Вместе с Марией они прошли в зал. Зал был забит рабочими: кто сидел на стульях, кто, кому места не хватило, стояли вдоль стен и в углах. Некоторые шахтёры уже были в комбинезонах. Когда женщины вошли, некоторые шахтёры бросили взгляды ко входу, отвлёкшись от собственных разговоров. Малая часть сразу же вернулась к собеседникам, и по их тону Мария могла понять, что они недовольны. Охотница спрятала руки в карманы и прошла за бухгалтером на помост. Екатерина встала за небольшой кафедрой. Мария встала сбоку от бухгалтера. Охотница окинула взглядом зал, оглядывая сверху головы. Шахтёры переглядывались и перешёптывались между собой, кто-то говорил спокойно, кто-то – с чувством. Куда б Мария не посмотрела, она ловила на себе чужие недоумевающие или раздражённые взгляды. «Да не может быть, чтобы…» – слышала шёпот одного охотница. «О чём они только думают?» – доносился до её уха шёпот из другой части зала. «Да чтоб вы в керосине горели, вас самих бы всех в шахту отправить» – буркнул кто-то под нос с первых рядов. В отличие от Марии, Екатерина вряд ли слышала что-нибудь из этого, но девушка была бледна.
– Ещё раз здравствуйте, коллеги, – хило начала бухгалтер, – все вы уже в курсе, что был нанят охотник, так что в скором времени все мы сможем вздохнуть полной грудью и вернуть жизнь в привычное русло. Для этого нам всем нужно выразить содействие охотнику, чтобы помочь ей убить монстра. Я знаю, что некоторые замечали монстра в ходе работ, этих людей я бы попросила остаться и рассказать охотнику всё, что они видели. Остальных я могу отпустить, больше вы можете не беспокоится во время работ, так как скоро ситуация разрешится.
Один из шахтёров – низенький мужичок с рыжими волосами лет сорока – встал.
– Прости, что без разрешения. Без обид – но, Кать, может, убедишь секретаря взять другого охотника? – среди шахтёров пронеслась волна согласия и одобрения, кто-то даже громко поддакнул. – Никого не хочу задеть, но мы все уже давно страдаем от этой проблемы. И так работа нелёгкая, так теперь ещё без животного страха в шахту залезть нельзя, особенно нашей смене.
– Я понимаю твоё недовольство, Игорь, но раз секретарь выбрал этого охотника, значит, на то есть основание.
– Это не только моё недовольство. Мне кажется, одной юной девушки не хватит, чтобы изловить нашего гада и тем более изловить его быстро. А каждый час промедления может стоить одному из нас жизни. А нам ведь семьи кормить. У меня, например, сын скоро школу закончит, его ведь надо в город учиться отправить, обеспечить его на первое время, а без меня моя жена не потянет. И ведь тут у каждого такая ситуация, – некоторые молча кивнули, – да и ты пойми, Кать, ты же одна сына растишь, понимаешь, как это тяжело.
– Понимаю, но…
– Кончай уже, Игорь, не будет нас слушать секретарь, хоть ты тресни! – крикнул другой шахтёр. – Я уже не раз говорил, что надо бы намекнуть ему подоходчивее, что больше так работа продолжаться не может!
– Эй-эй-эй, опять ты со своей забастовкой лезешь, – крикнул шахтёр с длинным острым носом, – хорош уже, а! Если хочешь вылететь, уволься сам.
– Тут можешь потерять жизнь, какое уж там увольнение! – шахтёра поддержали возгласами.
Среди рабочих сидел и Саша. Он слушал чужие препирательства, но сам в них не участвовал. Молодой шахтёр следил за Марией, которая оставила Екатерину одну и отошла к окну.
– Не нравится, иди работай где-нибудь ещё, а не бухти, – ответил ему человек с длинным носом. Его сразу же застыдили за такие слова.
– И где мне работать, Николай, в шахтёрском то городе? Тут окромя шахты все работы бабские, идиот! Не работы вовсе!
– Коллеги, давайте успокоимся, – безуспешно попыталась перекричать толпу Екатерина.
– Кать, дай просто нам всем написать прошение секретарю! – крикнул с первых рядов ещё один молодой шахтёр. – Мы тут ему деньги копаем, нельзя так работать! Его надо заставить передумать.
Взрыв поднял комнату на ноги. В ушах звенело. «Что-то случилось на теплостанции? Только этого не хватало!» – подумали некоторые. По комнате с холодным воздухом разошёлся дымок, дыхнуло порохом. Мария вернула руку из окна в комнату и убрала в кобуру револьвер, закрыла окно.
– Будет неприятно, но, – сказала Мария, дойдя до кафедры, – все ваши проблемы меня не трогают и не касаются. Вы можете сколь угодно нанывать, что одной меня мало, но вы не сражались с чудовищами и не вам судить о моих компетенциях. Могу лишь утешить вас тем, что я – ветеран южного фронта. Доказательств не будет. Если не верите, спросите у Варлама, так как всякий металлолом, в том числе и медали, я с собой не ношу, – Мария говорила сдержано твёрдым стальным иногда поскрёбывающим голосом. Девушка держалась прямо и уверено, по-офицерски, – я попрошу остаться тех, кто видел монстра, а также того, кто мог бы ознакомить меня с картой шахты. Все остальные свободны. Не мешайте моей работе, и я сделаю так, что никто не помешает вашей.
После слов Марии Екатерина повторила, кому следует остаться, а остальных отправила на работу, напомнив о том, чтобы шахтёры передвигались группами. В кабинете бухгалтера Мария быстро опросила семь человек. Все они видели чудище, но мельком, на расстоянии, когда оно сновалось в черноте, потому показания их были малоинформативны. Если резюмировать, чудище горбатое, похожее на раздувшейся огромный труп. У чудища было шесть или восемь конечностей, две конечности огромны, как коротенькие пушки. Голова его вытянутая и вздута в затылке, как переспелый фрукт, чёрные глазища. Огромные и длинные, как вытянутые тарелки, уши, белая обвисшая кожа. «Он похож на человека настолько, насколько на собаку похож старый лысый выброшенный на берег реки и объеденный мухами мёртвый пёс!» – с чувством сказал один пожилой шахтёр.
Когда Мария закончила опрос, Екатерина пригласила в кабинет рыжеволосого шахтёра и принесла карту.
– Игорь, кажется, верно? – спросила Мария, – по отцу как к Вам обращаться?
– Вячеславович.
– Отлично, Игорь Вячеславович, полагаю, раз Вы здесь, то именно Вы сможете познакомить меня с картой шахты. Также будет отлично, если Вы сможете показать мне, где видели и чудовище и где находили трупы.
Игорь взял карту у бухгалтера и разложил её на столе. Перед Марией растелился будто бы причудливый рисунок дерева, чьим стволом была главная штольня.
– Хорошо, вот карта нашей шахты, – начал Игорь, – сейчас выработка углубляет и продолжает главную штольню, – Игорь провёл по стволу «дерева», вдоль одноколейки до самого конца, – сейчас работа ведётся здесь, в Куриной лапе и в Пальце.
– В Куриной лапе?
– Да, так мы называем это место. По очертаниям оно напоминает лапу. Некоторые места в шахте носят свои имена, чтобы ориентироваться нам было проще. Я могу их использовать?
– Конечно,
