драгоценного брата. — Ты живой!
Он перемахнул через подоконник и уже через мгновение сжимал Бриена в объятиях.
— Откуда столько уверенности, может, я его подняла, — буркнула я, отходя подальше от такого бесячего проявления братской любви. Снова подняла лопату и вовремя — упырь начал очухиваться. Опять приложила его по спине.
Была подлая мыслишка отпустить его и пусть бегает за родичами этих двух придурков, но я опасалась, что в доме могли оказаться дети или старики. Первое и едва ли не единственное общее, чему учат алхимиков и некромантов, это всегда анализировать, кто может пострадать от твоих действий. Всегда.
Лично я считала, что от того, что в могилах меньше золота, никто не страдает. А вот упырь на свободе — совсем другое дело.
— Ты даже ту крысу поднять не смогла, — усмехнулся Даррен.
Ясно-понятно, приступ человеколюбия у Даррена распространялся только на брата. Запомним, не простим.
— Даррен, не обижай мою невесту, — о, а мозг Бриена сильно пострадал в гробу, как я погляжу! Даже понимание, что мы с Дарреном не друзья, а я еще «та самая Иссабелия» не помешали ему за меня заступиться. Очень нужно мне это, подумаешь!
— Твою кого⁈ — визгливо выкрикнула та самая девица, что валялась в обмороке, и немедленно упала в заботливо подставленные руки. Глядя на то, как эти самые руки удобно обхватили обтянутые тканью верхние полушария истерички, я заподозрила, что мужик на самом деле очень опытный в плане обмороков. Хорошо, что я не теряю сознания ни при каких обстоятельствах.
— Невесту? — Даррен взвизгивать не стал, но посмотрел на меня так, словно я была протухшим ингредиентом. — Иссабелия, как ты умудрилась подцепить моего брата, да еще когда он умер?
Ответить я не успела.
— Твоя миленькая привычка раскапывать могилы! — Даррен кивнул своим мыслям. — Якобы мертвецы зовут.
— Во-первых, мертвецы и правда зовут, — я обиделась. Нет, ну правда! Учиться в университете высшей магии и не верить в то, что тебе не дается! Ересь! — Во-вторых, твоего брата похоронили заживо, а я спасла. Кто же знал, что его воспитали на сказках и он готов жениться на той, что его поцелует.
— Неправда! — та дамочка своим визгом начала меня раздражать. — Мы не только целовались, еще и держались за всякое, но он так и не подарил мне браслет!
Если бы не заклятие на пятой точке, я бы сказала, что думаю по поводу того, кто и за что держится. Но любовницы Бриена — проблемы Бриена, максимум Даррена, а вовсе не мои. Я же обещала только помочь с родственниками.
Это же была не совсем родственница, но порой я готова брать сверхурочные, сама поражаюсь своей доброте.
— Такой что ли? — я повертела кистью, чтобы браслет был виден всем. Истеричка всхлипнула и бросилась в дом. Плешивый бросился следом, не иначе как рассчитывал, что она там снова свалится в обморок и можно будет без свидетелей «подержаться за всякое».
— Наверное, спасти — тут было ключевым, — в полной тишине закончила я и снова ударила упыря. Его надо было связать и окропить заговоренной водой, но не при всех этих зеваках же!
— Иссабелия, ты несешь какой-то бред, — голос Даррена стал напряженным. — Неужели ты хочешь сказать, что Бриена похоронили живым?
— Именно это она и пытается сказать, — Бриен подошел ближе, положил руку на плечо и чмокнул куда-то в район шляпы. — Разумеется, я не мог не отблагодарить ее.
— Дал бы денег, — нечутко, но очень верно заметил Даррен. — Триста монет — и она еще целый год раздражает преподавателей. Еще и на пирожные хватит.
Это прозвучало ужасно обидно, но я прикусила язык. Вообще-то он был прав, что и говорить. И оспаривать это было глупо, потому что пока мы договорились лишь, что Бриен снимет браслет на красную луну, а вовсе не компенсацию моих страданий.
В общем, я придавила гордость своей туфлей, надеясь, что женишок внемлет старшему и любимому брату. Тщетно.
— Ну уж нет, сейчас, когда я ее разглядел, она мне нравится еще больше! — заявил этот чудила и притянул меня за плечи поближе. И мне в голову закралось страшное подозрение, что теперь я еще должна буду денег, чтобы этот репей отцепился! Нет, ну надо же было встретить единственного человека вне университета, кто слышал мое имя!
— Бриен! — голос Даррена был холодным как тот лед, что еще валялся рядом с упырем.
— Даррен! — тон в том ответил ему мелкий паршивец.
Влезать в чудесный диалог я не стала, просто снова ударила упыря, попав в этот раз по голове.
Даррен поморщился, щелкнул пальцами и оцепенил упыря, заставляя меня завистливо вздохнуть. Совершенно неподъемная для моего уровня силы магия для того, чтобы остановить любую нежить.
— Ты ведь Звояру хочешь отправить это? — Даррен презрительным кивком обозначил упыря как «это». — Давай я отправлю, чтобы он не загрязнял наш сад.
Я сначала растерялась. А потом разозлилась. Сад провонял некромантией и без моего почти безобидного упыря! И потом, он-то отправит! Но что при этом подумает Звояр? Умничка ученик, даже в каникулы весь в работе!
— Я сама хотела бы отправить, — не злиться, только не злиться! Когда я злюсь, дар сильно обостряется, а я ненавижу слушать мертвых так отчетливо! Бормочут себя о мелких неудобствах и бесы с ними. А как начнут болтать всерьез, так не заткнуть же.
— Триста монет есть даже у меня, — Даррен так небрежно это говорил и так при этом смотрел, тварь холеная, что у меня перед глазами замелькали звездочки. Начинается!
Да, в его глазах я замарашка-клептоманка, неухоженная пигалица без денег. Ну и пусть! Лучше так, чем он будет смотреть на меня со страхом. Бриен, наверное, сейчас именно так смотрит. Если он вообще по-настоящему понял, кто я такая.
Поглядеть бы сейчас на него, но не могу, в глазах потемнело, ничего не вижу. И это не слепота. Это взгляд из-под земли.
— Какая хорошая девочка, — непослушными губами произношу я. Не вижу, но представляю, как недоуменно поднимет на это брови Даррен. Увы, ничего поделать не могу. Злюсь. — Слабая совсем, но хорошая. Хочешь силу?
Вот тут я начала сопротивляться. Одно дело самой найти способ силу получить, это похвально, хоть и почти невыполнимо. И совсем другое — получить в подарок. Да еще из-под земли. Дураков нет!
— Не хочу! — губы еле двигались, но над связками я почти одержала победу, поэтому прямо рявкнула эти короткие слова. Надеюсь, кто-нибудь свалился в обморок.
— О какая! — снова удивилась я вслух чужими словами. Пыталась успокоить себя, но только начинала слышать старуху хуже, как вспоминался Даррен с
