Ресторан «Villa Mosconi».
«Переговорщики. Да, идея старинная, известная, пожалуй, со времен первых государств с их спецслужбами и весьма здравая. Истина в том, что разведкам, а иногда и политикам официально недружественных государств, очень часто требуется поговорить. Причем не официально и напрямую, без лишних ушей и глаз. И тогда в дело вступаем мы — официальные секретные агенты, так сказать, — размышляя о постороннем, Иван готовился к предстоящей встрече, не первой, но на сегодняшний день важнейшей за все время его службы. — И надо признать такие контакты часто намного эффективнее официальных. Если вспомнить Карибский кризис и переговоры Фомин — Скалли, то всякие сомнения отпадут…»- подойдя к двери, он задержался на несколько секунд, пытаясь обнаружить в отражении на стекле возможных наблюдателей. Дилетантство? Нет, просто разумная предосторожность, пусть и слегка наивная.
Войдя в полутемный, с улицы, зал он остановился. Несмотря на популярность ресторана, в эти часы народу в нем было мало. «Идеальное место и время для встречи» — отметил он, тут же заметив машущего ему рукой Джона. Приветливо улыбнувшись и поздоровавшись, подошедший метрдотель проводил посетителя к столику и удалился. Тут же реализовавшийся, словно из ниоткуда официант принял заказ и снова загадочным образом испарился в воздухе.
— Как дела, мистер Айвен? — широкая, «в тридцать два зуба», улыбка и веселый тон не могли скрыть озабоченности собеседника.
— Просто отлично, — улыбнувшись, ответил Иван, — а как вы, мистер Джон?
Старый, сохранившийся еще с первой встречи ритуал, когда он, от смущения неожиданно представился Иваном Ивановым, а его американский контрагент, в ответ — Джоном Доу.
— Я? Да у меня вообще отлично, — почти незаметно скосив взгляд на сервирующего стол официанта, ответил собеседник с явным акцентом коренного «дикси». — Я же вложился в «Exxon Mobil». А тут еще в политике очередное шоу разворачивается, правительство как наскипидаренное бегает и заседания каждый день, — и весело рассмеялся. Но едва официант отошел, как все напускное веселье слетело с Джона, как шелуха.
— Итак, что вы можете сказать, Айвен? — отложив в сторону вилку спросил он.
— О встрече просили вы. Значит, я рискну предложить, что сообщить что-то хотите вы, — весело ответил, отпив из бокала Иван, — все равно в табличке будет написано, как в «Оссидентале», — но осекся, заметив серьезный взгляд собеседника.
— Айвен, мне не до шуток. «Ястребы» давят на администрацию.
— Хорошо. Я был… дома вместе с боссом. Могу заверить вас, что наше командование полностью владеет ситуацией. Связь с ракетоносцами установлена, они получили задачу адекватно отвечать на любую провокацию, — он замолчал, посмотрев на побледневшего Джона, — но можете смело гарантировать, что без приказа никто ничего не сделает.
— А приказ…?
— А приказ отдаст лично «Дядя» или лицо имеющее соответствующие полномочия, — Иван подождал, пока Джон допьет вино и успокоится. — Так что любые попытки повторить появление боевых самолетов и прочие недоразумения… Помните, как в одном североафриканском государстве, на столицу внезапно полетели бомбы? Или как еще раньше на один остров у ваших берегов внезапно вторглись иностранные войска? Вот, чтобы таких ситуаций не было, приказ и отдан.
— Но… откуда связь, и каким образом…?
— А вот это — без комментариев, сами понимаете…
— Тогда давайте обсудим вопрос с Прибалтикой, — несколько успокоившись, предложил Джон.
— Могу сказать только, что мы не видим никакого предмета обсуждения. Страны законно, в соответствии с демократическими процедурами вошли в состав нашей страны. То, что они заменили современников — это форс-мажор. И вообще, подумайте, зачем вам лишняя головная боль в виде кучки нищих окраин? Не верите? — Иван достал из кармана миниатюрную флешку и передал собеседнику. — Можете ознакомиться с истинным положением дел. Там еще не везде туалеты во дворах построены, между нами говоря…
— Нет. Мы не можем бросить своих союзников. Передайте, что мы сделаем все для их освобождения, — Джон явно не ожидал такого подготовленного ответа оппонента и сейчас просто повторял полученные ранее инструкции.
— Нет, мистер Доу. Они не союзники. Они могли бы ими стать через семьдесят лет, — резко перебил его Иван, — но сейчас — это совершенно другие территории. Впрочем, мы можем предложить компромисс, — он подмигнул. — Как ваши друзья посмотрят на референдум? Организованный не позднее чем через три месяца? Сразу предупреждаю, что раньше не получится из-за террористических действий засланных нацистами группировок. Передайте, что мы согласны на присутствие иностранных наблюдателей.
— А агитация?
— Попробуйте. Только радио, мы не разрешим привоз антисоветских листовок на нашу территорию.
— Хорошо. Мы подумаем. Что ваши начальники думают о ситуации на Дальнем Востоке?
— Мы согласны подписать мирный договор с Японией на условиях сохранения статус-кво. Но эти территории должны быть демилитаризованы.
— Вы не можете диктовать суверенному государству.
— А мы и не диктуем. Просто предлагаем ввести на этих территориях действие конституции. Девятая статья, всего лишь.
— Ну, в этом отношении мы вас тоже поддержим, — улыбнулся Джон.
Разговор плавно перешел на обсуждение отличий переместившихся и неперемещенцев, погоды и блюд. И наконец, собеседники распрощались
— Ваши предложения весьма интересны и я думаю, мы встретимся еще раз, — заметил, прощаясь, Джон.
г. Харьков. Лысая гора.
Венька Фридлендер, ученик слесаря
От депо до дома пятнадцать минут хода. Если бегом — десять. Венька пролетел за пять. На установку покрышек и накачивание камер одолженным у соседа насосом ушло еще пятнадцать. Вместе с одалживанием и возвратом. С окончания заседания не прошло и получаса, когда самый счастливый человек на Земле впервые нажал на педаль своего собственного велосипеда. Венька аккуратно проехал по Черниговскому переулку, свернул на Черкасскую, с нее на улицу Революции 1905 года, потом через Волошинский переулок проскочил до Верхнеудинской, и рванул по ней вниз, к оврагу, решив проверить, как машина пойдет в гору. Троицу с Холодной увидел уже на спуске. Дрюха Беззубый, Васька Супрун и Петька Чубатый. Все трое старше и сильнее. И не уклониться, не сбежать, пока затормозишь разогнавшийся на спуске велик, пока развернешь…
— Свали с дороги! Зашибу!!! — заорал Венька, еще быстрее крутя педали.
Сработало. Васька еле успел отпрыгнуть в сторону. Велосипедист пронесся мимо, продолжая наращивать скорость, в надежде проскочить до угла Черкасской и Черниговского проезда и уйти на свою территорию. Получилось, но почти. Перед самым подъемом, из-за крутого поворота, пришлось сбавлять скорость. И выкрутить на тягун уже не хватало ни разгона, ни сил. А преследователи были совсем близко. Венька спрыгнул с велосипеда, заливисто засвистел, созывая своих, и бросился вниз, не столько навстречу врагу, сколько к валявшейся на обочине штакетине. Один против троих, всё по правилам. Деревяшка в руках будущей жертвы несколько охладила пыл врагов. Все трое остановились, переводя дыхание и злобно посматривая на лысогорца. Венька продолжал свистеть, уже безнадежно понимая, что никого из хлопцев поблизости нет. И придется отбиваться в одиночку.
— Слышь, свистун, — начал Дрюха, — ты навищо мой велик упер? Вертай взад, где выросло!
— Да ты шо? — картинно удивился Венька — А може, тебе еще дрючок в сраку запихать? Чи говна на лопати? То твой батька его до помойки сволок, с него и требуй.
— Ты мне тут не это, — ощерился Беззубый, — он на Холодной лежал, значит — наш!
— Ща! Свалка ничейная! — перешел в наступление Венька, почуявший слабость позиций Беззубого. — И от твоего драндулета там нету ни грамма! Рама, и та наперекосяк вся была, шо твоя бошка! А покрышки вообще в депо подарили!
— Тебе? — не поверил Супрун. — Подарили?
— А то!
— За шо?! — выдохнул Беззубый.
— За дело! Тебя спросить забыли! Звездуй лесом!
Подмога пришла с неожиданной стороны.
— Ша, Дрюха! — вмешался Чубатый, — то правда, шо он гуторит? Велик на свалку снесли?
Петька сильно разбирался в правилах, чем заслужил уважение обитателей обоих районов.
— Та батя по дури на свалку снес, — шмыгнул засопливевшим носом Дрюха, не решаясь врать, — я просто не успел обратно сволочь! Пришел, а этот уже упер!
— Не гони поперед паровоза! — веско сказал Чубатый. — Шо на свалке — то ничье. Может брать. И за покрышки, я слышал, слесарюги трепались, то святое. Слышь, Веник, по велику до тебя претензий нет. Но до нас ты ходил! Выбирай, либо на троих, либо с Дрюхой стыкнешься!
— Шо, Беззубому не терпится без зубов остаться? То ж запросто!
