Читаем без скачивания Белый огонь - Пехов Алексей

Три ступеньки и круглый коридор, мягко уходящий вниз, во мрак. По нему было легко идти, даже человеку габаритов Пятнистого. Знавал он и куда более узкие проходы и низкие потолки. Впрочем, сейчас его больше беспокоило то, что ему открыли какой-то секретный путь, о которым он знать не должен. Мысли в голову лезли самые дурные.

– Не нервничай, – внезапно произнес Шрев, даже не обернувшись. – Вас ведут не на заклание.

– Заклание? – не понял Клот, но его проигнорировали.

– Ты умеешь читать мысли? – мрачно спросил Пятнистый.

– Просто хорошо понимаю людей. Некоторых из них. – В словах сойки проскользнула насмешка.

Были еще ступеньки. Немного. Пять. Коридор. Затем десять. Коридор. Двенадцать. Двадцать. Но все время они неуклонно спускались сквозь затхлую влажную вонь, и Пелл подумал о том, что, хоть он и потерял ориентацию в пространстве, выходило, сейчас они где-то на самом «дне» Хлебного рынка, так как по всем прикидкам опустились ниже этажа, который теперь считался первым, поскольку все, что под ним, поглотило море.

Коридор закончился дверью, ведущей в пропасть. Сперва Пятнистый решил, что перед ним колодец (внизу громко плескалась вода и едко пахло горькой солью), но затем поднес фонарь поближе и увидел вертикальную шахту, уводящую вверх. Никаких скоб, чтобы подняться, не было.

– Отойди, – предупредила Шарлотта. – Руку оторвет.

Он поспешно шагнул назад, и через несколько секунд сверху опустилась круглая платформа, закрыв собой колодец. Клот вытаращился на нее, пытаясь понять, как она двигается.

– Это что же? – пробормотал громила. – Магия, что ли?

– Магии давно нет, – буркнул Пелл, но заметил, что уродливое лицо Шрева, снявшего капюшон, исказила кривая ухмылка.

– Ты – со мной, – сказала сойка Клоту, ступая на круг, который, вопреки всем ожиданиям, не провалился под ней и не увлек женщину за собой в колодец.

Тот тут же осклабился, подмигнул товарищу, словно говоря: «Понял? Я был прав! Она ко мне неравнодушна!» – встал рядом, и они унеслись куда-то вверх.

Пятнистый понял, что им со Шревом предстоит подниматься следующими.

– Куда эта дорога? – На ответ надежды не было.

– В одну из секретных нор Борга. Ты служишь ему?

Почему-то этот невинный вопрос от сойки показался бандиту очень важным, и пришлось постараться подобрать верные слова:

– Я исполняю его приказы, но служу Ночному Клану. Все мы служим ему. Ведь так?

– В той или иной степени, – склонил голову Шрев, и сейчас он не казался Пятнистому страшным, грозным, опасным.

Скорее ироничным, чуть усталым и донельзя любезным. Впрочем, Пелл не заблуждался, понимая, насколько быстро перед ним появится такое же чудовище, как Лавиани. Стоит лишь нарушить правила или разочаровать его.

– И тебе нравится такая жизнь? Быть на побегушках, выбивать зубы у недовольных?

– Мне много не надо, – пожал плечами бывший каторжник. – Я одет, сыт, и на мне нет колодок. Хорошая жизнь.

Сверху опустился круг, и Шрев шагнул первым, сказав:

– Поторопись.

Когда они начали подниматься, то скорость с каждой секундой стала возрастать, стены вокруг замелькали, а уши на мгновение заложило. Пятнистый подумал, что толкни он сейчас сойку на стену, та его обдерет до костей.

Дурацкий механизм. Или магия.

Опасный.

Ощущения от такого движения оказались не из приятных, и он радовался, когда все закончилось.

Они вышли в зал с ребристым потолком, острым и каким-то несуразным. Из стрельчатых окошек лился солнечный свет, и получалось, что они где-то под самой крышей Хлебного рынка, а может, на ней, в одной из отвесных башенок, которые доселе считались недоступными… уже много веков.

– Интересно, шаутт меня забери! – Клот разглядывал скелет огромного животного с крыльями, установленный на темном базальтовом постаменте, Шарлотта же разговаривала в дальнем конце помещения с людьми, в которых Пятнистый узнал наемников из личной охраны Борга.

– Это ж кошка, что ли? – Товарищ коснулся толстенной почерневшей кости на лапе. – Похожа на кошку. Клычищи-то какие! А крылья-то ей на хрена?

Пелл с интересом изучил неведомую тварь. Подобных он никогда не видел, и вряд ли их кто-то вообще встречал в последнюю тысячу лет. И слава Шестерым, человека она бы сожрала с легкостью.

– Какой только дряни не было до Катаклизма, – сказал бандит. – Хорошо, что все они сдохли.

– Кто они? – не понял Клот.

– Великие волшебники.

– Это великий волшебник?! – вытаращился тот.

Пелл лишь покачал головой, сожалея, что башка напарника с каждым днем все меньше и меньше соображает. Еще месяц приема порошка, и Клот будет напоминать кабачок – у того примерно столько же мыслей, эмоций и рассудка, как у подсевшего на мутскую дрянь.

Громко лязгнул замок на двери, появился давешний тощий хромой субъект, оглядел пришедших, недоверчиво уставился на Шрева, сказав:

– Проходите. Он ждет.

Пятнистый думал, что они останутся в зале, но Шарлотта решительным жестом, который исключал разные трактовки, заставила идти следом. Охранники попытались их разоружить, но сойка с иронией рассмеялась:

– Серьезно?! Когда с Боргом будут две сойки?

– Таковы правила, – несколько неуверенно произнес наемник.

– Правила здесь устанавливаю я. Или же ты хочешь поговорить со Шревом? Так только скажи.

Никому из охраны этого точно не хотелось, и, пожав плечами, громилы отступили в сторону, открыв дорогу.

Комната, в которую они попали, на удивление выглядела простой и скромной. Кровать в углу, небольшой стол с кувшином воды, решетчатое окно, грязно-лиловые каменные стены. Даже удивительно: после прежнего просторного зала попасть в такую… обыденность.

Борг сидел на кровати, в расстегнутой длинной рубахе, с голыми ногами, и сразу становилось понятно, что он спал и этот визит стал для него полной неожиданностью. Глава Ночного Клана смотрел на пришедших с плохо скрываемым раздражением.

Пятнистый прижался спиной к дверному косяку, желая стать как можно незаметнее, что при его росте и внешности в таком маленьком помещении оказалось невыполнимой задачей.

«Какого шаутта мы тут делаем?!» – в очередной раз подумал он.

Борг несколько секунд смотрел на невозмутимое лицо Шрева, затем хрипло спросил:

– Мертва?

– Нет, – последовал спокойный ответ.

Лошадиное лицо Борга налилось кровью:

– Нет, значит, – веско сказал он и шевельнул пальцем.

Хромой помощник подал ему штаны с широкими помочами, и старик оделся, еще больше помрачнев:

– Тогда какой той стороны ты вернулся назад?!

– Не стоит повышать голос, – мягко попросил Шрев, и у Пятнистого от его тона мурашки пробежали по телу. Он очень, просто очень захотел оказаться как можно дальше отсюда.

– Не стоит?! – мгновенно взорвался Борг. – Это была простая работа! Ты сам сказал! Ты взял троих соек и бесконечное количество других людей и ушел на север. И вот теперь, спустя месяцы, возвращаешься с пустыми руками?! Ты заставляешь думать, что бесполезен для Ночного Клана! Сегодня же собирайся и сваливай из Пубира! Найди мне ее!

– Лавиани сейчас не важна.

Борг подавился словами, словно не веря своим ушам, вдохнул, выдохнул несколько раз и спросил свистящим шепотом:

– А что же тогда важно?

– Вэйрэн. Его вера, его последователи, его сила и все, что он может принести Пубиру.

– С этим я могу справиться и без твоего присутствия. Пубир не отвернется от старых богов. Он не придет в этот город, пока я жив.

– В этом-то и проблема, – печально вздохнул глава соек, переглянувшись с Шарлоттой. – Ты стал слишком много решать. Золотые задавлены тобой и делают так, как скажешь. Признаюсь, в этом часть моей вины – я слишком сильно напугал их когда-то, и они превратились в бесполезных кукол. А с ними и Ночной Клан стал похож на жирных успешных торговцев. Нас все чаще игнорируют, все чаще перестают воспринимать серьезно. Свои же люди в других герцогствах. Сойки сбиваются с ног, чтобы решать проблемы и латать дыры, из-за твоей политики мы теряем уважение. Путь торгашей – это дорога в никуда. Я говорил с Золотыми…