будем спешить, — Эдуард отрицательно покачал головой, — тварей все еще много. Что говорит наша доблестная разведка?
— Ничего она не говорит, — подал голос пожилой лорд. Несмотря на возраст, он вместе со всеми вышел на защиту города, хоть и мог этого не делать.
— Объяснитесь, — Эдуард нахмурился, — что случилось?
— Твари случились, — старик поморщился, — разведка пошла под землей, а в узких каналах сильно не повоюешь. Нарвались на тварей, отойти не успели.
— Мы будем помнить героев, — император сжал кулаки, — всех до единого! И ради всех этих жертв мы просто обязаны выстоять, и не просто выстоять, но победить!
Император говорил как можно громче, чтобы люди слышали, что он не собирается сдаваться. И люди это слышали, продолжая отбиваться от тварей.
* * *
Окраины Лондона.
Эмиссар не спеша ехал по одной из дорог города в сторону центра, а впереди и по бокам от автомобиля шли носители скверны. Люди, что еще недавно были кем угодно, но не воинами, здесь и сейчас были готовы умереть, причем без капли страха. Пожалуй, это было одним из сильнейших орудий в руках господина, ведь когда твои воины не боятся смерти, не боятся вообще ничего, их нельзя остановить. Многие миры пали, когда поняли это, ведь даже у самых упертых рано или поздно заканчиваются силы, а главное, иссякает всякая надежда. Здесь и сейчас эмиссар собирался сделать с городом то же самое, что делал с другими городами. Подчинить себе и превратить всех жителей в носителей.
— Господин, мы приближаемся к центральным районам, — подал голос водитель, — остановиться? Дальше может быть опасно.
— Останови, — эмиссар кивнул, и, когда машина остановилась, он покинул салон.
Из-за пелены вокруг была самая настоящая ночь, и людям приходилось использовать искусственные источники света, однако сам эмиссар, как и все остальные носители скверны, не испытывал ни капли дискомфорта, ведь его зрение было устроено иначе. Направив энергию в глаза, он смог разглядеть ауры пока еще человеческих магов, что дрались с порождениями очагов. Их много, но еще больше было простых смертных, что помогали в этой битве. А ведь зверей хоть и много, но не бесконечное количество, пора что-то менять. Глянув на армию вокруг себя, эмиссар прикинул все за и против и поманил к себе одного из бывших аристократов.
— Пора применить твою гвардию, — эмиссар улыбнулся, а бывший аристократ молча поклонился и, развернувшись, пошел к своим людям.
Несмотря на то, скверну какое-то подобие разума у людей осталось, и этого было достаточно для того, чтобы использовать технику и вооружение. Этот мир нравился эмиссару, ведь местные придумали огромное количество способов убийства ближнего своего, причем без капли магии. И это было прекрасно, ведь увы, носитель скверны на ранних стадиях не мог использовать артефакты, что были созданы с помощью других стихий. Только эмиссары и ближайшие слуги господина могли такое, вот только даже для них это было сложно. А с учетом местной техники можно действовать немного иначе, и как раз новый способ эмиссар и хотел опробовать на этих островах. А уж если все получится, что ж, значит, остальной мир падет куда быстрее, чем было изначально задумано…
* * *
Лондон. Окрестности императорского дворца. Полтора часа спустя.
— Проклятье, — Эдуард вытер пот, откинул в сторону пустой накопитель и взял в руки новый.
Вокруг творилось настоящее безумие, и, несмотря на всю свою силу, император ничего не мог с этим поделать. Кое-как его армии удалось справиться с зверями, но, как оказалось, это было только начало, и сразу же после них в атаку пошли люди. Точнее, это были не люди, а что-то иное, хоть и выглядели они похожими на нормальных людей. Вот только у таких не бывает черных глаз, таких же черных прожилок и странного подобия бессмертия. А ничем иным их неуязвимость император назвать не мог. Впрочем, сейчас это было далеко не самое важное.
— Мой король, вам нужно уходить, — рядом прямо на асфальт рухнул один из лордов. Маг уровня гранд-магистр не устоял на ногах, да и выглядел он, если честно, отвратительно, мертвецы и те лучше иногда выглядят.
— Куда? — Эдуард усмехнулся, — разве ты не видишь, что мы окружены? Можно попробовать что-то сделать, пойти на прорыв, но что-то мне подсказывает, что из этого ничего не выйдет, — император поманил к себе командующего гвардией, — сколько у нас осталось бойцов на ногах?
— Меньше трех тысяч, мой король, — спокойно ответил тот, несмотря на очень серьезную рану.
Один из зверей смог подобраться к нему вплотную, и теперь офицер ходил с перевязанным обрубком левой руки.
— Все слышали? — Эдуард повысил голос, — нас осталось меньше трех тысяч. Там внизу обычные люди, и что-то мне подсказывает, что когда мы падем, их ждет страшная участь.
— Этого можно избежать, человек, — голос прозвучал сверху, и был настолько громким, что перекрыл гул боя.
Все чуть ли не одновременно подняли головы, но что-либо разглядеть не вышло, пока парочка бойцов не подняли прожектора, которые поймали человеческий силуэт. Хотя нет, люди не бывают такого роста, а значит, это очередной монстр. Эдуард до хруста сжал руки, боги, ну почему его империя попала под удар? Почему? Несправедливость, полная несправедливость.
— Что ты хочешь? — взяв эмоции под контроль, император направил энергию в ауру, — я император этих земель. Чего ради ты пришел с войной к нам, мы ведь вряд ли где-то сталкивались.
— Разве вы спрашиваете зверей, которых убиваете ради пищи, о их чувствах? — существо расхохоталось, — мне нужно было где-то начать, и это место показалось мне идеальным, вот и все. Других причин нет.
— Мы можем договорится, — Эдуард покачал головой, — что вам нужно?
— Моему господину нужен этот мир, только и всего, — существо начало спускаться ниже, — и я, его верный эмиссар, сделаю всё для того, чтобы он получил желаемое. Договорится с тобой? Хм, и на что ты готов пойти, чтобы большая часть твоего народа выжила?
— На всё, — ответил Эдуард, скрипнув зубами.
Расстояние между ним и этой тварью сократилось достаточно, чтобы использовать последний козырь. То, что эта тварь не врет, император был уверен, его чудовищная аура давила так сильно, что даже стоять было сложно.
Увидев, что существо спустилось еще ниже, император выхватил
