в шалаш и увидел того, за кого волновался не меньше, чем за собственную мать.
Галей лежал на ветках, застеленных одеждой, и не шевелился.
Он бы казался мёртвым, если бы не размеренное дыхание.
Я бесшумно опустился рядом с учителем на колени и по-янамарски поклонился ему до самой земли. Именно он спас мою мать, пока меня не было. Склонившись перед ним в почтительном поклоне, я мысленно поклялся, что сделаю Фуми Галею новый меч — такой, какого у никогда не было. Не менее легендарный, чем тот, который он разбил, защищая мою мать, мои земли и мой Клан.
Не знаю как, но учитель почувствовал, что я рядом.
Он вдруг повернул голову и открыл глаза.
— Опоссум?..
— Простите, учитель. Мне так жаль, что...
Галей не дал мне договорить. Он ухватил меня за плечо, притянул к себе и крепко обнял одной рукой.
— Твоя мама заставила меня жить. Она не отпустила мой дух. Она сказала: «Боритесь», и я борюсь. Мы оба будем бороться.
— Да, учитель. — Я улыбнулся. — Вы просили присмотреть за Мидори. Но знаете, она и сама неплохо справляется. Она очень сильный маг, как и её отец.
Видимо, он подумал, что я говорю про него самого, поэтому смутился.
— Не забывай, что у неё есть родной отец, Кирилл. Очень хороший человек, очень смелый. Если бы не он, многих бы тут не было.
— Я о нём и говорю, учитель. Николай Кудинов — маг. Все варвары — маги...
Галей оторопело уставился на меня, но в этот момент в шалаш вошёл ещё один человек, бесшумно и угрожающе. Я почувствовал его появление затылком.
Акиро Ян.
Он встал за моей спиной, а затем прозвучал его требовательный голос:
— И что, господин Волков? Ещё имеет смысл молчать о том, что моя дочь на самом деле жива?..
***
Интерлюдия десятая. Джанко Ян
Вернувшись в Саторию, в домик Лидии Зерновой и учителя Ёси на краю леса, Джанко никак не могла успокоиться.
Она нашла склепы, где когда-то хоронили правителей главного рода Колидов, но застала жуткую картину: самый дальний склеп был осквернён и разграблен. Остались только наполовину уничтоженные фрески на стенах, обожжённые камни, следы битвы и два сломанных саркофага.
Джанко провела там много времени, выискивая зацепки.
Кто забрал тела из саркофагов?
Кто сражался в склепах и за что?
Она не имела права просто прийти к Кириллу и сказать: «Знаешь, любимый, я выполнила твоё задание, но результатов нет. Извини».
Нет, Джанко должна была выяснить всё настолько подробно, насколько могла. Она изучила обломки, каждый камешек, каждую фреску, каждый след былой битвы. Вычисляла, сколько крови здесь было пролито и как давно. Сила Тёмного Божественного Врача давала ей возможность ощущать застарелые следы крови.
В итоге проведя в склепах целые сутки, Джанко нашла зацепки.
По крошечным деталям она восстановила примерную картину событий, что произошли не так уж и давно, лет тридцать назад, и теперь была готова рассказать об этом Кириллу.
Она точно знала, кто забрал тела из саркофагов и где их искать.
Но вернувшись в Саторию, Джанко получила страшные новости, натолкнувшись на серьёзные лица своих учителей.
— Вещание передаёт, что Тафалар отбит у врага, — сказала учитель Ёси, но почему-то без радости.
— Это же прекрасно! — улыбнулась Джанко. — Значит, Кириллу удалось...
— Нет, не удалось, — перебила её Лидия Зернова. — Дом Волкова перешёл на сторону Котлованов и оставил город под напором войск императора. Кирилл предал государство и всех нас. Он убил Андрея Снегова, а дочь Снегова сошла с ума и сбежала с мужем-предателем. И объявили, что захвачены несколько человек из Клана и переданы в «Бутон». Их казнят на День Сидха.
Джанко шагнула назад.
Её затошнило так сильно, что она согнулась, прижала ладонь ко рту и зажмурилась.
Лидия сразу всё поняла. Её голос стал жёстким.
— Ты что, беременна от Волкова? Джанко Ян! Говори! Ты всё-таки позволила ему себя обрюхатить? А потом ещё и жениться на другой? О чём ты думала?
— Не напирайте на девочку, Лидия... ей и так плохо... — Учитель Ёси помогла Джанко дойти до кровати и прилечь на подушки.
А у самой Джанко не выходило из головы только одно: «Дом Волкова перешёл на сторону Котлованов... Кирилл предал государство и всех нас...».
Как он мог?
Неужели он забыл, что ниуды сделали с Янамаром? Что они сожгли Ютаку? Как он мог переметнуться?
Она не верила в это!
И тут вдруг учитель Ёси подошла к окну, вгляделась в темноту леса за изгородью и прошептала:
— К нам идут...
Эпизод 3.
Болото, у которого прятались уцелевшие люди из моего Клана, находилось близ границ с княжеством Сатория.
Отсюда родом были Кика и Грич. Они отлично ориентировались и сразу помогли мне определить, как лучше добраться до той глухой деревушки, где скрывалась Джанко.
Мы пошли сначала через топи, потом — по джунглям.
Один панголин переносил раненого Галея, второй — ослабевшую мать Мидори. На Тучке поехала Юмико с маленькой Кейко, а остальных трёх детей Мичи посадил с собой на варана.
Отец предложил маме тоже поехать с ним на варане, но она отказалась и села со мной на Демона.
Не знаю, о чём родители говорили наедине, но когда вернулись, то больше друг с другом не общались, даже друг на друга не смотрели. Ясно тут было одно: моя мать не простила отца.
Сидя позади меня, она не проронила по пути ни слова, и в итоге не выдержал я сам.
— Вы больше не будете вместе?
— Нет, не будем, — сухо ответила мать и добавила с грустной иронией: — Пусть он и дальше продолжает свою великую миссию. Я могу поддержать его, но не более. Всё угасло, Кири. Так бывает.
Больше она ничего не сказала, а я не стал её допекать.
Мне было горько от её слов и было жаль отца. В какой-то степени я понимал его, хотя и сам теперь относился к нему иначе. Как к чужому. А ведь мать ещё не знала, что он продержал меня больше года в плену. Вряд ли он ей об этом сказал, иначе она бы его прокляла. Или убила на месте.
Мы добирались до деревушки Зелёная гора до самого вечера. Рядом никаких гор, кстати, не было. Почему деревня так называлась, осталось непонятным.
Когда мы
