Ага, вот остановлюсь, пожалею и снова нарвусь на дерьмо… Нет! Пора положить конец этому, да ещё за такой эксклюзивный скандал денег получу немало, так что хоть подзаработаю на нём. Так-то!
— Никто в журнале не знает, что я родственница Ельского, да и… ик… несправедливо так. Я с ним осталась до утра, упустила Акосту, а в итоге… ик!.. даже человеческого "спасибо" не дождалась от этого скунса напыщенного. Достал. Пускай теперь и носит… ик… звание главного пьяницы страны. Фотки пришли, кстати, я видела, что снимал нас из машины.
— Эх, только потом не говори, что я тебя не предупреждал, — сказал Дима, отправляя мне фотки у ресторана. Сделав дело, парень так же пополз навстречу к белому трону, где уже обосновался Виталик.
Стащив с дивана плед, я посильнее укрылась ним, так как на полу было прохладно и жёстко. Гаденько потерев ручки, как какой-то мультяшный злодей, я принялась быстро печатать. Белый лист на экране стремительно начал заполняться чёрными буковками и значками.
Статью я закончила через два с половиной часа, примерно. Парни уже спали, кто на диване, а кто разобрал кресло и устроился в нём. Подленько похихикав ещё, я отправила её главному редактору на почту. Та-дам! Дело сделано.
Шла в ванную я довольная, как слон и очень гордая за себя. Стараясь при том не думать о том, какую бомбу запустила… Даже возникла мысль вернуться к ноутбуку и написать редактору, что это всё враньё. Но нет! Саша Громова не отступает и… и сейчас ей нужно немедленно позвать Борю у белого друга, так что она вам обязательно завтра перезвонит!..
Глава 3
Итак, мне предстоит сложный выбор. Возможно, даже самый сложный на этой неделе! Взять полноценный шоколадный торт или же просто набрать любимых конфет? Хотя, чего мелочиться? Возьму и то, и то!
Да уж, вот именно поэтому и нельзя ходить в магазин на пустой желудок. И если я смогла подружиться четыре года назад со спортом и всякими антицеллюлитными масками и обёртываниями, и ограничить себя в жирном и фаст-фуде, то вот от страсти к всему под шоколадом — не смогла отказаться и… Да, я слаба! Но это одно из немногих, что мне приносит радость! Эх, придётся завтра вечером сгонять в спорт-зал.
Набрав полную корзину сладостей, фруктов и китайской лапши быстрого приготовления, я пошла к кассе.
Вообще, с того дня, как я накатала обличительную статью против Льва, то прошло уже три дня. От семейного ужина я отмазалась и, когда в доме никого не было, кроме домработницы, то пришла и забрала кота. Кстати, главному редактору понравилась моя статья и её готовились выпустить следующим номером, которого я ждала и с трепетом, и с ужасом. Писала я под псевдонимом, так что вероятность того, что меня поймают была очень мала. Короче, жизнь налаживалась!
И вот стою я на кассе, счастливая и после долгого дня работы в офисе, готовлюсь провести вечер пятницы за ноутбуком в постели, смотря какой-нибудь индийский фильмец с любимым актёром Шакрукх Кханом, как коротко пиликнул мой смартфон. Повесив корзину на локоть, я вытащила телефон из кармана джинс.
На мгновение я обомлела, чувствуя то самое мифическое чувство, когда земля уходит из-под ног, а мозг сморщивается до таких размеров, что не способен функционировать ни единой здравой мысли. Только отчаянная пустота.
Что за?..
Я проморгалась и с недоверием уставилась на дисплей телефона, где светилась смска от мобильного "Сбербанка", гласившая, что мне на карточку пришёл расчёт… Ладно, деньги пришли огромные, так как я за два года работы ни разу не уходила в отпуск, так что отпускных у меня накопилось прилично, премия обещанная и зарплата за полтора месяц… Но, что значит "расчёт"?!
Быстро расплатившись за покупки и сложив всё в пакет, я начала торопливо искать в контактах телефона номер шефа. Нашла. Только тот трусливо не брал трубку, но я упрямо продолжала названивать, пока он не взял трубку.
— Да? — недовольно проговорили в трубку.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Добрый вечер, Эдуард Владиславович. Мне тут смс пришла из бухгалтерии…
— Всё верно, Александра. Мы больше не нуждаемся в твоих услугах. Извини, идёт сокращение. В нашем штате хватает журналистов.
— Но по контракту я должна отработать ещё две недели! Да и я сегодня была в офисе, вы ничего не… Алло? Чёрт! — выругалась я.
Затем ещё раз позвонила, но абонент был больше не доступен.
Естественно, я не поверила про сокращение и про "хватает журналистов". Там два стажёра, совсем ещё зелёных, и, не считая меня, два журналиста, одна из которых вообще принята на работу, из-за того, что спит с этим старым хрычём! Твою же мать!
Поднималась на свой этаж я, чуть ли не спотыкаясь о каждую лесенку. Блин, надо было всё-таки на лифте поехать. Поэтому, когда я добралась до своей квартиры, я была не только очень зла, но и ещё красная и вспотевшая, как свинья, идущая на бойню.
Ворвавшись в квартиру, я кинула сумки на пол, сняла босоножки и завалилась с телефоном на диван. Надо позвонить Димке и узнать про это загадочное сокращение. Интересно, с ним точно так же?
Но друг даже и не знал ничего, что только увеличивало мои подозрения… Эдуард Владиславович решил пристроить вторую любовницу! И как только у него хватает запала? Наверное, с виагры и не слезает. То-то он на обеде всегда жуёт устрицы и закусывает их орехами! Омолаживается, блин, гад. Уйду к его конкурентам!
— Сань, успокойся, — терпеливо проговорил Дима.
— Вот же, кастратик несчастный! — истерила конкретно я, так как работа для меня была всем. Там я смогла развиться, как личность и избавиться от комплексов. Преуспеть хоть в чём-то… а теперь у меня это отобрали! — Развёл в офисе гарем, а в итоге… а в итоге полетела моя голова… то есть карьера! Ну ничего, сейчас я…
Внезапно кто-то позвонил в звонок. Чёрт, опять какие-нибудь торгаши! Открывать не буду, иначе просто сорвусь и наору на какого-нибудь.
— Потом перезвоню, Дим, — сказала я, когда настырнее зазвонили в дверь.
— Только не заклюй бедолагу, курочка ж моя бройлерная, — хихикнул парень.
Зло отшвырнула телефон на диван… а затем обратно взяла в руки, так как за дверью мог оказаться маньяк какой-нибудь, а так хоть полицией могу попугать. Прошлёпав босыми ногами к двери, заглянула в глазок и провещала грозным голосом:
— Кто?
— Свои, — дипломатично ответили мне.
Надо же, какой продуктивный диалог.
— Свои дома сидят, — недовольно буркнула я.
Тяжёлый вздох, а потом мне хмуро ответили:
— Это Илья, Саша. Открой.
Вот это поворот! А что здесь делает старший сводный брат? Неужели мне предначертано именно на этой неделе встретиться со всем семейством? Интересно, когда мама подкатит из Италии? Или мой папа из своей горячо любимой конюшни? Может, к папе съездить на недельку, раз я теперь безработная? Думаю, он мне обрадуется. А что? Лес, конные утренние прогулки и потрясающий чай с чабрецом, который умеет заваривать только папа. Красота! Решено, поеду завтра-послезавтра к отцу.
- Салют, — пробормотала я, открыв дверь.
Холодные тёмные глаза на узком лице сухо осмотрели мой вид, начиная от макушки светлых волос, заканчивая пальцами на ногах. Я порадовалась, что не успела переодеться, так как дома ходила, как кроватный бомж. А так весьма нейтрально: белая свободная рубашка, чёрные облегающие джинсы и такого же цвета босоножки на высоком каблуке.
— Привет, — поприветствовал меня мужчина, входя в квартиру.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
В руках он держал чёрный дипломат и серебристо-серый пиджак, да и на роскошной подкачанной и высокой фигуре отлично сидела белая полурасстегнутая рубашка и чёрные брюки, не говоря о начищенных до блеска чёрных оксфордах. Кажется, с какой-то встречи припёрся. В общем, ходячий обалденный генофонд, так что мотайте на ус, дамочки. Свободен, вроде как. Надо будет спросить потом о его делах в Лондоне.
