встреч. Следовательно, уехать из города? Это уже сложнее.
Хотя… Это что же получается, я спасаюсь от него бегством? Ну уж нет! Пусть он со своей пассией бегает от меня. Или за мной? А я еще подумаю, дать ему развод или нет. Ведь его мамзель наверняка захочет, чтобы ребенок родился в законном браке.
А вот это мы еще посмотрим…
О чем это я?! И что за винегрет в моей голове? Меня буквально заносит, швыряет из стороны в сторону.
Надо определиться. Решить, что конкретно делать. Одно знаю точно: с Кузей покончено. О нем даже думать не хочу. Гад он! Разве можно вот так со мной? Разве такого отношения я заслужила?
И главное, в какой момент!
Ничего. Я сильная. Я справлюсь. И даже виду не подам, что мне больно.
А мне очень больно.
Просто невыносимо больно.
И обидно.
Сердце в лохмотьях. Разодрано в хлам.
И я сама, и мои чувства, и мои мысли — все в хлам.
Поэтому так сложно решить, как жить дальше, что делать, как заглушить эту невыносимую всепоглощающую боль…
Глава 7
А жить дальше надо. Ради крохотного эмбриончика, которого почему-то не называют ребенком. Но для меня это уже мой ребенок. И ради него я должна жить.
И работу никто не отменял. И это теперь для нас двоих не просто работа, а основное средство к существованию. Поэтому надо взять себя в руки и первым делом отправиться в ателье.
Ирина при моем появлении пытается считать по моему лицу результат нашего разговора с Русланом. У меня же нет никакого желания выкладывать ей всю подноготную.
Стыдно. Больно. Сложно.
Конечно же, я поделюсь с ней своими переживаниями. Но не сейчас. Позже. Сначала хочу разобраться в самой себе и в своем отношении к происходящему. И только потом выслушивать советы и рекомендации. А ведь они обязательно посыпятся.
— Юля, что с тобой? На тебе лица нет, — не выдерживает Ирина. — Не сложился разговор с Кузьминым? Он не хочет ребенка?
Ее вопросы острыми шипами впиваются в сердце. Но я решила держать себя в руках. Иначе сейчас же разревусь, и все станут свидетелями моего горя. А я не хочу, чтобы меня жалели. Мне надо быть сильной. Мне иначе нельзя.
— Все хорошо, — стараюсь говорить спокойно, но голос вибрирует и выдает мое волнение. — Вот хотела предупредить тебя, что остаешься за главного. А я — в поликлинику на осмотр. Не хочу откладывать.
— Так в чем проблема? Я справлюсь, не переживай. Ты записалась на прием?
— Да, на одиннадцать…
— Успокойся, все будет хорошо. Мне ведь не впервой замещать тебя.
Я с облегчением вздыхаю. Передышка, надеюсь, обеспечена.
Только Ира не отстает и все-таки допытывается:
— Юль, у тебя точно все хорошо? Может, поехать с тобой?
— Нет, не стоит.
Слезы сдерживаю неимоверными усилиями. Со мной рядом в такой момент должен быть Руслан. Так наверняка считает и она, предлагая свою поддержку.
Больше говорить не могу, понимая, что сейчас меня прорвет. Только киваю в знак благодарности и достаю мобильный, чтобы заказать такси. Жестом показываю Ирине, что дальше справлюсь сама.
Но надо совсем не знать ее, чтобы надеяться, что она вот так просто отстанет. Отойдя в сторону, Ира внимательно наблюдает за мной. Когда я заканчиваю разговор с диспетчерской службой, она уже рядом.
— Юля, я тебя одну не отпущу. И не спорь со мной. А если не хочешь, чтобы поехала я, то звони Руслану.
— Нет… Руслан сегодня… очень занят…
— Тогда без вариантов.
— А как же… здесь?.. — голос дрожит. Я понимаю, что Ирина не отступится, и уже благодарна ей, так как чувствую ужасную слабость и сама понимаю, насколько мне сейчас нужна ее помощь.
— Пусть тебя это не тревожит. Девочки у нас ответственные, не подведут.
Сидя в такси и оценивая мое состояние, Ира не доканывает меня расспросами. Только изредка сбоку поглядывает на меня и подбадривает банальными фразами типа «не бойся, все будет хорошо».
В ожидании назначенного времени на прием к врачу она отвлекает меня рассказами о своей дочурке. А мне хочется только одного — поскорее получить подтверждение тестов. И домой. В постельку. Отдохнуть.
Вдруг Ирина, сидящая лицом к двери кабинета, умолкает на полуслове. По выражению ее лица понимаю, что она увидела нечто из ряда вон выходящее. Медленно поворачиваю голову и едва сдерживаю крик, прикрыв для верности рот ладонью.
Из кабинета гинеколога выходит мой Кузя!!!
Он не замечает нас, так как бережно поддерживает под локоть миловидную молодую женщину. Руслан что-то нежно говорит ей. А я впиваюсь глазами в ее округлившийся живот, явно свидетельствующий о сроке не менее, чем в пять, а то и все шесть месяцев беременности…
Меня отвлекает боль в руке, которую стискивает Ирина.
— Это что? — с ужасом шепчет она.
А по моим щекам уже текут слезы. Сдерживать их нет сил.
Уткнувшись лицом в плечо Ирины, я стараюсь заглушить рыдания. Удается с трудом. Но надо взять себя в руки. Скоро подойдет моя очередь. И вообще… мне нельзя нервничать.
— И давно? — коротко спрашивает Ира.
Подавив глубокий вздох, так же коротко отвечаю:
— Вчера сообщил.
— А ты?
— А я ничего не рассказала.
Она смотрит на меня глазами-блюдцами, говорящими о том, что подруга считает меня ненормальной.
— Ты нормальная? — констатирует она, уже облекая в словесную оболочку свое мнение.
— Мне показалось, что сообщение о моей беременности после его признания в измене прозвучало бы, как обман, шантаж. Он мог не поверить мне. И решил бы, что я просто хочу удержать его этим… Хотя… ты же сама видела. Моя беременность чуть-чуть опоздала.
— Юль, но ведь это же получается, что он…
— Да, — тяжело вздыхаю. — Ты совершенно права. Получается, он не отказывал себе в удовольствии спать с нами обеими.
— Но ты должна рассказать ей об этом.
— Ира, я никому ничего не должна. И давай договоримся, что ты больше никогда не будешь настаивать на этом. И еще: у меня будет ребенок, а отца у него нет. Это понятно?
— Понятно. Непорочное зачатие!
— Ну где-то так, — соглашаюсь я с ее шуткой. Но мне становится немного легче, что она понимает меня. Значит не будет уговаривать, чтобы я сообщила Руслану о моей беременности.
Мне же совсем не хочется это делать особенно после того, что я увидела. Ведь, судя по срокам беременности его новой возлюбленной, их связь продолжается не первый месяц. А быть может, и не первый год!
Какой же он подлец!
Меня посещает странная мысль. А что если Ирина
