— Умница. — А я вслед за ним оказалась на парковке.
— Куда ты? — спросила сурово.
— Прятать труп, естественно. Вряд ли наш новый друг побежит к ментам, но если все-таки побежит, шевелиться их не заставит, пока нет трупа.
— Будь осторожен, — сказала я. Получилось скорее нервно, чем заботливо, и виной тому была секретарша.
— Само собой, — буркнул Арсений и, вдруг схватив меня за руку, привлек к себе и поцеловал. — Это я на всякий случай. Вдруг менты меня заметут, и мы больше не увидимся.
Я прильнула к его губам в ответном поцелуе.
— Если тебя заметут, знай: есть люди, которые будут думать о тебе с благодарностью и отправлять посылки.
— Надеюсь, что до этого все-таки не дойдет, — сказал Арсений и без особой охоты сел в машину.
Я подождала, когда она исчезнет в потоке транспорта, и вернулась в кабинет. Раиса с угрюмым видом листала журнал, устроившись на диване. Витька тосковал у окна, с опаской на нее поглядывая.
— Маруся, — сказал он, как только я вошла. Я скривилась, заслышав это, а он продолжил: — Можно мне водички? В горле пересохло. А еще лучше чаю.
— Может, тебе ужин из ресторана заказать? — рыкнула Раиса.
— Неплохо бы. Я со вчерашнего вечера ничего не ел. Заключенных, между прочим, кормить положено. Маруся…
— Не смей меня так называть, — не выдержала я.
— Ладно. А как надо? Машей, Марией или по имени-отчеству? Хотя Маруся мне нравится больше. Тебе идет. Знаешь, ты очень красивая девушка, и по глазам видно, что добрая. Арсений твой парень, да?
— Нет, ты смотри, как он разговорился, — возмутилась Раиса. — А поесть бы в самом деле не мешало. Может, пиццу заказать?
Я вышла в приемную, где Оксана красила ногти, высунув язык от усердия.
— Приготовьте нам, пожалуйста, чаю, — вежливо попросила я. — И закажите пиццу. Три штуки.
— Хорошо, — кивнула девушка и замахала рукой, ожидая, когда лак высохнет. Вместо того чтобы вернуться в кабинет, я приблизилась к ней.
— Давно вы работаете у Арсения Павловича?
— Скоро год. Так мне с шефом повезло, — зашептала Оксана. — Он просто душка. А какой красавчик, правда?
— Я предпочитаю блондинов.
— Да? А по мне, брюнеты симпатичнее. У него такие глаза… а улыбка…
— Про пиццу не забудьте, — прервала я ее излияния и удалилась.
Пиццу доставили через двадцать минут.
— Девчонки, вы бы с меня наручники сняли, — заныл Витька. — Так есть неудобно. Никуда я не сбегу. С какой стати?
— Сейчас как врежу, — замахнулась Раиса, и он поспешно приступил к трапезе, более к нам не обращаясь.
Прошел час, потом второй, а Арсений все не возвращался. Не выдержав, я позвонила ему на мобильный. Лихой мотивчик доносился из ящика стола. Открыв его, я убедилась, что телефон лежит поверх Уголовного кодекса.
— Зачем человеку телефон, если он лежит отдельно от хозяина? — возмутилась я.
— Не нервничай, — сказала Раиса. — Сеня у нас везунчик, ничего худого с ним не случится. Вот увидишь… — договорить она не успела, возле офиса остановилось такси, и из него показался Арсений. — А где моя тачка? — забеспокоилась подруга и на меня уставилась.
Несколько суетливо мы бросились Арсению навстречу.
— Радость моя, — сказал он секретарше. — На сегодня ты свободна.
— Спасибо, Арсений Павлович, — вскочила девица. — Так я пойду?
— Иди, милая, иди.
Девица скрылась за дверью, а Раиса спросила:
— Сеня, а где моя машина?
— Грустно сообщать тебе это, но ее угнали. Полчаса назад из соседнего переулка. Ты навещала подругу, а когда от нее вышла, от твоей роскошной тачки и следов не осталось.
— Сенечка, я всегда ценила твой ум и чувство юмора, но сейчас ты, по-моему, заговариваешься.
— Раиса, большое горе лишило тебя сообразительности, — попенял он. — Значит, так, дамы. Труп в лесу. Знать его точное местонахождение вам без надобности. Надеюсь, его не найдут, но вероятность этого исключать не стоит. Не забывайте, у нас есть пленный. Неизвестно, что придет ему в голову через год или два. Пока нет трупа, в его рассказ никто не поверит. А вот если покойник вдруг объявится… Машину у тебя угнали, и если кто-то перевозил в ней трупы, так без твоего на то согласия.
— Что ты сделал с моей тачкой, изверг? — возмутилась подруга.
— Бросил в лесу, но в противоположном направлении от места, где покоится Николай Иванович Климов. Кстати, при нем был паспорт. — Арсений извлек из кармана документ и бросил на стол. — Кроме паспорта, в карманах мелочь, очки и авторучка. Есть плохая новость…
— Еще одна? Мало того, что я машины лишилась… Сенечка, но ведь похитившие ее злодеи могут мне позвонить и за скромные деньги указать ее местонахождение.
— Мир не без добрых людей… — кивнул он.
— Сеня…
— Да помолчи ты немного, — взвыла я. — Так что за новость?
— Николай Иванович скончался вовсе не от сердечного приступа, на что я втайне рассчитывал. Укокошили дядю.
— Мама дорогая, — ахнула Раиса, и думать забыв о своей тачке. — Так ведь лежал он вполне интеллигентно, ни крови, ни…
— Его задушили.
— В моем доме был убийца? — заголосила Раиса. — Боже мой… А куда делся? И как вошел?
— Главное, на твое счастье, что дом он покинул, не желая свести с хозяйкой близкое знакомство. Уверен, наш покойник кого-то всерьез опасался, вот и напросился к тебе в гости.
— И этот кто-то их выследил, — кивнула я.
— Каков мерзавец. Почему бы ему не убить Николая Ивановича в другом месте? Дядьке все равно, а мне сплошные убытки.
— Звони ментам и пасись в переулке, — сказал ей Арсений, она устремилась к выходу, но вдруг замерла на пороге.
— А вы что будете делать?
— Пойдем ужинать. Освободишься, позвони.
Раиса удалилась, а Арсений с задумчивым видом прошелся по приемной.
— Его будут искать, — сказала я. — Родные, друзья… Идея с угоном машины, конечно, гениальная, но…
— Идем в ресторан, — перебил меня Арсений.
— А как же Витька?
— Посидит здесь, не с собой же его тащить.
И мы отправились в ресторан. Офис Арсений запер и подхватил меня под руку.
— Здесь неподалеку чудно готовят рыбу.
— Мне сейчас не до кулинарных изысков.
— Три часа назад у тебя была проблема: труп. Сейчас ее нет.
— Но Витька остался. И проблемы тоже.
— С Витькой я договорюсь. Речь шла только о нем и покойнике. Что теперь ты хочешь?
С ответом на этот вопрос пришлось повременить, мы как раз подошли к ресторану. Выбор меня не удивил, у моего друга всегда были дорогие привычки. В просторном зале золото и хрусталь, эффектно отражающие пламя свечей. Вдоль стен, затянутых голубым атласом, стояли огромные букеты из экзотических цветов. Мягкий, едва уловимый аромат духов, витавший в воздухе, был приятным и ненавязчивым. Кстати, Арсения здесь встретили с распростертыми объятиями, метрдотель бросился к нам со всех ног.
— Арсений Павлович, — с придыханием начал он. — Добрый вечер. Как обычно, столик на двоих?
Интересно, с кем этот тип собирался ужинать сегодня. С блондинкой-секретаршей или есть еще кто-то? Конечно, есть. Десяток, а может, и два. Пока мы шли к столу, Арсений раскланивался направо и налево. Сегодня здесь было не продохнуть от девиц, и каждая смотрела на него с вожделением. Чертов бабник. Он то ручкой помахивал, то улыбался, трех девиц расцеловал, а возле четвертой задержался как минимум на пять минут.
— Ты знаешь всех шлюх в городе? — ласково спросила я, когда мы наконец устроились за столом.
— Будь добрее, — попенял он.
— Я и так добра без меры, не то выразилась бы куда резче.
— Иногда мне кажется, ты ревнуешь.
— Ревновать тебя, с какой стати?
— Да уж… — вздохнул он. — Кто-то должен был утешить страдальца, когда ты так внезапно меня покинула с моими деньгами. А я скучал.
— По деньгам?
— По тебе, милая. Расскажи, как ты жила этот год.
— Прекрасно.
— Как твоя галерея? Процветает?
— Откуда ты знаешь? — насторожилась я.
— Милая, какой смысл открывать детективное агентство, если я не способен найти одну-единственную женщину, от любви к которой я сохну не первый год?
— По-моему, за это время в размерах ты увеличился.
— Зато ты стала еще прекрасней. Несмотря на вздорный характер. Каждый субботний вечер я прогуливался возле твоего дома. Иногда мне везло, и я видел, как ты идешь к подъезду.
— А чем ты был занят в остальные вечера? Про ночи я не спрашиваю. Вряд ли ты способен уснуть в одиночестве.
— На эту ночь у меня большие планы, — заявил он и сграбастал мою руку.
— Заняться с тобой любовью — последнее, что придет мне в голову. Мы друзья, не забывай об этом.
— Друзей не кидают, милая, — усмехнулся Арсений. — Сколько лет мы знакомы? Пять? И все это время ты вспоминаешь обо мне, только когда тебе что-то нужно.
