнует, как к ней относятся. Она всегда была такая. В прошлом году ей разбили сердце. Нет, не мальчик. Хуже. С ней подружилась одна девочка… Хейли… Несколько месяцев они были неразлучны. Я еще никогда не видела Мию такой счастливой. Но правда в том, что Хейли имела виды на Зака, и он угодил в ее ловушку. Он не знал, как это огорчит Мию. Как бы там ни было, Хейли бросила Мию ради Зака, а когда Зак потерял к ней интерес, Хейли перестала приходить к нам. Миа так переживала, что замкнулась в себе и не разговаривала почти месяц. Я по-настоящему за нее тревожилась.
