– Незримый! Ничего не понимаю на этом рэкенском. – Она захлопнула очередную книгу.
– Надо было лучше учиться. – Далия тяжело выдохнула, будто была единственной, кто тут хоть чем-то занят.
– Точно. Я все время забываю, что принцесса Эверока, которая всю жизнь пряталась в замке, не знает, что в придворные школы ходят лишь знатные особы. А мы, простолюдины, учились у своих родителей. Или же у самой умной старушки в деревне.
– Ну, эверчанский же ты знаешь.
Далия потянулась за книгой, которую Юри положила на стол.
– У Арасы раньше было два языка. Но после того как «Клан чистокровия» закрыл порт для иноземных торговцев и запретил иметь связи с эверчанами и рокрэйнцами, император издал указ говорить только на арасийском.
– Что за «Клан чистокровия»? – Далия наконец смогла зацепиться пальцами за корешок и подтянуть кучу сшитых и обтянутых кожей страниц к себе.
– Не делай вид, что тебе интересно. Лучше займись делом.
Юри подтолкнула к ней стопку книг, и Далия цокнула языком, закатив глаза. Проведя пальцами по странным узорам, вырезанным на переплете, она попыталась вспомнить, где видела их раньше, но надоедливое ворчание Юри сбивало.
– Мечи, клинки, луки и… – Далия забыла, как переводится с рэкенского последнее слово. – И еще одна вещь, которой можно кого-нибудь убить.
– Смотрю, ты тоже плохо училась, – съязвила Юри.
– Да. Потому что любовалась твоим братом. Раньше он интересовал меня больше, чем изучение других языков.
Вспомнив его лицо, Далия поежилась. Последний раз она видела Юстина во сне. И вместо поцелуя он решил подарить ей смерть. Странно, но теперь Юстин вызывал лишь отвращение. И ненависть.
– Мне важно знать, что он был хорошим человеком. – Юри рассматривала корешки на полках. – Надеюсь, мне удастся его спасти.
– Только через мой труп, – улыбнулась Далия.
– Я не убиваю людей, Далия. Но ты будешь исключением, – Юри, кажется, впервые за все это долгое путешествие ответила ей без злобы и неприязни.
– Хочется верить, что эта шутка не станет правдой.
Юри молча прошла к другому шкафу, пока Далия изучала новую книгу.
– Искусство охоты, – прочитав это, она тут же закрыла ее и принялась за другую. – А это правила сбора целебных трав Аскарских гор.
Руки сами перевернули страницу, и, ведя пальцем по названиям растений, Далия постаралась запомнить каждое из них.
– Мох печеночный, лишайник пневый, цет… церта… цетра…
– Цетрария. – Неожиданно появилась сбоку Юри, и Далия от неожиданности охнула. – В Арасе тоже такой растет. Отвар из него помогает от кашля и головной боли. Соно часто делал мне его. На вкус как горько-кислая желчь.
– Я запомню. Спасибо.
«Нашлась тут. Умная», – подумала Далия.
– Когда проголодаешься, съешь это. – Юри поставила перед ее носом тарелку с засахаренной смородиной. – И поговори уже с Эвоном. Ваши гляделки сводят с ума. Расскажи, что выучила новые травы. Думаю, этим ты его покоришь.
Юри вновь скрылась за спиной Далии, и та наконец попробовала сладкие, полюбившиеся ей больше фиников ягоды.
Спустя несколько часов бессмысленных поисков, когда глаза уже щипало от сухого и горячего воздуха жаровен, а голова заболела из-за обилия маленьких буковок, которые Далия все это время переводила на эверчанский, к ним постучался Эвон.
– Нашли что-нибудь?
Далия тут же забыла об усталости и, зарывшись носом в книгу, сделала вид, что не услышала Эвона.
– Нет. – Юри убрала на полку очередной свиток. – Хочешь помочь?
– Если вы не против. Мне бы хотелось сейчас побыть с вами.
Эвон шагнул внутрь и закрыл за собой деревянную дверь. Она протяжно и мерзко скрипнула, отчего у Далии по спине пошли мурашки.
– Как Соно? Вижу, ты был у него.
Далии очень хотелось повернуться и посмотреть на Эвона. Узнать, что же такое заметила Юри, раз сделала такой вывод. Но, сопротивляясь любопытству, она настойчиво продолжала смотреть в книгу, перечитывая одну и ту же строчку несколько раз. Казалось, она уже должна была запомнить ее наизусть, но глаза бегали по буквам, совершенно не улавливая смысл написанного.
– Соно лучше. Сейчас он спит. Врачеватели сказали, что скоро придет в себя. Его тело окрепло, рана почти затянулась, а на щеках снова появляется румянец.
– Это отличная новость! – Юри взвизгнула от счастья и, вскочив из-за стола, кинулась к Эвону.
Тот, кажется, обнял ее в ответ.
«Не поворачивайся. Не смотри в его сторону», – повторяла про себя Далия.
– А как… – голос Юри изменился, стал тихим и неуверенным. – Как Куан? Он что-нибудь сказал?
– Ничего.
– Незримый! – выругалась Юри.
– Он наемный шпион, – не сдержавшись, вставила Далия. – Очевидно, что он будет молчать.
– Когда ты избитый, закованный в цепях в холодной каменной темнице, без еды и воды – нет. Это не очевидно, – возразила Юри.
Наконец она вернулась обратно за стол, и Далия, надменно подняв голову, оторвала взгляд от книги. Эвон продолжал стоять за спиной Далии, и она была уверена, что он смотрит ей в затылок.
– Тогда я не знаю, что может его напугать. – Далия подперла щеку рукой. – Может, тебе опробовать на нем свой новый дар? Хоть какой-то толк от тебя будет, – пошутила она.
– Напугать… – задумалась Юри. – Напугать… Точно! Это должно сработать! Кажется, я смогу узнать, что он пытается от нас скрыть.
– О чем ты? – непонимающе спросил Эвон.
– Я расскажу обо всем, когда вернусь. В этот раз у меня точно все получится! Не думала, что скажу это, но… – помедлила Юри. – Спасибо, Далия! Ты очень помогла мне. Всем нам.
Так и не дочитав страницу, Далия перевернула ее. В библиотеке стало настолько тихо, что было слышно, как аха, ждавшие Эвона за дверью, переговаривались, а слуги в большом зале подкидывали дрова в жаровни.
– Дэл, да ты умничка! – вдруг воскликнул Эвон и, сделав пару шагов к Далии, все-таки остановился. – Да… – замялся он, будто не понимая, обижается она на него до сих пор или нет. – Да! Только, Юри, не ходи к Куану одна. Расскажи об этом Атернаю, и идите вместе.
– Этим я сейчас и займусь. – Юри уверенно направилась к двери. – Я знаю, что нужно делать, – улыбаясь, сказала она и вышла из комнаты.
Эвон еще немного постоял и, помедлив, все-таки занял место Юри. Далия продолжала избегать его взгляда и, отодвинув том, который читала, взяла другой.
– Тебе правда интересно читать о том, как правильно разделывать туши? – Эвон попытался заглянуть в глаза Далии.
Их разделяли несколько стульев, в воздухе вибрировало напряжение, и Далия решила промолчать, чтобы лишний раз не провоцировать Эвона задать вопрос.
– Все еще обижаешься?
Она и сама не знала, обижалась ли на него. Гордость не позволяла заговорить с ним первой, особенно после того, как он молча ушел и оставил ее одну за столом с Юри, Соно и их осуждающими взглядами. Будто все в тот день ополчились против нее. И даже сам Эвон, для которого, кажется, их отношения были лишь игрой, а сама Далия – очередной марионеткой, с которой он позабавился ночью.
Далия перелистнула страницу и увидела нарисованную от руки распятую тушу оленя. Все его органы были подписаны, а их более детальные зарисовки – вынесены на соседнюю страницу. Далия громко сглотнула и, не сумев сдержать отвращения, быстро отвернулась.
– Мне тоже не нравилась эта книга. Так и не смог уйти дальше первой страницы.
Взгляд Далии упал на пустую тарелку, и Эвон, заметив это, усмехнулся.
– Вкусные ягоды были? Мои любимые, кстати, – бархатный голос Эвона стал веселее, и Далия еле сдержала улыбку.
Она скучала по нему. По его теплым рукам и сладким поцелуям. Далия устала на него обижаться, но гордость каждый раз сковывала ее тело, не давала ответить Эвону и уж тем более заговорить с ним первой. Все эти дни в пустой холодной комнате Далия плакала в подушку от обиды и одиночества, которыми сама себя и наградила. И по ночам, сжимая одеяло, она мечтала оказаться в объятиях Эвона. Уткнуться ему в шею и ощутить знакомый аромат сушеных трав и лекарств. Но грела ее лишь жаровня, поленья в которой, кажется, трещали от злости и передразнивали принцессу.
