Путешествия, ознакомившие Европу с Новой Землей, имели цель отыскание ближайшего пути в Восточную Индию.
Важные открытия, сделанные португальцами и испанцами в конце XV века, великие богатства, бывшие плодом их и излившиеся в Португалию с Востока, в Испанию с Запада, возбудили соревнование и в других торговых и мореходных народах. Единственным средством сравняться с ними казалось открытие нового ближайшего пути в Китай, Японию и на Пряные острова[15]. Британцы, во все века отличавшиеся как предприимчивостью, так и настойчивостью в подобных предприятиях, первые стали подвизаться на этом поприще. После нескольких безуспешных попыток на северо-западе решились искать этот путь на северо-востоке.
1553. Виллоуби. Себастьян Кабот, прославившийся уже путешествиями и открытиями своими и возведенный в степень Великого Штурмана Англии (Grand Pilote of England), начертал план этого предприятия. Общество купцов, соединившихся под председательством Кабота для открытий неизвестных стран, снарядило для этого в 1553 году три корабля: «Bona Esperanza» («Добрая Надежда») в 120 тонн, «Eduard Bonaventura» («Эдвард Удалец») в 160 тонн и «Bona Confidentia» («Добрая Доверенность») в 90 тонн. Начальником всей экспедиции и первого корабля был Гуг Виллоуби; вторым командовал капитан Ченслер, а третьим – Дурфорт.
Они отправились из Ратклифа 20 мая; в июне месяце достигли Галголанда, места рождения Охтера; потом дошли до Лафота (Лоффоден) и Сейнама. Вскоре после этого их застигла буря, в продолжение которой капитан Ченслер с адмиралом разлучился. Последний, продолжая свой путь, открыл землю на широте 72°, в расстоянии 160 лиг на OtN от Сейнама[16]. Не будучи в состоянии пристать к ней из-за льда и мелководья, возвратился он к западу и зашел на берег Лапландии в небольшую гавань при устье речки Арзина (Arzina), где и остался зимовать по причине позднего уже времени года.
Несколько раз отряжал он людей внутрь земли в разных направлениях, но не находил ни обитателей, ни следов жительства. Наконец от холода или голода, или от обеих причин вместе, погиб он вместе с экипажами судов в числе 70 человек. Они были найдены следующей весной лопарями; снаряды и товары с обоих судов доставлены в Холмогоры и по царскому повелению возвращены англичанам, которые только через это узнали об участи погибших единоземцев своих. Капитан Ченслер, укрывшись после разлуки с адмиралом в Вардгоусе, ждал его тщетно семь дней. Поплыв опять к востоку, вошел он в Белое море и прибыл наконец в западное устье реки Двины, к Никольскому монастырю. Этим положено было начало торговли России с Англией.
Некоторые полагали, что земля, виденная Виллоуби, есть Шпицберген. Это в высшей степени невероятно, потому что в таком случае должен бы он ошибиться в широте на 5° слишком; притом же положение этой земли от Сейнама было бы в таком случае около NNW, а не OtN, как говорит Гаклюйт. Румб этот и вышепоказанное расстояние[17] заставляют полагать, что Виллоуби видел Новую Землю. Предположение это подтверждается еще и тем, что последняя на широте 72° действительно окружена опасными каменными рифами. На некоторых старинных картах показывалась на широте 72° земля под названием Willoughby’s Land, но ныне достоверно известно, что земля эта не существует. Место, где Виллоуби зазимовал и погиб, есть, без сомнения, речка Варзина, впадающая в море по W сторону острова Нокуева на широте 68°23' и долготе 38°39' от Гринвича.
Адмирал Крузенштерн весьма справедливо замечает, что река Варзина по мелкости своей не могла принять судов Виллоуби[18]. Может быть, река Варзина в XVIII веке была глубже, но вероятнее, что Виллоуби зазимовал или в Круглой, или в Нокуевской губе, находящихся поблизости от этого места. Довольно странно, что двинский летописец не упоминает, в каком именно месте найдены были английские корабли. Имя Arzina передали нам англичане, которые, в свою очередь, могли его узнать только от россиян. Барро присовокупляет, что она лежит неподалеку от гавани Кегор. Такой гавани по всему берегу Лапландии нет. На старинных картах название это прилагалось к NW оконечности острова Рыбачий; это есть изломанное российское название мыса Кекурского.
Хотя по возвращении Ченслера в Англию внимание всех устремлено было преимущественно на вновь основанную торговлю с Россией, но поиски Северо-Восточного прохода также не были выпущены из виду. Та же купеческая компания снарядила в 1556 году пинку «Искатель» («Searchthrift») под начальством капитана Бурро, который служил в звании мастера в первое путешествие Ченслера. Бурро отправился из Грейвсенда 29 апреля; 23 мая обогнул Нордкап, названный им так в первое путешествие, и 9 июня прибыл в реку Колу, широту которой определил 65°48'[19]. Тyт следует разуметь, вероятно, Кольскую губу, которая и в новейшие времена называлась иногда весьма несправедливо рекой.
В Коле познакомился он со многими русскими мореходами, из которых большая часть шла к Печоре на ловлю моржей. Один из них, Гаврила, предложил ему плыть вместе, обещая оберегать его от всех опасностей в пути. Бурро согласился и впоследствии не мог нахвалиться услужливостью этого Гаврилы и его товарищей. Они проплыли мимо Канина Носа и остановились в лежащей от этого мыса на ONO (вероятно, OSO) в 30 лигах гавани Моржовец, широта которой 68°20'[20]. Выйдя из Моржовецкой гавани и проплыв на О 25 миль, увидели они остров Колгуев на NtW в восьми лигах; наконец, миновав Святой Нос, прибыли 15 июля в Печору.
Продолжая путь к востоку, встретил Бурро на широте 70°15' много льда. 25 июля пришел к острову, лежащему на широте 70°42' и названному, во имя святого того дня, островом Св. Иакова (St. James’s Island). Здесь встретил он кормщика по имени Лошак, с которым виделся в Коле и который сказал ему, что видимая впереди земля называется Новой Землей. Из этого следует, что остров Св. Иакова есть какой-нибудь из лежащих у южного берега Новой Земли. Погрешность в широте, определенной англичанами, будет около 10' избыточная. Этот Лошак рассказывал ему еще, что на Новой Земле есть гора высочайшая в свете, и что Большой Камень (Gamen Boldshay) на Большой Печоре не может с ней сравниться.
31 июля прибыл капитан Бурро к острову Вайгач, где установил постоянные сношения с русскими, от которых узнал, что народ, живущий на Больших островах, называется самоедами. Выйдя на берег, нашли англичане кучу самоедских идолов, числом по крайней мере до 300, изображавших мужчин, жен и детей, весьма грубой работы и большей частью с окровавленными глазами и ртами. Иные из идолов были простые палки с двумя или тремя зарубками. В описании этом узнаем мы, несомненно, мольбище на Болванском Носе острова Вайгач, которое штурман Иванов нашел в 1824 году точно в том же виде, как описывает его Бурро.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
