— Как хорошо, — прошептал Ник. — Вот так, да… — и подтянул ее выше.
Эшли уперлась ладонями ему в плечи и приподнялась, затем, не сводя глаз с его лица, стала осторожно и медленно опускаться. Ник застонал от мучительного наслаждения. Отрывистое дыхание и безумные удары сердца — все говорило о буре, бушевавшей в нем, которую он уже едва сдерживал.
Потребность вернуть ему хотя бы капельку того исступленного восторга, которым он наполнил все ее существо, каждую ее клеточку, болезненно отзывалась в судорожно сжимавшихся мышцах. Эта потребность становилась все острее, и ее глаза затуманились. Ник рывком поднял свой корпус и одним мощным движением бедер глубоко проник в нее.
Ухватившись за его мускулистые плечи, Эшли принимала его в себя снова и снова. Резко и быстро, мощно и до конца. Их единство стало таким тесным, таким всеобъемлющим, что полностью затопило сознание — Ник не мог оторвать взгляда от того, как Эшли принимает его, а девушка внимала его хрипловатому дыханию наслаждения с закрытыми глазами.
8
— Ты умеешь готовить? — Эшли удивленно замерла на последней ступеньке лестницы, ведущей в спальню, где она проснулась одна.
Ник, снова полуголый, в одних только пижамных трикотажных штанах, судя по запахам и звукам, жарил бекон и готовил кофе. Эшли залюбовалась такой картинкой: разворот его плеч был невероятно большим, спина огромной, зад с приспущенными штанами эротично демонстрировал следы ее ночной несдержанности — здесь ярко алела пара царапин от ногтей.
Парень обернулся, поправил мокрые после душа волосы и послал ей самую сексуальную улыбку, какую только девушка видела в своей жизни. Ее сердце дрогнуло. Только сейчас она поняла, что выбивать клин клином — не самая лучшая идея, тем более, если вы не договорились с новым партнёром о правилах игры. Ник производил впечатление ТОГО САМОГО парня, что разобьет девичье сердце, только поздоровавшись, глядя при этом в глаза с тонким подтекстом. К этому после еще не пережитого разрыва с Кларком она не была готова.
Девушка зябко переступила с ноги на ногу и плотнее закуталась в одеяло, которое замотала на манер римской тоги.
— Душ — там, — кивнул Ник в сторону неприметной двери. — И давай скорее, мои яйца могут остыть.
Он расхохотался над своей сальной шуточкой и вернулся к скворчащей сковородке. Эшли ухватила сумочку с косметичкой, которая оказалась на диване вместе с ее вещами, принесенная суда явно предусмотрительным Ником и скрылась за дверью.
Уже под душем, тщательно намыливая ароматным гелем руки, она спрашивала себя: правильно ли поступает сейчас, продолжая наутро то, что случайно началось вчера вечером? Обычно при свете дня все меняется, и такие случайные связи должны становиться неловкими… Но сейчас, увидев Ника во всей его огромной красе, и прекрасно зная, ЧТО он может вытворять в постели, Эшли поняла, что ужасно хочет задержаться здесь еще.
Судя по всему, Ник не обременен нормами морали по поводу незапланированного секса и имеет опыт поведения на утро…
Достав фен, Эшли начала сушить свои длинные волосы, надеясь, что теплый воздух не только справится с ее прической, но и выветрит неловкие мысли из головы. Если быть с собой совсем честной и откровенной, такого секса у нее никогда не было. Не то, чтобы Эшли отличалась неразборчивостью в связях и ей было с кем сравнивать, но все же… студенческое приключение, Кларк и это ночное сумасшествие не шли ни в какое сравнение. Все, что было до этого, оказалось безвкусным тофу, тогда как Ник показал на своем примере, какое блюдо теперь стало ее любимым.
Она покачала головой, поняв, что краснеет от воспоминаний.
И тут же в дверь раздался стук.
— Эш, я чувствую, как ты думаешь там обо мне. Может быть, мне нужно присоединиться?
— от этих слов Ника она рассмеялась.
— Уже иду, — и правда, в мгновение ока достала из сумки одежду — белье, свитшот и узкие джинсы, выгодно подчеркивающие все изгибы ее фигуры.
— Кажется, я тебя не дождался, — Ник облизнул вилку и отложил ее в сторону. Эшли зябко поежилась — дом за ночь стал действительно холодным, и мороз пробрал ее после горячего душа. — Но! Кофе и яйца, сыр, — все ждет тебя здесь.
Эшли подошла ближе.
— И ты? — лукаво глянула она из-под ресниц.
В его глазах полыхнул огонь.
— И я.
Она уселась на стул и придвинула к себе тарелку. Было невыразимо приятно ощущать на себе этот голодный мужской взгляд — пожирающий, манящий, притягательный. Значит, еще не все испытано, не все пройдено и эта ночь будет не последней.
Решено. То, что происходит в «Луне и соснах», останется в «Луне и соснах». А Кларк…
Господи, да кто такой Кларк?
Эшли хмыкнула в ответ на свои мысли.
— Я нашел твой телефон, — он положил рядом аппарат. — Думаю, тебе понадобится позвонить своей надоедливой подружке, чтобы она не притащила сюда копов. Не хотелось бы, чтобы они нам помешали.
Ник обошел деревянный грубо сколоченный стол и положил руки по обе стороны от нее, втянул носом воздух у шеи, от чего волосы пришли в движение. Эшли почувствовала, как по коже пробежали мурашки, и это точно было не от холода.
— Мне нравится, как ты пахнешь, — хрипло сказал он и тут же чуть заметно лизнул ушную раковину. — Хотя больше всего нравится, когда ты пахнешь мной.
— Это гель для душа, — Эшли попыталась сделать вид, что увлечена едой и совсем не чувствует нарастающего возбуждения от присутствия рядом этого удивительного горячего во всех смыслах мужчины.
— О неет, ты пахнешь так вкусно, что мне хочется тебя съесть, — в этот момент Эшли немного повернулась и ей показалось, что она увидела, как блеснули его глаза неестественным, ярким золотым светом. Она помотала головой: солнце не стесняясь заявляло свои права и беззастенчиво играет в свои игры в доме.
— Как волк? — пошутила Эшли.
— Как волк, — согласился Ник, и его рука переместилась к ней на плечо.
Он развернул ее к себе лицом и поцеловал с уголок глаза.
— Ты меня не съешь, если я буду себя хорошо вести? — поддержала игру она.
— Нееет. Ты должна вести себя плохо.
И тут он ее поцеловал.
Эшли пробежалась ладонями вверх по рукам Ника, потирая его плечи и бицепсы, массируя их, пока они целовались, потому что быстро поняла, что, когда она это делала, мужчина издавал самый прекрасный стон и прижимался к ней так сильно, что она могла почувствовать его эрекцию.
Ее руки задержались на его спине, наслаждаясь ее шириной и мощью. И она не могла о чем-то думать или что-то делать, пока Ник покрывал поцелуями ее шею и щекотал утренней щетиной ее нежную кожу около ушей.
Вдруг на столе телефон зазвенел голосом Grimes «Medieval Warfare». Эшли оторвалась от затяжного поцелуя, перевернула экран рубашкой вверх и тут же поморщилась, увидев номер абонента. На весь периметр улыбался своей псевдо-голливудской улыбкой тот, из-за кого она тут оказалась.
— Кларк, — прочел имя Ник. Руки его тут же сжались на талии Эшли так сильно, что она вздрогнула.
9.
— Это тот бывший?
Она молча отключила телефон и снова перевернула его экраном вниз.
Потом немного отстранилась и сняла через верх кофту. Теплой кожи тут же коснулся прохладный воздух дома и алчущий взгляд Ника. Он явно забыл, что хотел сделать или сказать — агрессия, которая прокатилась в его глазах во время телефонного звонка пропала, уступив место неприкрытому восхищению.
Ник положил левую ладонь на ее руку и поднялся, чтобы опустить бретели бюстгальтера. Он целовал ее шею и руки, дразня, и это работало. О, как же это работало. Она уже была готова просить его снять с нее эту деталь одежды, когда он стал дразнить ее еще больше, взяв правую грудь в ладонь и сжав ее. Даже сквозь шелковую ткань она чувствовала его тепло и нежность. Она выгнулась навстречу его руке, желая большего. Он наклонился и поцеловал ее сосок через кружево. Тот затвердел.
Эшли всхлипнула. «Еще один день и все, — твердо пообещала она себе. — И больше никакого секса на стороне. Последний раз».
