что сам напросился!
– Да-да, я знаю.
Он лыбится в камеру, и от его взгляда я теряю чувство времени. В какой-то момент у него в комнате раздается какой-то шум, слышно мужской голос. И тут в кадре появляется кто-то. Кто-то, при виде которого у меня останавливается сердце, ведь это Айзек Уокер, гребаная звезда!
Солист группы Crashing December заставляет миллионы сердец биться чаще. Но даже его ироничной усмешке, карим глазам и густым темным волосам не затмить красоту Картера.
– Привет! Я Айзек, – представляется он с улыбкой.
Как будто во всем мире кто-то еще не знает твоего имени.
– Скайлер. – Я расслабленно машу ему рукой.
– Слушай, Скайлер, я должен украсть твоего собеседника на пару часов. Мы устроили вечеринку, без Картера никак!
И только сейчас я замечаю глухие басы на заднем фоне. Картер закатывает глаза. Он хоть и выглядит как рокер и звезда вечеринки, но вообще ему больше нравится лежать на диване с хорошим детективом.
– Без проблем, – говорю я непринужденно, хоть мне и хотелось подольше посмотреть на Картера.
– Скай, какие у тебя планы? Я бы мог еще пообщаться с тобой, а на вечеринку пойти потом.
– Нет, не мог. Там несколько дамочек желают с тобой познакомиться. И знаешь, чувак, они ждать не любят.
В груди тут же кольнула ревность.
– Надо будет повторить, Скай-Скай! На фиг скучные телефонные звонки, теперь хочу всегда на тебя смотреть!
Картер подносит к губам запястье и целует точку с запятой, навсегда связавшую нас. Я тоже поднимаю руку и целую свою. Этот ритуал мы придумали, еще когда были детьми. Просто раньше на коже были не татуировки, а перманентный маркер.
Последнее подмигивание, «Я по тебе скучаю», и вот экран Картера гаснет.
3 Картер
Я пялюсь в экран, пока Айзек не отбирает у меня ноутбук, закрывает крышку и откладывает на тумбочку. Я сижу на кровати в одной из гостевых комнат и задаюсь вопросом, зачем ему пентхаус площадью двести квадратных метров. Для меня и Скай места в доме Чарльза и Хизер всегда было достаточно. Нас было достаточно. С ней я бы мог расти и в шалаше.
– Так вот какая она, твоя половинка?
Айзек зажигает сигарету, глубоко затягивается. Я тоже выпускаю дым маленькими колечками.
– Вторая половинка, лучшая подруга… Называй как хочешь.
Каждый раз, когда я говорю о Скай, я испытываю невероятную гордость, словно сорвал гребаный джекпот в лотерее, когда она переехала в комнату по соседству. Когда ее отняли у матери, что, конечно, ужасно, но для меня – большая удача.
– Она миленькая. В сексуальном плане.
Прошлая неделя была очень напряженной, и в написании книги я продвинулся далеко не так, как планировал. Когда я соглашался на эту работу, то понимал, что много времени придется проводить на концертах и высоколобых светских мероприятиях, но даже не подозревал, как мало времени останется, собственно, на работу над книгой. Скай застебет меня при встрече.
– Даже не думай, чувак. Если вы когда-нибудь приедете в Бомонт, то Скай – табу. Для всей группы.
– С чего бы? Между вами что-то есть? – Он заинтересованно играет бровями и выглядит при этом очень тупо.
– Нет, просто я стерегу ее от похотливых мужиков.
– Что?! Это мы-то похотливые? А кто в Италии крутил c кучей девушек?
Айзек прав. Мы провели два месяца под итальянским солнцем, потягивали коктейли, снимали видео и готовились к туру. Составляли список песен, связывались с концертными залами… И я то и дело флиртовал с сотрудницами. Но на этом все.
– Я просто не хочу, чтобы ей разбили сердце.
В детстве я пообещал Скай беречь ее, и я свое слово держу. Об этом я сказал ей в ночь своего отъезда. При мысли о том, в каком смятении она покинула мою квартиру, я глубоко затягиваюсь. Все эти месяцы я много думал о той ночи и о том, что означал наш внезапный порыв. Но из этого пока ничего не вышло, потому что Скай каждый раз меняет тему, стоит мне завести этот разговор. Вот как сегодня.
Я откидываюсь на кровати. Черт, сегодня я уже ни на что не гожусь.
– Да понял я, понял! – Айзек примирительно вскидывает руки, тушит сигарету о подошву и бросает окурок в урну. – Твоя малышка для нас табу, ясно. А теперь пойдем вниз.
– Это обязательно? Уже третья вечеринка за пять дней. Отдохни немного от жизни рок-звезды, – прошу я его, прикрыв глаза ладонью. – К тому же я отстаю по написанию глав. Если ты забыл, речь о твоей книге.
– Хороший аргумент. Клянусь, что с завтрашнего дня буду тебя беречь, но сегодня ты нам нужен. Меган пришла, и она очень хочет с тобой познакомиться.
– Твоя сестра Меган? – переспрашиваю я, вновь открыв глаза.
Айзек пару раз упоминал ее, но кроме имени и работы я ничего о ней не знаю.
– Единственная и неповторимая. Так что шевели задницей, Картер.
– Так точно, капитан! – Я салютую, встаю с кровати и смотрю на телефон. Там меня ждет сообщение от Скай, которое улучшает мое настроение.
Рада была увидеться, Камамбер.
Я тоже рад, Скай-Скай. Хоть и задет до глубины души, что ты не встала. Завтра поболтаем подольше.
Я быстро набираю ответ, убираю телефон в карман и иду за Айзеком вниз. На ступеньках уже сидят гости. Я протискиваюсь сквозь толпу и смотрю на нижний этаж.
– Черт, и когда успели?
Вся гостиная кишит людьми, и не осталось ни пятачка, где можно стоять, не соприкасаясь с другими. Позади стола для бильярда находится бар, освещенный красными лампами. Сам стол сейчас используется не для игры: на нем сидят несколько девушек. Алкоголь здесь течет литрами. Сладкий аромат плывет по комнате.
– Пригласил парочку знакомых, – говорит Айзек, пожимая плечами.
– Да здесь больше людей, чем я видел за всю жизнь! – отвечаю я, смеясь.
На заднем фоне играет песня Broken Souls, новый главный хит группы Crashing December. Айзек обожает свою группу. Он любит тексты песен и без ума от нового альбома. И хотя Айзек высокомерный засранец, за эти месяцы я к нему прикипел. Мы стали друг другу как братья, я точно это знаю, хоть брата у меня никогда не было.
– Братик!
Из гомона вечеринки раздается бархатистый женский голос, и когда к нам подходит темнокожая девушка, Айзек тянет ее к себе, а я опираюсь на лестницу.
Девушка одета в облегающее черное платье, кожаную куртку красного цвета и такие же красные ботинки. Половина ее темных волос крупными локонами спадает на подтянутое тело, другая половина заплетена в косички.
– Мег, познакомься. Это Картер. Я тебе о нем рассказывал.
Айзек с покрасневшими глазами притягивает меня к себе, кладет руку на плечо и шепчет:
– Будь с ней поласковей. Она сладкая как мед, но когти у нее – как у мамы-медведицы.
– Привет, – говорю я, вызвав у нее обаятельную улыбку.
– Привет, Картер. Я Меган. Сестра этого дебошира.
Наши руки бегло соприкасаются.
– Только не говори, что ты такая же бешеная, как и этот тип. Еще одну такую я не выдержу, – шучу я.
Цвет ее кожи выдает то, что у них с Айзеком мало общих генов. Она выглядит как темнокожая богиня, а Айзек – типичный бледнолицый. Я знаю, что у Айзека сложные отношения с отчимом, а вот Мег значит для него очень много. Это единственная причина, по которой я согласился прервать разговор с лучшей подругой.
– Боже упаси. К счастью, мы всего лишь сводные брат с сестрой, эту черту характера не разделяем.
– Зато любишь ты меня как родного! – возражает Айзек тоном, не терпящим возражений.
Меган отвечает ему, а я понимаю, что мысли уносят меня все дальше и дальше, хоть Айзек и притащил меня сюда ради знакомства с сестрой. Меган – ивент-менеджер и будет сопровождать нас во время тура по Германии, что означает расширение нашей компании и то, что и в будущем мы будем проводить вместе много времени. Но я сейчас в полной заднице и проклинаю себя за то, что не принимаю участия в разговоре. Я мог бы все еще говорить с лучшей подругой, но вместо этого стою среди абсолютно незнакомых тусовщиков и думаю только
