– Так ведь тебе же за это выговор объявили!..
– Выговор – за опоздание. А за пуск завода – орден. Такова диалектика, дорогой мой братец Андрюша! – И Степан взъерошил волосы у него на голове. – Достань из-под кровати чемодан.
Андрюша сначала торжественно пожал брату руку, а потом бросился исполнять приказание. Никогда еще мальчик не был так горд, как в этот момент, стоя на четвереньках перед кроватью и вытаскивая из-под нее пыльный чемодан. Степан – орденоносец! Там, в Москве, одобрили его идею, оценили, что он не спал десять суток и пустил завод! Значит, из Москвы виднее!
– Подожди! – вдруг вскрикнул Андрюша и сел на пол, смотря снизу вверх на брата. – А как же бак?
– Бак? – нахмурился Степан Григорьевич.
Нефтяной бак, на котором давно стерлись буквы «Нобель», старый, никому не нужный, стоял, примыкая к новому школьному зданию. Огромный, наполовину врытый в землю, он занимал часть предполагаемой спортивной площадки, Андрюша от имени пионерской организации школы – он был председателем совета отряда – приставал к брату, настаивая, чтобы он, как главный механик завода-шефа, распорядился убрать бак. Сначала брат обещал это сделать, хотя и говорил, что поднять бак очень трудно и дорого. Но он все-таки обещал. И вот теперь он уезжает, а в школе скоро начнется спортивный сезон…
– Бак? – повторил Степан, отворачиваясь. – Видишь ли… положение несколько изменилось. Ты не знаешь, что такое финансовая дисциплина. Я не могу оплатить работы, связанные с подъемом бака, ибо подобные расходы нигде не предусмотрены.
Андрюша не верил ушам:
– Но ведь ты обещал!
Степан поморщился:
– Я не могу послать рабочих за пределы завода. Подобное распоряжение повредило бы делу… и мне… И вообще это недопустимо. На месте главного инженера я бы этого не позволил.
Андрюша вскочил, тонкий, бледный, со взъерошенными волосами. Глаза его сверкали, на скулах выступили красные пятна.
– Ты не можешь так говорить! Что подумают ребята и директор, которым я от твоего имени обещал!
Степан усмехнулся:
– Что ж… очевидно, ты поторопился, ибо…
– Что – ибо? – почти плачущим голосом закричал Андрюша. – Ибо мой брат не умеет держать слово!
– Ну как ты не понимаешь? – не обращая внимания на Андрюшину резкость, мягко сказал Степан. – Обстоятельства изменились. Не всегда возможно поступать опрометчиво. Расходы, деньги… А что я скажу бухгалтеру?
– Сын главного бухгалтера завода у нас в школе учится, – наивно сказал Андрюша.
– Какой он еще ребенок! Я начал его любовно воспитывать, а он на меня смотрит гневными глазами! В кого это ты такой огнеопасный? Не беда, постоит еще перед школой ваш бак. Горючего в нем давно нет. Вот кончится год, предусмотрим специальные расходы на ваш дурацкий бак, тогда…
– А мы не будем ждать! Не будем! – топнул ногой Андрюша. – У нас ребят много… Тысяча! Алексея Денисовича Денисюка попросим, он нам скажет как… Все возьмемся, так вытащим!.. И пусть тебе будет стыдно!
– Ну и дурак! Тысяча ребят! Это тебе не сказка про репку. Даже если Жучка в штаны тебе вцепится – не поможет! Здесь не просто люди нужны, а деньги, ибо потребуется построить целое сооружение… козлы такие здоровенные, к которым тали и подъемные блоки можно привесить… Иначе бак не вынешь.
– Нет, вынем, – твердил Андрюша.
На шум из-за перегородки вышел хозяин квартиры Денисюк. Сощурившись, теребя свисающий ус, он озорно посмотрел на Андрюшу:
– То же кочет! Кочеток! Чи правда, чи нет, Денисюка тут поминали?
– Да вот, – пренебрежительно махнул Степан рукой, – с твоей помощью школьники хотят нефтяной бак вытащить.
– То ж можно, – неожиданно заверил Денисюк.
– Пустой разговор, Алексей Денисович, – сказал Степан, укладывая вещи в чемодан. – Тут ты ничем не поможешь. Сейчас время трудное. Денег у завода нет строить целое сооружение, чтобы проклятый бак вынуть. Пусть стоит пока…
– Нет, не пусть стоит! – перебил Андрюша.
– Когда ты научишься вежливости? – повысил голос Степан.
Алексей Денисович погрозил Андрюше пальцем и пригладил у него на голове озорной хохолок.
– Раз грошей немае, так и не треба никаких грошей, – сказал он.
– Без затрат не сделаешь, – буркнул Степан.
– Можно и без грошей, – упрямо повторил Денисюк и подмигнул Андрюше. – Про тот бак я еще от моего хлопца, от Дениски, слышал. Зараз бак выну.
– Так ведь нет же ни людей, ни средств! – раздраженно отмахнулся Степан.
– Да я ж так разумию: не треба ни рабочих, ни талей. Я бак так вытащу. Один.
– Нет у меня сейчас времени для шуток.
– Та я ж без шуток, Степан Григорьевич. Один выну.
Андрюша, полуоткрыв рот, смотрел на Денисюка. Степан сердито снова махнул рукой. Потом все-таки спросил:
– А как вынимать станешь?
– Так то ж вам виднее, Степан Григорьевич, – лукаво сощурился Денисюк. – Вы инженер, вам и решать, как вынимать, раз Денисюку не поверили. А он вынет.
– Некогда мне спорить, – сказал Степан. – Вон машину за мной прислали. Андрей, поедешь меня провожать?
– Не поеду, – опустив голову, сказал Андрюша, потом поднял глаза на Денисюка. – А вы взаправду бак один вынете?
Тот рассмеялся:
– Тильки ты ж мне и поможешь заодно с Дениской.
– Да мы всей школой, Алексей Денисович! Я уже говорил…
– Э-э… нет! Один я буду подымать. Вы с Дениской мне трошки поможете. Тильки втроем будемо.
– Зачем ты ребенка дразнишь, Алексей Денисыч? – сердито сказал Степан и с силой захлопнул чемодан.
– То ж вы дразните, Степан Григорьевич, то не я. Вы насос на пруду поставили – то добре! А мы вам бак зараз вынем без всяких средств – и то добре!
И Денисюк вышел из комнаты.
Степан хмуро посмотрел ему вслед.
– Поглядим, – решительно сказал он и распорядился: – Андрей, снеси чемодан в машину. Я позвоню директору, попрощаюсь.
Андрюша взялся за чемодан и сердито поволок его на улицу. Лицо его было напряженным, сосредоточенным, как у брата, когда тот шел по пруду к будущему месту установки насоса. Андрюша тоже пытался решить непостижимую для него задачу: как это можно вынуть бак из земли без людей и приспособлений?
Глава четвертая. Бак
По всему светлорецкому заводу прошла молва о том, что старый Денисюк с двумя парнишками взялся вынуть из земли нефтяной бак. Никто не мог понять, как ухитрится он это сделать.
Андрюша, взволнованный и гордый предстоящим участием в поднятии бака, тщетно ломал голову, но отгадать замысел Денисюка не мог. Дениска тоже ничего не знал об идее отца.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
