Из завоеванных восточных областей мы должны сделать для себя райский сад. Они для нас жизненно важны. Колонии играют совершенно второстепенную роль.
Если мы уже сейчас приступим к отделению некоторых областей, то мы должны выступать в роли защитников прав и интересов населения. Соответственно этому надо подыскать формулировки. Мы говорим сейчас не о новой имперской территории, а о задачах, выдвигаемых войной. В частности:
В Прибалтике должна быть взята под управление территория до Двины (по согласованию с Кейтелем).
Рейхсляйтер Розенберг подчеркивает, что, по его мнению, в каждом комиссариате необходимо различное обращение с населением...
Рейхсмаршал (Геринг — В. И.), напротив, считает необходимым в первую очередь позаботиться об обеспечении нашего продовольственного снабжения, обо всем остальном придется думать гораздо позднее. Побочный вопрос: существует ли вообще культурная прослойка среди украинцев или она есть только среди эмигрантов, находящихся вне пределов нынешней России?
Розенберг продолжает: он предлагает поддержать на Украине известные стремления к самостоятельности.
Рейхсмаршал просит фюрера сообщить, какие территориальные обещания он дал другим государствам.
Фюрер отвечает, что Антонеску (фашистский руководитель Румынии — В. И.) хочет Одессу и Бессарабию, а также полосу, идущую от Одессы к западу и северо-западу.
На упреки рейхсмаршала и Розенберга фюрер возражает, что новая граница, которую просит Антонеску, мало чем отличается от старой. Затем фюрер подчеркивает, что венграм, туркам и словакам не обещано ничего определенного.
Затем фюрер ставит на обсуждение вопрос: стоит ли бывшую австро-венгерскую часть Галиции включать в генерал-губернаторство? В ответ на возражение фюрер решает, что эта область (Львов) не войдет в генерал-губернаторство, а будет лишь подчинена рейхсминистру Франку.
Рейхсмаршал заявляет, что считает нужным включить в состав Восточной Пруссии некоторые районы Прибалтики (например, Белостокские леса).
...Затем фюрер заявляет, что приволжская колония[6] должна стать частью рейха, равно как и район вокруг Баку. Этот район должен быть немецкой концессией (военным поселением).
Финны хотят заполучить Восточную Карелию, однако из-за наличия большого никелевого месторождения на Кольском полуострове последний отойдет к Германии.
Крайне осторожно надо начать подготовку присоединения Финляндии в качестве федерального государства. Финны претендуют на район Ленинграда. Однако фюрер хочет сравнять Ленинград с землей, а затем отдать его Финнам...»
...Так планировалась неслыханная по своей беспощадности и жестокости кампания порабощения целых народов, массового истребления мирного населения, невиданного в истории грабежа.
Когда 22 ноября 1945 года председатель на Нюрн-, бергском процессе спросил подсудимых, признают ли они себя виновными, все ответили отрицанием предъявленных им обвинений. Так бы ответил и Мартин Борман, будь он среди обвиняемых.
Подобно им представшие перед судом другие военные преступники на процессах, последовавших за Нюрнбергом будут оправдывать свои неслыханные злодеяния «директивами», полученными из верхов рейха. На них будут ссылаться палач, вонзавший в самое сердце узника иглу с фенолом, изувер, натравливавший свирепого пса на беззащитного заключенного, детоубийца, хладнокровно бросавший младенца в костер.
За всеми этими преступлениями незримо стоит тень Бормана — одного из главных архитекторов расовой теории и практики германского фашизма. Мир упорядоченного насилия, концлагерь с изощренной жестокостью, всепланетный цирк дрессированных людей — вот что родила фантазия и раскрепощенная мания величия «наци № 2».
Именно Борману принадлежит развернутая и «обоснованная» концепция истребления целых народов. Своим острием она была направлена против главного врага — Советского Союза.
Вот одно из многочисленных тому доказательств. Совершив летом 1942 года вояж на оккупированную Украину, Борман уселся за письменный стол и разродился директивами относительно «обращения» с населением.
Директивы эти были адресованы Розенбергу, отвечавшему в рейхе за экономическую эксплуатацию восточных территорий.
Из досье Альфреда Розенберга:
Родился в 1882 году. Член НСДАП с 1933 года, С 20 апреля 1941 года — «уполномоченный по изучению проблем Восточноевропейского пространства». По указанию Гитлера и Бормана и по личной инициативе составлял инструкции для «будущего имперского комиссара Украины», «будущего имперского комиссара «Остланд» (Белоруссия и Прибалтика) и т. д. В качестве министра пс делам оккупированных восточных территорий активнс участвовал в беспрецедентных грабежах занятых советских областей. Судим и повешен по приговору Нюрнбергского трибунала 16 октября 1946 г.
В упомянутых директивах есть такие, например, установки (я цитирую по книге Иохима Вульфа «Мартин Борман — тень Гитлера»):
«...Немецкие органы здравоохранения ни в коем случае не должны действовать на оккупированных восточных территориях. Не может быть и речи о производстве прививок ненемецкому населению и о других профилактических медицинских мерах.
...Ненемецкое население не должно получать образования, кроме низшего. Если мы совершим эту ошибку, то сами родим будущее сопротивление. По мнению фюрера, вполне достаточно, если лица ненемецкой национальности, в том числе так называемые украинцы, научатся читать и писать.
...У ненемецкого населения мы ни в коем случае и никакими мерами не должны воспитывать «чувство господ». Необходимо обратное.
...Вместо нынешнего алфавита впредь подлежит ввести в школах «естественный алфавит» (то есть готический — В. И.)».
Борману же принадлежит авторство десятков документов, с бухгалтерской точностью и педантичностью определявших фашистскую политику массового истребления и тотального грабежа. Среди тщательно отработанных инструкций были, например, письмо Розенбергу от 19 апреля 1941 года о конфискации предметов искусства; письмо от 11 января 1944 года о вывозе товаров с оккупированных территорий; декрет от 13 сентября 1944 года об использовании военнопленных для принудительного труда; циркуляр от 25 ноября 1943 года о необходимости жестокого обращения с военнопленными; протокол от 17 ноября 1942 года о режиме на оккупированных территориях; письмо от 28 ноября 1941 года о недостаточно жестоком обращении с военнопленными и др.
Концепции, разработанные Борманом и Ко по отношению к неарийцам, были циничны и беспредельно жестоки. Выдвинутый нацистами тезис «славяне — рабы» воплощался с помощью инструкций и циркуляров, исходящих из Берлина. По разумению борманов, раб-славянин должен был уметь считать до 50, писать свое имя и, главное, беспрекословно подчиняться господину-немцу.
Согласно тем же «инструкциям» всех коммунистов, комсомольцев, советских и партийных работников, попавших к ним в руки, фашисты убивали немедленно. Что касается оставшихся на оккупированной вермахтом территории советских людей, гитлеровцы планировали постепенно «выселить» их. Термином «выселить» в деловых бумагах нацисты именовали истребление мирных жителей — женщин, детей и стариков.
Фашистские изуверы намеревались для начала «выселить» 30 миллионов русских, украинцев, белорусов. Затем «особому обращению» должны были подвергнуться еще по крайней мере 30 миллионов советских людей. В целом злодеи с черным пауком — свастикой — на рукавах мундиров хотели уничтожить на территории Восточной Европы 120—140 миллионов человек, а затем заселить эти «обезлюженные» земли 8—9 миллионами «представителей высшей расы»...
Таков был в действии «новый порядок», одним из главных устроителей которого был Борман.
Тот факт, что сам рейхсляйтер официально был двоеженцем, в конечном счете его личное дело и к истории отношения не имеет. Верный паладин фюрера, он ревностно следит за реализацией плана Гитлера о «биологическом потенциале». Подхватив на ходу бредовую идею Гитлера о внебрачных (но приравненных к браку) связях как источнике повышения рождаемости, аккуратист Борман сделал соответствующую запись мыслей Гитлера на ceй счет и направил ее в... министерство внутренних дел с пометой: «Прошу продумать еще раз тщательно весь этот комплекс и поставить меня в известность...»
«Весь этот комплекс» еще в 1935 году имел совершенно определенные очертания. Страшные вещи рассказывают об этом люди знающие.
Приходилось читать, например, об одной из секретнейших нацистских организаций под названием «Лебенсборн» («Источник жизни»). В ее ведении находились «дома встреч» в Германии и в других странах Европы. Их посещали офицеры СС и молодые женщины из «приличных семей», непременно арийки.
