— Вы очень резко отзываетесь о своей семье.
— Эта семья стала семьей лишь благодаря нескольким бракам по расчету. И потом, легко говорить резкие слова о тех, кто желает твоей смерти.
Харриган ссутулился на сиденье и бросил на Эллу раздраженный взгляд.
— Вы собираетесь петь эту песню до самой Филадельфии?
— Пока вы ее не подхватите.
— Я бы подхватил, будь в ваших словах хоть какой-то смысл. А его там нет.
— Памятуя о ваших чувствах по отношению к богачам, весьма странно слышать слова в их защиту. — Она изучающе посмотрела на него, удивляясь собственной настойчивости. — Что заставит вас поверить в правдивость моего утверждения?
— Вы хотите, чтобы я сказал вам, как убедить меня в том, что ваши фантазии соответствуют действительности: — Когда в ответ она лишь насмешливо приподняла бровь, Махони невнятно выругался. — Мне действительно нужно что-то более убедительное, чем просто факт, что вы — головная боль ваших родственников.
— Я их головная боль по одной-единственной причине: у меня есть то, что они обожают больше всего на свете, — куча денег.
Харриган даже выпрямился от неожиданности и растерянно уставился на Эллу. Вид мрачно нахмурившегося Джорджа лишь усилил его сомнения в собственной правоте.
— У вас есть деньги?
— Конечно, есть. Будь я бедной родственницей, пользующейся их безмерной добротой, разве они сгорали бы от желания поскорее вернуть меня обратно? — невесело улыбнулась Элла и, не дождавшись от Харригана ответа, продолжила: — Семь лет назад перевернулся и затонул пароход. На нем погибли мои мать, отец и маленький брат, — Элла рассеянно погладила висевший у нее на шее серебряный медальон в виде розы. — Родители были далеко не бедны, хотя и не так богаты, как дядя Гарольд. Все перешло ко мне, но мой дядя будет распоряжаться моими средствами до тех пор, пока мне не исполнится двадцать лет или я не выйду замуж.
— Гак, выходит, деньги уже его?
— Отнюдь нет. Целая куча адвокатов следит за каждым его шагом. Так что ему удается лишь время от времени сделать моему капиталу легкое кровопускание, не более того. Дядя следит за мной, а они за ним.
— Составьте завещание и оставьте все своей тете или кому-нибудь еще.
— Вы думаете, я этого не сделала? — слабо улыбнулась Элла. За кого он ее принимает? — Но я не верю, что это сработает. Дядя Гарольд уже запустил руку в мое наследство. Но поскольку тетя Луиза уехала из Филадельфии после грандиозного скандала, а дяде по силам нанять самых опытных адвокатов, суду не составит труда признать мое завещание недействительным. При условии, что оно вообще обнаружится. Нет, дядя Гарольд хочет заполучить мои деньги и пойдет на все что угодно. Даже на то, чтобы нанять кого-то, кто меня прикончит.
Харриган ругнулся сквозь зубы. Положение осложнялось с каждой минутой. Он по-прежнему сомневался в том, что Элле, по ее словам, грозит нешуточная опасность. Но и отмахиваться от рассказанного девушкой уже было нельзя. Он крепко запутался в густой паутине лжи и лицемерия. Знать бы, кто ее сплел — Элла или Гарольд Карсон? Но самое неприятное в этом деле то, что он понятия не имел, кому из Карсонов верить. Ответы на все вопросы можно найти только в Филадельфии, и то попробуй их выведай.
— Вы изо всех сил стараетесь найти выход из положения, чтобы не повредить мне, ведь так? — тихо спросила Элла.
— Нет. Я просто думаю, не мудрее ли будет не поверить ни вам, ни вашему дяде, а приехать в Филадельфию и выяснить, что же происходит на самом деле.
— В Филадельфии меня ждет смерть.
— И правда тоже. Выбор сейчас только один — ждать.
Элла слабо улыбнулась и молча отвернулась к окну.
— Есть еще тетя Луиза, — прошептала она.
Глава 3
— Мы, кажется, остановились.
Услышав взволнованный голос Джорджа, Элла чуть приоткрыла глаза. Она сделала вид, что продолжает спать, боясь выдать проснувшуюся в душе безумную надежду. Для остановки поезда имелись десятки причин. Как-то раз остановились посреди ночи набрать воды. На этот раз могли понадобиться уголь или дрова для паровоза. Вряд ли это тетушка Луиза. Да и каким образом она могла остановить поезд?
— Это какой-то городок? — спросил Харриган, поднимаясь во весь рост и потягиваясь всем своим сильным телом.
— Не похоже. И водонапорной башни не видно. Вроде как мы остановились неизвестно где.
— Да это, наверное, какой-то полустанок. Давай сходим да и разузнаем, в чем там дело.
Элла выждала еще какое-то время, дав мужчинам уйти, и осторожно открыла глаза. Выглянув в окно, она увидела, что уже раннее утро и поезд действительно стоит неизвестно где. Вокруг, насколько хватало глаз, расстилалась пустынная прерия. Та же картина предстала и в окне на противоположной стороне вагона. Даже не будь она прикопанной к ручке кресла, в побеге не было никакого смысла. Более того, это стало бы несусветной глупостью. На мили вокруг не наблюдалось ни кустика, ни ямки, где можно было бы спрятаться.
Несмотря на столь безнадежную ситуацию, Элла осторожно вытащила из волос шпильку. Тетушка много времени потратила на то, чтобы научить племянницу открывать замки без помощи ключа. Это могло пригодиться в дальнейшем, потому что дядя Гарольд имел обыкновение запирать Эллу на несколько дней за строптивое поведение, однако мысль о наручниках Луизе в голову не приходила. Элла коротко возблагодарила Бога за то, что эта мысль не посетила и ее дядю.
Оставив свои безуспешные попытки через несколько минут, она тихо чертыхнулась и тут же беспокойно огляделась. Симпатии пассажиров все еще были на ее стороне, и не хотелось их терять лишь из-за того, что у нее вырвалось словцо, которое услышишь разве что от портового грузчика. С облегчением Элла поняла, что никто ничего не услышал, К несчастью, она обнаружила, что все украдкой посматривают в ее сторону, но этим все и ограничивается. Их сочувствие так далеко не распространялось, и лелеемая ею крохотная надежда на помощь кого-нибудь из пассажиров умерла.
— Тетя Луиза, я молюсь о том, что поезд остановили вы, — едва слышно прошептала Элла и снова принялась ковырять шпилькой в замке. — Кажется, вы остались моей последней надеждой.
— Глупее этого ничего нельзя придумать, — проворчал Джошуа и хмуро посмотрел на Луизу.
Покраснев, она убрала упавшую на глаза прядь волос и ответила сердитым взглядом. Они стояли неподалеку от железнодорожного полотна, время шло, и Луиза уже начала сомневаться. Задумка хороша — встать на шпалы, дождаться бешено мчащегося поезда и остановить его. Да в своем ли она уме? Она вся извелась, пытаясь придумать, как остановить поезд, чтобы он не сошел с рельсов и пассажиры не покалечились. Если машинист будет заранее знать, что впереди что-то не в порядке, он затормозит и остановит поезд. Меньше всего Луиза думала о себе.
