притянуть её к себе и обнять.
— Ты должна была узнать правду, потому что ты наследница рода Чи. Это лишь идеальное будущее, которого требуют от нас божественные предки, но это не значит, что мы обязаны исполнять их волю.
Она опустила глаза, отстранилась и прошептала:
— А кто сказал, что я этого не хочу?..
Свиток с громким шелестом сложился и лёг мне в ладонь.
Мидори вдруг обратилась к Бахадуру, который всё это время делал вил, что его тут нет.
— А могу я изучить книги о жизни южного племени Чи?
— Можете. Восьмой отсек. Выйдете из зала, затем направо, через два яруса наверх, потом налево. Полки начинаются с нумерации триста сорок два и до пяти тысяч.
Девушка бросила на меня отчаянный взгляд.
— Пожалуйста, найди моих родителей, а я выполню то, что предначертано мне.
Она быстро направилась к выходу из зала, не оглядываясь и будто убегая от меня подальше.
Я же подумал о том, как отреагирует Джанко. Никого, кроме неё, для меня до сих пор не существовало, и мне не хотелось её волновать.
* * *
Когда я вернулся из библиотеки, меня уже ждали.
Отец вместе с Мичи подготовили двух самых быстрых и сильных варанов, Акулина накормила Демона мясным фаршем из котлованных упырей, что принесли помощники царицы.
— У меня будет изжога, — поморщился Демон, но не забыл при этом лизнуть девушку по щеке.
Пока я не планировал рассказывать Акулине насчёт будущего в свитке, но перед тем, как покинуть Атифу, всё же подошёл к ней и попросил:
— Будь осторожнее, ладно?
— Скажи это себе, Кирилл Миронович, — ответила она уверенно. — Я не для того выжила, чтобы умереть, не отомстив за отца.
Девушка крепко обняла меня и поцеловала в щёку.
— Мы будем вас ждать.
Неожиданно мой Следопыт снова дал о себе знать. На несколько секунд он вышел из-под контроля, да так резко, что я сам не ожидал: руки сжали Акулину в объятьях. На последней секунде перед поцелуем я успел вернуть себе контроль, но Акулина, конечно, уже среагировала.
— Уйми своего Следопыта, Кирилл, иначе я тоже не выдержу, — шёпотом попросила она. — Он до сих пор не даёт тебе покоя?
— Как помешался, сволочь, — нехотя признался я.
— Старайся думать о том, что провоцирует другие его инстинкты. Например, жажду крови. У Охотников она сильнее всего.
Сейчас мне это мало помогало, но неожиданно вмешался Демон.
Похоже, он почуял, что его хозяин вот-вот сорвётся, и решил принять меры. Он меня тоже лизнул и подставил морду, выпрашивая почесать за ухом, после чего меня немного отпустило.
— Спасибо, дружище. — Я взлохматил шерсть на его макушке.
— Чего мне твоё «спасибо», Чародей? Лучше пожрать принеси, а то эта мясная каша из червей вызывает у меня желание выть.
Попрощавшись со всеми, я, отец и Мичи отправились на поиски тех, кто остался в Западном Нартоне.
* * *
Путь был не близкий, к тому же, опасный.
Сначала нужно было преодолеть пустынные земли Котлованов, добраться до границы со Стокняжьем, а затем незаметно подобраться к тем землям, на которых когда-то значился военный Дом Волкова. Официально он просуществовал всего одну ночь после свадьбы.
Теперь на карте Стокняжья не значилось ничего: ни моего герба, ни моих земель. И даже исчезли территории Дома Снеговых, в том числе, резиденция Акулины.
Скорее всего, из героя империи я быстро превратился в предателя империи. И раз государю не удалось уничтожить меня по-тихому в Тафаларе, то выбора у него не осталось: он будет всячески очернять моё имя и имена тех, кто меня поддержал.
Демон и я ушли далеко вперёд, отец и Мичи на варанах прилично отстали.
Им приходилось ждать, пока я разведаю путь, чтобы уже безопасно его пройти вслед за нами.
Волк делал короткие пространственные рывки, чтобы проверить маршрут тщательнее, останавливался, внюхивался. Порой морщил нос и выбирал другой маршрут, делал крюки, ложился на песок и предупреждал:
— Там упыри, пусть проползут.
Или:
— Засада. Маги со щитами. Ждут, что мы тут пройдём.
Или:
— Нет, лучше туда не соваться. Там воняет лошадьми и ламами. Они оставили свои... э-э... вонючие подарочки... какашки... помёт... дерьмо... экскременты то есть.
— Я понял, Демон. Мог бы не пояснять.
Мы уходили всё дальше от Атифы, стремились на юго-запад, к границе с Западным Нартоном, и если бы не Демон, мне пришлось бы долго проходить этот путь. Вараны бежали следом. Отец отлично справлялся, как наездник, но Мичи измучился уже на первых километрах.
Когда мы делали привал, он валился с варана на песок, лежал, как убитый, и шептал, глядя в небо:
— Ненавижу животных... ненавижу пустыню... дайте мне крылья... я согласен даже на пинок под зад, но не сяду больше на этих ящериц... у меня всё болит... в самых неприличных местах...
А потом он замолкал, стискивал зубы и опять усаживался в варанье седло.
Отец помогал ему, показывал, как лучше управлять животным, и с каждым новым привалом Мичи плакался всё меньше. Когда мы наконец добрались до границ, пришлось выкручиваться, чтобы проскочить их незаметно.
Демон взваливал на спину каждого варана и переносил пространственным рывком. Потом — всех остальных.
Усевшись на волка, Мичи уже не убивался, а наоборот, с восторгом его разглядывал.
— Вот это другое дело!
Ну а отец сначала долго гладил зверя, разговаривал с ним, на что Демон демонстративно молчал и прижимал уши. Он будто чуял, что у меня с отцом непростые отношения.
И вот мы перебрались в Стокняжье.
Теперь Демон чуял засады почти повсеместно. Здесь нас ждали, поэтому лезть сюда было не самой лучшей идеей, но другого выхода не имелось. Варанов пришлось обмазывать одним из зелий Мидори, чтобы скрыть их запах от других животных. Хорошо, что у этих ящериц имелась хамелеонная окраска.
Сам же Демон чаще стал уходить в пространственные рывки и пропадать из поля зрения.
Мы методично приближались к моим бывшим землям, но когда до них оставалось около сотни километров, вперёд отправились только я и Демон, чтобы разведать обстановку.
Уже издалека я почувствовал запах гари, и сердце заколотилось как бешеное.
— Демон... а если их убили?
— Ты это бр-р-рось! — рявкнул он, делая очередной прыжок через пространство.
И вот мы оказались в поле, издалека виднелась роща... сгоревшая дотла. Чёрные стволы, выгоревшая трава — от этого зрелища
