Читаем без скачивания Наследник пепла. Книга II - М. Борзых

Меня объяло пламенем. Как и ногу Годислава, а дальше пламя пошло по его одежде, затем перекинулось на спину, так как рубаха съехала с поясницы и собралась в гармошку подмышками.

Отец Тагая заорал.

— Вам меня не испугать! Я всё равно выиграю!

«Похоже, горбатого только могила и исправит», — подумал я, но тут из кустов послышался такой грозный рык, что даже у меня по спине мурашки побежали. Но я не успел заметить, кто там скрывался, лишь понадеялся, что Костю не заденут.

— А-А-А! Демоны! — заорал отец Тагая. — Тревога! Прорыв! Спасай сестру и мать! — кричал на этот раз он вполне осмысленно.

Тагай уже дёрнулся было, чтобы вытащить отца, как я отрицательно мотнул головой.

— Вы хотите спасти жену и дочь⁈

Внизу мне вновь вторил леденящий душу рык. Вот только я абсолютно точно знал, что демоны по одному не ходят, а не заметить легион в кустах посреди сельской усадьбы было проблематично. Кажется, кого-то посетили не демоны, а вездесущая белочка.

— Хочу! Спасайтесь! Сынок, спаси их!

В этот момент мне показалось, что он был искренним. Я вынул из кармана мамин «подарок» и приложил его к телу Годислава Котемировича. Нажав кнопку-активатор, я заметил, как из артефакта пошёл сизый дымок и впитался в тело игромана.

Убрав пустую оболочку из-под конструкта, я потянул подопытного наверх. Вытащив всё ещё дымящегося Годислава, я постарался моментально затушить тлеющие волосы у него на макушке.

— Вы видели? — он смотрел нам в глаза и говорил совершенно осознанно. — Видели же? Там демоны! Они пришли за мной! Они хотели сожрать мою печень! Выдрать и сожрать!

— Пап, ты слишком много пьёшь, — тяжело вздохнул Тагай. — Уже мерещится всякое.

— Пью, признаю! А пью потому… что дар… — отец посмотрел на меня и на сына и махнул рукой, боясь проболтаться, — … дар отказывает. Оттого и постоянно проигрываю!

— Вы знаете, у тохаров бытует поверье, что если дар использовать не во благо, а во вред, то он уйдёт. Он чувствует, когда его используют не по назначению.

— Да что вы можете знать? — вскинулся менталист, но, заметив мою медную косу, осёкся.

— Вы думаете, мы просто так Стену защищаем? Нет, — начал я нести на ходу выдуманную легенду, — огонь тохаров призван защищать людей от тварей ночи. Поэтому в родах, где защищают людей, дар не вырождается, а там где… Ай…

Теперь уже пришла моя очередь махнуть рукой, но неожиданно меня поддержал Тагай:

— Да, пап. Отец Вити в ранге Ярого на Стене командует, а у Вити при поступлении уже на границе Гридня определили, а это ведь старт только.

— Так это потому?.. — глаза игромана, надеюсь, бывшего, широко распахнулись. В них отразилась работа мысли, будто он начал сопоставлять события своего прошлого. — Ведь действительно пока за стол не сел, всё было значительно лучше…

К нам поднялся Костя, на ходу пытаясь избавиться от колючек из тернового куста и бормоча:

— Больно его печень нужна кому-то, ага, конечно! Вся в циррозе, наверное, даже противно глянуть!

Я отошёл к другу, оставив Тагая самостоятельно вкладывать отцу нужные мысли в голову, так сказать, закрепляя эффект от артефакта и легенды. Раз уж на лицо было плодотворное влияние.

— Ты похож на шелудивого пса после недели гулек, — хмыкнул я, обирая Костю от колючек.

— Я бы на тебя посмотрел, если бы единственным кустом под окнами был терновник.

— Я бы точно не полез, у меня болевой порог нечета твоему. — А Костя почему-то напрягся после этих слов. — А ты ничего, вон, даже представление для одного зрителя отыграл! Что ты там ему показывал, что его так накрыло?

— Да ничего особого, — буркнул Жердев. — Рожи ему корчил разные. А у него белочка, вот он меня за демона и принял!

— Ничего, — я хлопнул друга по плечу. — Мы-то знаем, что ты не демон! А что за рёв был?

— Это ревун, — Костя показал маленькую дудку с раструбом, — одно из шуточных изобретений отца, для дрессуры магических тварей иногда используют. Ты же знаешь, я интересуюсь…

Исключительная Костина любовь к животным приобретала всё больше полезных сторон.

— Да уж, придумали для животин, а оно и для людей в исключительных случаях подходит. Хотя, признаться, у меня мороз по коже пошёл от этих звуков, — честно признался я в собственных ощущениях.

— Вот после истории со скорпиидой решил захватить из запасов, может, когда пригодится отпугивать всякое…

Тут к нам подошёл Тагай:

— Ребят, спасибо! Честно… За огонь, за испуг, за легенду и за сам знаешь что, — покосился на меня друг. — Маме тоже низкий поклон. Кажется, всё вместе сработало.

* * *

Путь обратно на вокзал был странным. Разительно изменилось настроение моих спутников. Тагай излучал счастье и радость, всячески стараясь нас развлечь. Костя был задумчивым, мне же было не по себе. Когда волнение от происходящего улеглось, я смотрел на свои руки и прислушивался ко внутренним ощущениям. Бесконтрольный выброс магии — это очень и очень плохой знак. До того плохой, что…

По пути до поезда у меня случилось ещё два выброса, а внутри начала разливаться боль. Стало очевидным, что дело в источнике. Ненадолго же его хватило после лечения.

Со временем выбросы становились чаще, но значительно слабее. Источник моей магии разваливался, а вместе с ним уходила и сила. От ребят не укрылось моё состояние.

— Ты как? — проявили они обеспокоенность.

— Не очень, надеюсь, мама сможет помочь, — предупредил я ребят, и стоило поезду остановиться, дал дёру в сторону извозчиков.

К матери рванул я ещё и по причине возврата оболочки от артефакта. Появляться с таким, хоть и пустым, на территории академии было слишком рискованно. Да и обсудить мои проблемы было необходимо.

— Ну что, как? — спросила она, забрав его из моих рук. — Помогло?

— Будем надеяться, — ответил я. — Вроде бы в нужный момент использовали.

— Ты вроде как и не рад, — сказала мать, и я ей посмотрел в глаза, и она добавила. — Ты не здоров?

Если кто сейчас и мог мне помочь, то только она. Возможно, не действием, но советом.

— Тем, что случилось, я горжусь, — ответил я, расправляя плечи. — Вот только со мной не всё в