следили за моей реакцией на каждый заданный вопрос.
— Это не имеет никакого отношения к произошедшему, — нахмурилась и отвела взгляд, не желая открывать душу перед посторонним человеком.
— Позвольте мне самому решать, что имеет отношение к произошедшему, а что нет, — не согласился со мной мужчина. — Итак, причина ссоры?
— Другие женщины, — недовольно призналась в ответ.
— Сегодня он приходил? — Антон Сергеевич продолжил валить вопросами, лишь кивнув самому себе на мою правду об измене, — точнее уже вчера?
За окном светало, поэтому мужчина скорректировал формулировку. «Кошмар! А я ещё и не ложилась» — мелькнула удручающая мысль.
— Да, зашёл как обычно. Минут тридцать побыл и ушёл, — второй раз за сутки озвучила я.
— Что делал? О чём говорил? — атаковал меня вопросами дотошный следователь.
— Денис со мной после ссоры практически перестал разговаривать, — тихо ответила, ерзая на стуле и мечтая покинуть этот кабинет. — А делал? Ну… Он…
— Я жду, — поторопил мужчина, не собираясь делать поблажек на мою тонкую душевную организацию. Ухмылка так и приклеилась к его наглому лицу.
— Переспал со мной и ушёл, — покраснев, быстро выпалила я, решив, что лучше солгать, чем давать лишний повод для новых вопросов. Ведь ответь я, что мы разговаривали, непременно последует допрос на тему: «О чем?» А так я выглядела обычной девкой, с которой не делятся планами на будущее, лишь забегают удовлетворить свои физиологические потребности.
— Где Волк может находиться сейчас, знаете? Может, есть предположения? — повысив тон, требовательно произнес Антон Сергеевич. От него буквально исходили волны агрессии. Он всячески подавлял меня морально, стараясь напугать или намеренно запутать.
Вопросы сыпались нескончаемой чередой, часто повторялись, видимо, мужчина пытался поймать меня на обмане или зацепиться за неточности в рассказе. Сколько часов я там была, точно не сказать, но не менее трёх. Антон Сергеевич выпытывал каждую деталь, особенно заостряя внимание на наших взаимоотношениях с Денисом.
— Анастасия Валерьевна, — блюститель правопорядка уже тоже выглядел уставшим, глаза его покраснели. В помещении насыщенно пахло сигаретами, а пепельница рядом со следователем была полна окурков. Сейчас он обратился ко мне нормальным тоном, даже как будто с сочувствием. — Если вам что-то известно, то лучше расскажите сами. Мы сможем помочь и защитить вас. Иначе они не отстанут и превратят вашу жизнь в ад. Или того хуже… Просто убьют, ничего не добившись, как лишнего свидетеля.
— Я правда ничего не знаю, — твердо и уверенно произнесла, перебив мужчину. Если бы я была уверена в том, что представители правопорядка действительно смогут меня защитить, то, конечно, рассказала бы всё в ту же минуту. Но столько раз слышала об обратном, что не хотелось проверять на своей шкуре, улучшилась ли программа защиты свидетелей или нет.
— Ваше право, — не поверил следователь. — Можете идти. Распишитесь.
Антон Сергеевич протянул лист бумаги, который достал из верхнего ящика стола. Быстро пробежалась глазами по тексту.
— Что это? — спросила с сомнением, беря ручку. От стресса и недосыпа голова трещала, а строчки расплывались. Прочтенное преобразовалось в какую-то кашу из слов.
— Подписка о невыезде, — пожал он плечами. — Вам запрещено покидать город, не уведомив об этом меня.
Ну, спасибо, Денис… Конечно, я никуда и не планировала ехать в ближайшее время, но всё-таки быть в плену черты города, подобно какой-то преступнице, оказалось очень неприятным ощущением.
Получив мою закорючку, следователь потерял ко мне интерес и погрузился в свой телефон, намекая тем самым на то, что могу быть свободна. Не попрощавшись, покинула его кабинет в полном раздрае.
Плелась по безлюдной улице в сторону общаги, ежась от прохлады раннего утра. Домой меня не повезли, рассудив, что и так доберусь… Погрузилась в свои мысли. Жалела и ругала саму себя одновременно. Отвлёк меня от размышлений визг шин, повернула голову и увидела, что возле обочины остановилась черная иномарка.
Глава 5
Переднее, полностью тонированное, окно автомобиля плавно опустилось, и из салона на меня смотрели два мужика восточной внешности.
— Садись, — грубо и без акцента кинул мне водитель. Словно мы давно знакомы и этот тип имеет какое-то право мне приказывать.
— Нет, — опешила я от столь грубого тона и нахального подката. С волнением заозиралась по сторонам, как назло улица была совершенно пустынна.
— Села, а то я сам выйду и помогу. С тобой побеседовать хотят, — угрожающе проговорил мужчина, подаваясь ближе. Теперь стало ясно, что не на мои прелести они позарились, а были ещё одними искателями Дениса и его «сокровищ».
Прохожих так и не наблюдалось, даже если я побегу, бандиты догонят и тогда уже точно не будут так «любезны». Тяжко вздохнув и приняв неизбежное, подошла к машине, открыла заднюю дверь, села в салон и погрузилась в свои мысли. «Все эти люди когда-нибудь закончатся?! Я же скоро просто упаду в обморок от истощения и страха. Сколько можно пытать и допрашивать?! Пора уже послание записать о том, зачем приходил Денис, что оставил, где сумка и о прочей информации, так необходимой всем этим людям. Опубликую видео на своей стене в Вконтакте или другой соцсети, пусть все желающие просматривают, оставляют лайки и комментарии, пока я, наконец-то, отосплюсь». Разумеется, совершать подобную глупость не собиралась, зачем ещё больше светиться перед искателями белого порошка, но сама идея показалась забавной.
Человек имеет особенность ко всему привыкать. Даже такие сильные эмоции, как боль, печаль или страх, постепенно притупляются, становятся не столь яркими. И если поначалу вас одолевает дикий, панический ужас от происходящих событий и надвигающейся опасности, то со временем он трансформируется в уже привычное состояние, в котором приходится функционировать и выживать «на автомате», ведь вы просто устаете боятся и сознание отодвигает страх на задний план.
Так же было и у меня. Очень хотелось спать и есть — эти базовые потребности затмевали всё остальное. Дошла до точки: «Мне пофиг, хоть режьте, только дайте перед этим выспаться и что-нибудь съесть, наконец!»
Наблюдала за мелькающем в окне пейзажем и дремала.
Перед тем, как провалится в беспокойный сон в неудобной сидячей позе, успела отметить, что мы выехали за черту города. Мысленно усмехнулась, ведь предупредить Антона Сергеевича или отпроситься у него явно не получится… Так и подмывало позвонить блюстителю правопорядка и противным голосом сообщить, что граждане бандиты меня вывезли в лес, выходит, я нарушила подписку о невыезде не по собственной инициативе, а насильно, потому прошу учесть данное обстоятельство при вынесении вердикта!
Машина свернула с трассы в сторону коттеджного посёлка. Значит лес отменялся, меня собирались цивильно допросить, например, в подвале… Как бы я ни смотрела на жизнь
