трех милях от ближайшей деревни, и шафран страстно желала оказаться там вместе с мужем. Каждый вечер после того, как они занимались любовью, она просила Райдера снова описать ей все это и объяснить все детали того, как будет разбит лагерь, где они будут выращивать пищу и держать животных, хижины рабочих, здания, которые понадобятся им для переработки руды. После многих лет торговли по всей Африке Райдер хотел построить что-то постоянное. Он верил, что шахта может сделать его очень богатым, но он также хотел принести богатство народу Тирея. Он говорил о подготовке инженеров и слесарей из местного населения, о том, как прибыль от рудника могла бы защитить их всех от превратностей голода или войны. Шафран не могла представить себе большего счастья, чем помогать ему, воспитывать их детей, пока шахта росла, и она отчаянно хотела, чтобы это захватывающее будущее началось сразу же. Однако такое предприятие требовало огромного объема планирования. Райдер хотел нанять горстку американских и европейских специалистов по горному делу. Ему нужны были люди, опытные в работе в изолированных местах, поэтому он начал искать ветеранов Великой Комстокской серебряной забастовки в Западной Юте. Ему также требовалось время, чтобы собрать оборудование, необходимое для переработки руды. Шафран не очень интересовали детали этого механизма. Когда Райдер заговорил о ртути, смешении кастрюль, кормушек и марок, она перестала слушать. Все это казалось очень дорогим и очень тяжелым, так трудно было перевезти в горы, но она полностью верила в способность своего мужа организовать все до совершенства. Она только хотела, чтобы это не заняло так много времени.
Тем временем она мечтательно смотрела в окно. Так что именно она видела, как Эмбер возвращалась в отель с острова Замалек. Даже с этой точки зрения Шафран могла сказать, что с ее сестрой что-то не так. Она почувствовала это в своей груди, внезапное болезненное сжатие сердца. Она вскочила со своего места, забыв о собственных проблемах, и поспешила в комнату Эмбер.
•••
- Спросил Пенрод свою невесту у ворот клуба. Все слуги знали Мисс Бенбрук—англичанка, похожая на цветок, выросший после первых дождей, а также бегло говорившая на классическом арабском языке, что заставляло их чувствовать себя поэтами, не была быстро забыта. Пенрод также мог сказать по их прищуренным глазам и коротким ответам, что Эмбер не выглядела счастливой, когда уходила, и они, ее защитники, винили его. Пусть думают, что им нравилось. Пока он задавал свои вопросы, мимо прошествовал капитан Бернетт. Капитан остановился рядом с Пенродом и закурил сигарету. Пламя слегка покачивалось.
- Мисс Бенбрук опять сбежала, Баллантайн, - сказал он, растягивая слова. - Пил чай с Леди а, а потом умчался самым странным образом.- Он выпустил в Послеполуденный воздух полную струю серо-голубого дыма и усмехнулся про себя. - Она пыталась броситься в объятия одного из слуг-арабов, когда выходила из дома. Я полагаю, что ты можешь забрать девушку из гарема, но старые привычки умирают с трудом!”
Рука Пенрода потянулась к рукояти сабли, но лейтенант Батчер отшвырнул Бернетта в сторону.
- Заткнись, идиот, - прошипел он своему другу, прежде чем повернуться к Пенроду. - Прошу Прощения, Майор. У человека было слишком много солнца.- Он подтолкнул Бернетта в сторону тени, все еще кланяясь и рабски улыбаясь Пенроду.
Пенрод проводил их взглядом, а затем сел в карету, ожидавшую в начале очереди. Он отрывисто отдал распоряжения относительно гостиницы "Шепард". Водитель резко рванулся вперед, и Пенрод был уверен, что это было сделано намеренно.
•••
Когда Пенрода проводили в отдельную гостиную номера Эмбер, его невеста была одна. Ее маленькое личико было очень бледным, но держалась она спокойно. Слишком спокойный. Эмбер была девушкой быстрой улыбки, проницательным, остроумным наблюдателем окружающего мира. Только когда он увидел ее такой, какой она была сейчас, с таким пустым выражением лица, словно она была высечена из мрамора, он понял, как сильно любил эту живость, этот энтузиазм к жизни, который она носила, как некоторые женщины носят драгоценности. Ювелирные изделия. Его внимание привлек блеск бриллиантов: это было обручальное кольцо, которое он подарил ей совсем недавно, простой ободок из маленьких, но идеально ограненных бриллиантов, лежащий на маленьком столике розового дерева перед пустым камином. Он послал Якуба купить ее и сам едва взглянул на нее, но вспомнил выражение ее глаз, когда он подарил ей эту вещь— - она сияла от счастья.
- Майор Баллантайн, пожалуйста, возьмите кольцо. Наша помолвка окончена.- Теперь она говорила спокойно, без всяких интонаций и акцентов в голосе.
Пенрод выдавил из себя снисходительный, ласковый смешок и протянул руки. “Моя дорогая девочка, я понятия не имею, какую ядовитую чушь наговорила тебе эта женщина, но, пожалуйста, не обращай на нее внимания. Агата устроила так, что этот маленький карманник обокрал меня, чтобы получить возможность поговорить с тобой наедине и оклеветать меня. Она просто ревнует, вот и все.”
Эмбер быстро отошла от него, так что низкий кофейный столик оказался между ними. - Я знаю это, Пенрод. Она ведь была твоей любовницей, не так ли?”
Он не ответил, но опустил руки по швам.
“Я так и думала” - продолжила Эмбер. - Даже если она сказала это из ревности или нет, я все равно думаю, что все, что она мне сказала, было правдой. Если бы она солгала, то вряд ли получила бы такое удовольствие от своих слов. Поэтому я не могу выйти за тебя замуж.”
Пенрод очень редко испытывал страх в своей жизни, но сейчас он его почувствовал. Он толкнул ее вниз.
“Это просто смешно.”
Эмбер повернулась к нему. Он увидел в ее глазах вспышку внезапного гнева, и ее щеки вспыхнули.
- Смешно? Ты соблазнил или не соблазнил мою сестру Ребекку?”
Ее гнев разбудил его собственный, и он держался за него, как за друга. “Я так и сделал. Твою сестру, моя дорогая девочка, было довольно легко соблазнить. У райдера Кортни она тоже была до того, как ее запихнули в гарем. Место, к которому у нее есть природный талант, уверяю вас.”
- Ах ты чудовище! Она спасла мне жизнь! Если бы она не защитила меня . . .- Она положила одну руку на каминную полку и отвернулась от него. Он видел, как дрожат ее худые плечи, когда она изо всех сил пыталась взять себя в руки. “Я знаю о своей сестре
