зверь убьет меня быстро.
Не то длинный зал для церемоний, не то крытый двор. В одном конце скрытый навесом от солнца сидит Верховный асхар, в другом конце под таким же навесом зверь. Отсюда я видела только кожаные высокие сапоги, остальное мешало рассмотреть покрывало растянутое четырьмя девушками над моей головой. Шла от одного к другому по раскаленным камням вдоль всей открытой части зала. Ступать могла только на пальцы, каждая попытка опуститься на стопу превращалась в пронзающую боль в ногах. В принципе болит все. Голова, бока, новые проколы, пятки. Все. Пожалуйста, пусть это закончится поскорее. Идти больно и страшно. Но страшнее остановиться. Сквозь боль пробивалось знакомое легкое чувство щекотки по телу.
Удар в гонг. Щекотные ощущения растворяются в этом звуке. Я встаю на колени, девушки отходят, забирая покрывало. Как же хотелось узнать кто этот зверь, но нужно было смотреть вниз, нельзя поднимать глаза. Повторяла, я себе и молилась о том, чтобы он уже закончил мои мучения. Как же я устала.
Глава 7
Понравилась я зверю или нет? Как он это решит? Что вообще должно дальше произойти? Что со мной будет дальше? Гнетущая тишина превратилась в пульсирующие удары в висках. Голова закружилась и все стало темнеть, последнее, что я увидела — носки кожаных сапог.
Плетеное полотно из широкой серой соломы, напоминало бамбуковые коврики. Жесткое, колит щеку. Хорошо, что лежала на левой щеке. Ей хотя бы не доставалось. Руки свободны от оков за спиной, но на запястье тонкий браслет с острыми краями, от которого тянется цепочка. Ноги в уютном тепле и какое-то приятное чувство. Совсем не чувствовала боли в пятках.
Приподняла голову насколько позволяло мое положение. Тканевые стены. Похоже, что это шатер. Мужчина с очень длинными черными распущенными волосами сидел по-турецки ко мне спиной и сжимал мои ноги чуть ниже колен между локтем и боком. Что он там делал мне было не понятно. Но какое-то приятное тепло разливалось по всему телу успокаивая боль. Шевелиться дальше было лень. Я лежала и наблюдала за движением мышц под смуглой кожей на спине и руках мужчины.
Тихий звон металла, будто обронили иголку на железную тарелку. Снова поглаживания на пятке, снова тихий звон. Почувствовала, что с щиколоток сняли оковы. Открыла глаза. Встреча взглядом с черными глазами обрамленными густыми длинными ресницами, была неожиданной.
Мужчина внимательно наблюдал за мной, а я рассматривала его. Прямой острый нос, густые черные брови, острые скулы, пухлые губы, небольшая бородка и усы. Можно было бы сказать, что он очень красив. Но его внешность портил неровный шрам, начинаясь над левой бровью, проходя через глаз до самого низа левой щеки. Как только такая глубокая рана не задела веко.
Отведя от меня взгляд, мужчина перевернул меня на спину. Снял цепочки с бедер и потянулся выше. Попыталась свести ноги или что-то сказать, прикрыться рукой. Но мое тело меня подводило. Слабость была такая, что я просто ничего не могла сделать.
Прикосновения мужчины едва ощущались. Закрыла глаза и старалась не думать о том, что он будет делать дальше. Чувствовала, как прикосновения поднимаются выше и выше. Вот уже снят мой ошейник. Теперь ухо, нос, губа. Поняв, что меня полностью освобождают от всего сделанного асхарами, высунула язык. Это тоже снимите, пожалуйста. Настроение было отличным. Хотелось смеяться. Вспомнила, что так я однажды испытывала опьянение. Просто непонятная веселость, все казалось смешным. Неспособность контролировать свое тело… Это что он меня напоил вместо обезболивающего? Поэтому я ничего не чувствую?
Услышала странные звуки — звон металла. Открыла глаза. Увидела, как мужчина одетый в что-то похожее на килт и высокие черные сапоги выходит из шатра в яркий жаркий день. Веки стали тяжелеть, и я уснула.
Следующее мое пробуждение в полной темноте. Не сразу поняла открыла я глаза или нет. По ощущениям я все еще одна в темном шатре на коврике из травы.
Немного полежав и прислушавшись ко звуку за тканевыми стенами шатра, поняла, что там кипит жизнь. Редкие слова, доносившиеся до меня на непонятном мне языке. В попытке понять речь перевернулась со спины на бок. Осознание того, что у меня ничего не болит накрыло волной облегчения.
Резко села на колени, стала ощупывать себя. Ни проколов, ни синяков, ни боли. Ощупала голову. Многострадальная коса на месте. Правда теперь это не коса, а непонятное плетение от женщин из гарема асхаров. Потратив некоторое время на распутывание пальцами волос и расчесывание. Стала заплетать косу, за этим занятием меня и застал мужчина, вошедший в шатер со светящийся шкатулкой в руке.
Все также сидя на коленях с недоплетенной косой в руках, наблюдала за ним, глядя через плечо и боясь пошевелиться.
Мужчина плавно наклонился и поставил неподалеку от меня свою ношу. В свете шкатулки я узнала в нем того, кто снимал с меня подарочную упаковку от асхаров. Медленно снятый широкий пояс с двумя пристегнутыми мешочками наталкивает меня на мысль зачем он пришел.
— Нет. — шепчу я.
Очень хочу сбежать, отползти, но тело словно чужое. Оно совсем не слушается меня, и я сижу, все так же глядя на мужчину.
Полностью раздевшись, он подошел ко мне, повернул к себе спиной и нагнул, прижимая к колючему настилу.
Больно, обидно. До этого у меня был только Рома…
— Отпусти! Прекрати! Хватит! Остановись!
Вначале орала, срывая голос, потом говорила, а потом только шептала, глотая слезы. Единственное, что позволило мне мое собственное тело — это сжимать кулаки до боли впиваясь ногтями в ладони.
Закончив то, зачем пришел мужчина издал тихий, совсем нечеловеческий рык. Этот звук больше похож на звериный. Обжигающе горячие большие руки отпустили меня, и я поняла, что мое тело снова слушается. Отползла от него настолько насколько смогла.
Мужчина оделся, а я сидела, забившись в угол шатра и наблюдала за ним. Вытерла трясущимися руками слезы, и поняла, что изодрала ладони до крови. От рассматривания ранок меня отвлек мужчина. Он бережно взял мои руки в свои провел по ранкам большими пальцами. Это ощущалось так нежно, будто бы не он только что причинял мне боль. Мои светлые трясущиеся руки в его больших смуглых руках выглядели правильно, но это пугало еще больше. Возникло ощущение, что по рукам течет теплая вода, приятная. Ранки быстро затягивались. Я, не веря подняла взгляд и посмотрела в черные глаза.
Его взгляд такой же внимательный и изучающий. Он чуть заметно улыбнулся уголками губ. Отпустил
