Конечно, это не буквально. Никто мне голову не отсечёт, но покалечить может. И, главное, испортит FBOT.
– Врубаю “ошейник”.
– Уверена?!
– Да.
Вокруг шеи, вытягиваясь из неприметных пазов, в противоположные друг от друга стороны, начинают двигаться обручи, мясорубкой жадно молотя воздух острыми, как бритва, лезвиями.
Его смертоносный захват принимаю сама, открывая шею для более удобного удара.– Иди ко мне, малыш, – шепчу плотоядно. Третий понимает о ловушке слишком поздно.
Ловлю его руку, прижимаю к шее подбородком, и фиксирую второй рукой. Арена ревёт ошалелой толпой, ведущий, как всегда, в полном восторге! Визоры окрашиваются кровью третьего, а топор летит на пол арены.
– Пусти! – хрипит он. – Ты почти до кости достала, квазарова сучка!
– Сейчас пойдёт отдача, отпускай, – вторит ему Кэмэрин.
Всем хорош ошейник, но не зря он так называется.
Отпускаю третьего, он хватается за травмированную руку, балансируя на моноколесе, баюкает её, скуля. В те секунды, что ещё стою на ногах, подхватываю его же топор, отсекая от единственного возможного способа передвижения. Оставить его - прямая угроза. Третий вновь истошно орёт и я вместе с ним. Обручи встраиваются назад в мех-костюм, прошивая тело разрядами тока. Падаю на четвереньки, пропарывая стоптанную землю когтями.
– Ещё минута, – в голосе Кэм стужа льдистых гор. Высшая степень сострадания с её стороны. – Порядок?
– Где Берг? – шиплю в ответ.
– Почти у аквариума.
– Магнитар ему взад, не дам пройти! – рычу диким зверем, подрываясь с земли.
– Откат же, Йен.
– Сейчас пройдёт.Пошатываясь, начинаю движение. FBOT слушается, но меня покачивает, словно выпила настойку из Тритоновых водорослей. Отдаю ИИ короткие команды по очистке сканеров от крови и налипшей пыли.
– По данным системы ошейник на месте. Ты как?
– Не настолько хреново, как могло быть. Дай расчёт максимального пути, чтобы я могла его догнать.
– Прыжками, от точки пятнадцать сразу на двадцатую позицию, если выйдет, на тридцатой отметке догонишь.
– Принято, действуем.
Глава 7 Не утопим, так удавим
– Вы только посмотрите на эту разъярённую девчонку! Честное слово, не завидую Идану Бергу, когда она в гневе! Восемь из двенадцати FBOT отправляются если не на свалку, то на капитальный ремонт! Слышите, приспешники Шакса, вас сделала девчонка! – почти что агонизирующий диктор, разошёлся не на шутку, – уф, мне жаль ваши кошельки, если вы поставили не на первую или вторую команду. А те кто молодец… хе-хе-хе, ставки возросли, не так ли? Борьба за первое и второе место! Кто в этот раз зажжёт факел победы? Напоминаю, две прошлых арены остались за командой Ашхен. Чёрные дыры мне в одно место, чую будет и третья!
Мне бы твою уверенность…
Чего мне стоит продолжать эту гонку, знает только Кэм. Квазаров Ирвин прошёл все испытания так, словно ему кто стимуляторов в витаминный коктейль подсыпал! В самом деле, чего он объелся?! Если бы я не была уверена, на все тысячу процентов, о проверке на доппинги, сказала бы, что таки ужрался под самую завязку!
– Кто-нибудь уже запихнёт ему микрофон взад? - ворчу в динамик,
Кроме Ирвина соперников у меня больше нет, а этот во-он, уже занял свой угол ринга, медленно расхаживает после спринта, молодец какой, знает, что резко замедляться чревато. Поджидает, просчитывает. Да и я не спешу, такой роскоши, как замедление перед боем иметь не буду. Так что стоит сделать это сейчас. Ничего, не помрёт от ожидания.
– Это ведь Крис, разрывается? – фырчит Кэмэрин, понимая как меня бесит ведущий.
– Он самый.
– Зря ты ему зуб не выбила на весенних отборочных. – Как всегда, в последние минуты связи стараемся поболтать о чём-то будничном. Напряжение схватки и так запредельное.
– Точно зря, – соглашаюсь с улыбкой. – Так бы сейчас мило шепелявил.
Кэм хмыкает. Молчим, думая каждая о своём.
– Что дальше, Йен?
– Ты сама понимаешь.
– Не вытянешь?
– Сделаю всё, что смогу. Но не уверена полностью.
– Слабое место озвучить?
– Его или моё?
– Ваше…
Нервно сглатываю. В последней реплике подруги звучит странная недосказанность, как будто намёк на то, что она знает. НАШЕ слабое место… Теперь оно точно есть. Общее, на двоих. Унизительное, сладкое, запретное. Продолжая двигаться по инерции, прикрываю глаза, вспоминая нашу близость… след моих зубов на его шее, а на его плечах от моих ногтей. Одно на двоих дыхание, ритм сердца тоже один. И смогли ведь повторить на “рубаке”... Секрет... Наш гнусный, невообразимый, подлый, жестокий секрет. Слабое место. Наше. О, я знаю, где Ирвин уязвим теперь… там же где и я.
Если кто-то узнает…
– Эйелен, у тебя повысился пульс и сердечный ритм подскочил.
– Конечно, – недовольно морщусь, – подходим к арене. Как представлю, что сейчас кишки почти к небу подлетят, так и плохеет.
– Как думаешь, с чего начнёт?
Я знаю Ирвина почти пять лет. И каждый, мать его раз, когда нас сводило на арене, не могла предугадать его действия.
Арена… Здесь мы будем один на один. В гравитационном коконе, отрезаны от связи с внешним миром.
Зато он сможет тебе грубить, Йен. Да, и непременно воспользуется возможностью. Будь готова.
Подхожу к стальным канатам.
– Ну… – тяну Кэмэрин, – я пошла.
– Удачи не желаю. Жду с победой.
– Давай.
Как только переступила гравиканаты, присоединяясь на арене к Бергу, костюм сжался, истошным писком подтверждая вход в зону пониженной гравитации. В голове зашумело, желудок подскочил к горлу, а пространство вокруг меня неприятно качнуло из стороны в сторону. Мысленно подала команду ИИ на перенастройку показателей, и распределение напряжения по всему полотну наноткани мех-костюма. Тело вмиг стало невесомым.
– А вот и финальный танец наших голубков! Это будет эпично, дамы и господа. Эпично! Ведь на кону не просто очередные баллы и тритоны!
– Соскучилась, кисонька?
Голос Ирвина запускает по коже табун мурашек. Что ещё за квазарова реакция?
– Не разговаривай со мной!
То ли просьба, то приказ. Сама не понимаю, что выдаю. Но здесь выключить связь не выйдет. Берга не заткнуть, если он сам не захочет. А он не захочет. Всегда пытался достать меня не только тычком, но и словом. Раньше не трогало особо, теперь у НАС, твою мать, есть слабое место. И я понимаю, что не успела прожить, проработать и выработать стратегию, правильную реакцию на ЭТО.
– А то что? – в голосе слышу ухмылку. Визоры сканируют его передвижения. Словно хищник, примеряющийся к тому, перегрызть жертве горло сразу или ещё поиграть.
Берг наматывает круги вокруг меня неспешно, словно УЖЕ знает, что победил.
Игнорирую его вопрос, всё ещё допуская мысль, что могу его свалить. Это и правда возможно. Но действовать надо быстро.
– Ты могла бы обхватить меня ногами, – неожиданно подсказывает он, словно мысли читает. – Как совсем недавно это делала, Йенни.
Открываю рот в изумлении. Йенни… Ласково, до боли, до пузырящейся в венах крови. Ч-что происходит? Зачем же он… так?
Ответом служит стремительный бросок и выворот руки. Датчики воют вместо меня.
Ну и дура! ДУРА! Болезненный захват, мои обе руки вывернуты в неправильном положении, критически опасном. Если он продолжит, то повредит FBOT и сможет их сломать, а это медотсек, минимум на три недели, прощай миссия и привет насмешки. Металлическое колено таранит спину, принуждая упасть на колени.Что ж, пожалуй, в данной ситуации, оптимальный вариант, подыграть и покорится. Но всю мою рассудительность смывает его колкая фраза.
– Так бы я тебя тоже трахнул, кисонька, – звучит злое, полное ненавистью, признание. – Драл бы тебя по-звериному… Йенни, – тянет издевательски мерзко, – животным вроде тебя так привычнее? Нравится, да?
На долю секунды я вижу нас как будто со стороны, моя коленно-локтевая поза, руки, вывернутые за спину, зафиксированные прочно и он, возвышающийся, доминирующий. Почти победитель.
