Кларинда нервно стиснула руки.
— Да, конечно, в этом вы правы, милорд. Пока жив мой дядя, мы должны заботиться о том, чтобы никто не подозревал, что наша помолвка — явление временное. После его смерти в вашей воле никогда больше не видеться со мной.
— Это слишком сурово, — возразил лорд Мельбурн. — Что касается меня, то, позвольте мне сказать, мисс Вернон, я нахожу наше знакомство в высшей степени приятным.
— Для вас, возможно, это кажется шуткой, милорд, — сердито ответила Кларинда, — но я заверяю вас, что только чувство глубокой признательности, которое я испытываю к моему дяде, и его отчаянные попытки обеспечить сохранность имения заставляют меня согласиться с его предложением.
— Тогда, возможно, мы продолжим прерванный разговор, — предложил лорд Мельбурн. — Позвольте мне сформулировать вопрос проще, мисс Вернон: почему вы испытываете ко мне такую неприязнь, которая к тому же настолько сильна, что вы уже обсуждаете ее с нашими общими соседями, например с мистером Джульеном Уилсдоном?
Он увидел, как ее щеки залил румянец, а ресницы стыдливо задрожали.
— Конечно же, я не имела права обсуждать вас с кем бы то ни было, милорд, — промолвила девушка, — и должна просить у вас прощения. Однако смею заверить, что я разговаривала только с Джульеном, наедине, а Джульен — единственный человек, с которым я говорила все эти последние месяцы, с тех пор, как мой дядя серьезно заболел.
— Вы здесь живете одна? — поинтересовался лорд Мельбурн.
— Да, одна, — ответила Кларинда. — Сперва, когда я сюда только приехала, с дядей жила его сестра, но она умерла, и никто не появился после нее. Не подумайте, что я жалуюсь, в обществе моего дяди мне было чрезвычайно интересно. Я помогала ему вести дела по имению, и, как мне кажется, я сейчас разбираюсь в них не хуже дяди. Думаю, он говорил вам, что в течение нескольких лет он сам управлял имением, предпочитая лично решать насущные заботы, а не доверять их кому-либо постороннему.
— Почему он так привязан к имению? — спросил лорд Мельбурн.
— Думаю, с тех пор, как он решил, что Николас обманул его надежды, имение — единственное, что у него осталось, — ответила Кларинда. — Дядя любит его. Каждый пенни, который есть у него, он тратит на улучшение угодий, осушение полей, выведение новых сортов, покупку новых орудий труда. Имение — это его ребенок, его дитя, он готов отдать за него всю кровь.
Она произнесла это с воодушевлением, затем поспешно добавила:
— Но вашей светлости это не интересно. Врач определенно заявил, что дядя вряд ли сможет протянуть больше дня — двух. Позвольте ему умереть спокойно, и после этого вы сможете вернуться в Лондон к своим развлечениям.
— Я очень признателен за то, что вы мне это позволяете, — с оттенком иронии произнес лорд Мельбурн.
— Разумеется, именно этого вы и желаете, — сказала Кларинда. — Ваша светлость мало интересуется делами деревни, насколько мне известно, ибо вы редко навещаете свое поместье, которое гораздо крупнее и благоустроеннее, чем это.
— Я вижу, вам многое известно о моих действиях, — тонко заметил лорд Мельбурн. — А теперь скажите, какой из моих проступков — а я уверяю вас, их было множество — вверг вас в такое бешенство?
Кларинда уловила ехидство в голосе милорда и, взглянув на его лицо, подумала, насколько же циничным и невозмутимым он выглядит. Конечно же, ее мнение о нем не имело для него никакого значения, тем не менее его серые глаза пытливо всматривались в ее лицо, и Кларинда почувствовала себя неуютно под их проницательным взглядом!
— Итак? — настойчиво произнес лорд Мельбурн. — Вам угодно выслушать от меня полную исповедь в моих грехах?
Он увидел, как неожиданно вспыхнули гневом ее глаза. Просто невозможно, подумал он, удержаться от того, чтобы не провоцировать ее, не наблюдать за меняющимся выражением ее маленького личика или не смотреть на то, как вздергивается вверх ее крошечный подбородок, когда девушка сердится.
— Позвольте мне внести полную ясность, милорд, — сказала Кларинда, отворачиваясь и отходя к окну. — Я не собираюсь обсуждать ваше поведение — теперь или когда-либо. Я оставляю все на вашей совести. Я не желаю вашего общества; лишь по какой-то прихоти судьбы мы сведены вместе.
— Какое несчастье, — насмешливо произнес лорд Мельбурн, — что обстоятельства связали вас с самым ненавистным вам мужчиной во всем мире.
Обернувшись, Кларинда посмотрела на него.
— Это истинная правда, милорд, и я не боюсь признать ее. И в то же время я признательна вам за ту помощь, которую вы оказываете дяде Родерику.
— Которую я только собираюсь оказать, — поправил лорд Мельбурн.
Помолчав, он добавил:
— Думаю, не лучше ли будет, если я заставлю вас рассказать всю правду до того, как стану дальше обсуждать этот вопрос?
— Я не хочу говорить об этом, — упрямо произнесла Кларинда.
Их взгляды встретились, и некоторое время они смотрели друг на друга. Лорд Мельбурн отчетливо чувствовал, что от девушки исходит ненависть и нечто, очень похожее на страх. Вдруг неожиданно он рассмеялся.
— Поступайте как вам угодно, — сдался он. — Забавно будет наблюдать, как долго вы сможете противостоять моим уговорам и, возможно, угрозам и расскажете все сами, по доброй воле.
Закончив говорить, милорд отвесил девушке изысканный поклон.
— Я отправляюсь в Мельбурн, — сказал он. — Я предупредил врача, что вернусь ближе к вечеру, когда, как я понял, прибудет нотариус. До тех пор, мисс Вернон — ваш покорный слуга.
Кларинда сделала реверанс. Лорд Мельбурн раскрыл перед ней дверь, но перед тем, как они вышли в зал, он остановился и сказал:
— Еще кое-что, что я только сейчас вспомнил, о чем, полагаю, мне необходимо упомянуть. Когда я выходил из комнаты вашего дяди, у замочной скважины подслушивал лакей. Не знаю, хотите ли вы, чтобы ваша прислуга знала о всех личных разговорах.
К некоторому его удивлению, лицо Кларинды побледнело и она поспешила в зал. Быстро подойдя к дверям, у которых стоял старый дворецкий, она тихо произнесла:
— Бейтс, где Уолтер?
Старик поколебался перед тем, как ответить:
— Я ждал отъезда его светлости, мисс Кларинда, и сразу же собирался сообщить вам, что Уолтер исчез.
— Исчез? — воскликнула Кларинда.
— Как я узнал, — продолжал дворецкий, — он вывел из конюшни лошадь и быстро умчался на ней.
— Вы считаете, что он отправился в Лондон к мистеру Николасу? — спросила Кларинда так же тихо, но лорд Мельбурн расслышал ее слова.
— Боюсь, да, мисс Кларинда.
Лорду Мельбурну показалось, что она побледнела еще больше.
