Читаем без скачивания Коммандос Четвертого Рейха - Джерри Эхерн

— Пять баллов, Фушар, пять баллов. Счет — один ноль.

— Помолчи! — гаркнул Дикон через плечо на Хэнка и протянул руку инспектору, улыбаясь, — извините, если чем-то обидел. Я был в Западном Берлине, когда услышал о покушении на Балсама в гостинице, пришлось срочно ехать в аэропорт и лететь сюда. А не успел я сойти с самолета, как газеты уже вовсю трубили о втором нападении и о похищении профессора. Это не способствует имиджу нашей фирмы.

— А уж как это не способствует имиджу самого профессора, особенно имиджу его руки, — не смог удержаться Фрост, чтобы не съязвить.

— Я рад, что вы прибыли сюда, месье Дикон. Ваш капитан оказал нам неоценимую помощь, но, как я уже говорил ему ранее, перед вашим приходом, я вынужден конфисковать его пистолет и нож, пока он будет находиться во Франции. Конечно, у меня нет ни власти, ни желания ускорить его выезд из страны, это его личное дало. Капитан Фрост не совершил никакого преступления. Но, так как похищением доктора Балсама теперь занимается отдел по борьбе с терроризмом, которым я руковожу, меня наделили всеми полномочиями по расследованию этого дела. Если вы или месье Фрост решите вмещаться в поиски Балсама, мне придется арестовать вас с последующей депортацией из Франции и изъятием виз.

— Ничего страшного, не будет “Визы”, останется “Мастер Кард”, — сострил Хэнк и добавил извиняющимся тоном, — простите за каламбур, инспектор.

— Месье Дикон, хотя я и уверен, что капитан сделал все возможное, чтобы уберечь профессора от покушения нацистов или как там они себя называют — группа Diablo натворила достаточно. До прибытия Фроста у нас не было банды вооруженных до зубов похитителей, режущих на кусочки выдающегося американского общественного деятеля, не происходило ни ожесточенных перестрелок на дорогах или улицах, ни кровавой резни в гостиничных номерах. Тем не менее, я буду любезно держать вас в курсе событий, договорились?

В кабинете воцарилась напряженная тишина, которую неохотно прервал Дикон:

— А разве у нас есть выбор?

Хэнк и Эндрю вскоре оставили инспектора Фушара, вышли на улицу и минут через пятнадцать заглянули в небольшой ресторанчик, чтобы выпить кофе. Дикон раскурил свою неизменную большую сигару и первым затронул тему, которой они вдвоем пока не касались:

— Ты хочешь остаться, так?

— Так, — кивнул Фрост и проследил взглядом за стучащей каблучками хорошенькой девушкой.

— Я не могу тебе разрешить не выполнить приказание Фушара — если придется туго, будешь выпутываться сам. Единственное, что обещаю — возмещу твои расходы в разумных пределах, только старайся не попадаться на глаза этому хитрожопому инспектору.

— Мне всегда нравилась твоя воспитанность, Энди. И на том спасибо.

— Ты уже знаешь, с чего начинать? — спросил Дикон, не обращая внимания на язвительные замечания капитана.

— Попробую поговорить с коллегами Балсама — они уже начали собирать деньги для выкупа — и посмотрю, удастся ли что-нибудь разузнать. Точно еще ничего не решил. Перво-наперво хочу поспать.

— Держи, — и Эндрю протянул ему небольшой бумажник темного цвета, — здесь пять тысяч долларов дорожными чеками. Надеюсь, карточка “Америкэн Экспресс” при тебе?

— Не расстаюсь с ней даже во сне, — снова стал отшучиваться Хэнк, но Дикон не собирался выслушивать его до конца.

— Да иди ты к черту, юморист. Я сейчас ловлю такси — и в аэропорт, лечу в Нью-Йорк. Если понадоблюсь, звони туда, я буду в офисе. Счастливо.

Он встал, бросил на стол пару купюр и зашагал по тротуару.

Фрост посидел еще минут двадцать, поглядывая на девушек и на уличные сценки, но как ни старался, не мог расслабиться. Он допил, четвертую чашку кофе, встал, остановил такси и поехал в гостиницу.

В холле первого этажа гостиницы он заметил нескольких полицейских, разговаривающих с менеджером, который проводил капитана долгим взглядом. Но тот невозмутимо направился к лифтам и только в коридоре, увидев кнопки вызова, он вздрогнул и вспомнил о мучительной смерти Лейна.

Хэнк миновал лифт и стал подниматься по обычной лестнице. Открыв дверь своего номера, Хэнк заметил на полу два маленьких конверта. Один был от администрации гостиницы — он примерно знал, что находилось внутри — а на втором стоял телеграфный штамп. Он сначала открыл конверт с обратным адресом гостиницы и очень удивился, обнаружив в нем не распоряжение о его выселении, а записку от телефонистки снизу. В ней говорилось, что в такое-то время в холле гостиницы его будет ждать мадемуазель Шейла Балсам. Капитан взглянул на циферблат своей “Омеги” — до встречи оставалось пятнадцать минут. Он торопливо вскрыл второе послание — телеграмма, находящаяся там, гласила: “Фрост, очень рада, что ты остался жив. Приезжай скорее ко мне, у меня есть информация об интересующих тебя нацистах. Работаю над похожим материалом и очень занята, иначе бы сама прилетела к тебе. С любовью, Бесс”.

Он улыбнулся, сложил телеграмму и, чувствуя себя неловко, бережно положил ее в бумажник. Конечно, ему срочно нужно повидать Бесс. Интересно, какую информацию приготовила она для него? Быстро раздевшись и став под колючие струйки душа, смывающие оставшиеся капельки крови с волос и кожи, Хэнк вдруг отчетливо осознал, что сейчас ему нужна только информация и ничего, кроме информации. Меньше, чем через тридцать шесть часов, если до этого не будет уплачен выкуп, они получат еще один кусочек Балсама как зловещее напоминание, что его похитители не шутят.

Именно этот факт и беспокоил Фроста — если нацисты располагают огромными финансовыми возможностями, зачем они требуют выкуп? Конечно, десять миллионов долларов в бриллиантах — это целое состояние, но если Балсам был прав, рассказывая о невероятном масштабе нацистского движения, то для него это окажется каплей в море. И вообще, зачем им в принципе похищать кого-то вместо того, чтобы просто убить? Капитан не питал наивных иллюзий, что профессора освободят после передачи выкупа.

Одеваясь, он автоматически потянулся за наплечной кобурой, но, вспомнив, что браунинг и нож остались у Фушара, в сердцах отбросил ее в сторону. Хэнк раскрыл свою дорожную сумку и вытащил оттуда безопасную бритву, которую он использовал в полевых условиях, когда не мог бриться своей любимой, электрической. Раскрутив станок и вытащив из него лезвие, он обмотал один его конец кусочком изоленты, которую возил с собой на всякий случай. В бритвенном наборе также было несколько пакетиков зубочисток, один из которых вместе с модернизированным лезвием Фрост уложил в свободное отделение бумажника. Затянув узел шелкового галстука под жестковатым воротничком рубашки, он подхватил пиджак и выбежал из номера.

Спустившись по ступенькам в холл, Хэнк быстро окинул взглядом находящихся в нем людей. Только одна девушка могла быть Шейлой Балсам — вон та, с волосами цвета воронового крыла, загорелая, лет двадцати-двадцати пяти, одетая в модное платье изумрудного цвета. Капитан надел и застегнул пиджак, чтобы выглядеть более презентабельно, поправил галстук и направился к девушке.

Она тоже увидела его и заговорила первой:

— Повязка… Вы — капитан Генри Фрост? Меня зовут Шейла Балсам. Вы что-нибудь делаете, чтобы разыскать моего отца?

— Может, мы хоть сначала пожмем друг другу руки? — попытался улыбнуться Хэнк.

Та не обратила на его слова никакого внимания и продолжала свою тираду:

— Я-то думала, что вы, чертовы куклы, охраняете его, а не сидите на задницах, как старые чучела!

— Если вы хотите поговорить со мной, — попытался унять ее Фрост, — давайте поговорим. Если хотите кричать и ругаться, поищите себе для этого кого-нибудь другого.

И он развернулся, собираясь уходить.

— Подождите! — воскликнула девушка уже не таким сердитым голосом. — Прошу прощения, но я должна найти отца…

— В таком случае идемте посидим где-нибудь и поговорим обо всем.

Капитан помог ей подняться, осторожно взяв под локоть, и она зашагала рядом с ним. “Где-нибудь” оказалось баром в двух кварталах от гостиницы. Над ним горела неоновая вывеска, очень похожая на американскую и, зайдя внутрь, он на мгновение подумал, что действительно попал в Штаты. Бар утопал в темноте, стены были обшиты панелями, а вдоль всей стены тянулась длинная разукрашенная стойка, за которой они и уселись на высоких стульях.

Бармен вырос перед новыми посетителями буквально через две секунды.

— Что будете пить? — спросил Хэнк у своей спутницы.

— Джин и тоник.

— Джин и тоник для дамы, а мне — сейчас посмотрим… — да, дайте “отвертку”.

Бармен кивнул и испарился, а Фрост повернулся к девушке.

— Ну что ж, давайте разговаривать.

— Я повторю свой вопрос — что вы делаете?

— В данный момент я собираюсь выпить с прекрасной молодой незнакомкой, — мечтательно проговорил капитан, когда принесли их напитки. — Вот что я делаю сейчас. Позже — не знаю. Вы что-то хотите предложить?