Танец феи Драже из Щелкунчика Чайковского наполнил воздух. Это было одно из немногих классических произведений, которые я знала достаточно хорошо, чтобы помнить название. Преподавательница взмахнула руками. Большинство крошечных девочек последовали за ее знаком, но одна из них просто застыла, уставившись в зал огромными испуганными глазами. Хорошо ли танцевали малыши? Нет, но в таком возрасте речь идет не о выдающихся способностях, а о том, чтобы показать себя, и они были такими милыми, что не выразить словами. Я не очень-то сходила с ума по детям, взрослые были определенно лучше, но даже я не могла отрицать, что они были до боли очаровательны.
Мика начал водить пальцем по моей руке. Жан-Клод был по-прежнему с другой стороны от меня. Малыши убежали гурьбой, снова держась за руки, вызвав гром аплодисментов, а затем настала очередь Мэтью. Я слышала, как Моника сказала Джей-Джей: "Как правило, они объединяют детей двух и трехлетнего возраста, но в этом году у них было достаточно малышей для двух классов". Интересно, но то, что я это расслышала, означало, что Моника говорила слишком громко. Она определенно хотела, чтобы ее заметили.
Девочки в клоунских пачках, которые я уже видела раньше, вышли из-за кулис с Мэтью в мальчиковом костюме посередине. Они держались за руки, как и последняя группа, а их преподаватель был в глубине сцены, видимый и детям, и аудитории. Я размышляла, сколько вам должно быть лет, чтобы учителя не было видно.
По-прежнему звучала музыка из Щелкунчика, но это была одна из песен для кукол из первого акта. Я не могла вспомнить, какой это был танец, просто приблизительно из той части балета. Маленькие ручки поднялись вверх почти синхронно, а потом они начали танец. Не все девочки танцевали, просто двигались, но Мэтью и еще две крошки танцевали. Выступление не было плавным или идеальным, но было искренним. Они делали то же, что и преподаватель, с улыбающимися лицами, но вскоре Мэтью потерял свою улыбку, на его личике появилась сосредоточенность. Я наблюдала, как он исполнял некоторые движения, которые разучивал у нас дома с Натаниэлем и Джейсоном.
— Это глупо, если я скажу, что он хорош? — прошептала я, наклонившись к Мике.
Жан-Клод наклонился к нам и шепнул:
— Нет, ma petite, у Мэтью есть природный талант.
Музыка закончилась, дети взялись за руки и поклонились. На этот раз аплодисменты были более искренними, по крайней мере, мне так показалось. Ведь не каждый день видишь, как кто-то настолько молодой проявляет зачатки истинного таланта. Когда они ушли за кулисы, Ашер перегнулся через нас, чтобы поговорить с Моникой.
— Твой мальчик хорошо выступил.
Она просияла в ответ и имела полное право гордиться. Мика поздравил ее тоже.
— Для трех лет он просто потрясающий, — добавила Джей-Джей.
— Я надеюсь, что Джейсон и Натаниэль видели это. Я наблюдала, как они работали с ним, — произнесла я в их с Моникой сторону
— Мэтью очень понравилось проводить время с его дядями, — сказала Моника.
Я отклонилась немного, потому что мне не понравилась эта идея с дядей Натаниэлем и дядей Джейсоном, и нужно было это прекратить, пока дело не дошло до тети Аниты. Мэтью дал нам свои прозвища: Натти, Джейсон-Джейсон, и Нита — для меня. Жан-Клод был скорее Джен-Клодом. Ашер звучал ближе всего к своему настоящему имени.
Мы часто видели Мэтью в последнее время.
Снова зазвучала музыка, и вышла следующая группа девочек, на этот раз постарше. И следующий час с небольшим все продолжалось в том же духе. Старшие девочки, иногда те же самые, исполняли балет, джаз, и современные танцы, и даже пару чечеток. Я люблю танцы, и отношения к детям это не имеет, но мое терпение начало улетучиваться примерно к пятой группе усыпанных блестками детишек.
Меня предупредили, что школа танцев запретила забирать детей и уходить, пока на сцене не выступит последний ученик. Тогда я просто не поняла, что это значит.
В промежутках между номерами я наклонилась через Джей-Джей к Монике и спросила:
— Сколько продлится представление?
— В прошлом году было четыре часа, — ответила она.
Я посмотрела на нее широко раскрытыми от ужаса глазами. Она засмеялась. Я села назад в свое кресло и обменялась взглядом с Микой.
— Скоро выйдут Натаниэль и Джейсон, — сказал он.
— Вы сказали, четыре часа? — переспросил Нечестивец, оборачиваясь со следующего ряда.
Я кивнула. Он выглядел болезненно, когда снова повернулся к сцене, хотя я знала, что, будучи охранником, на самом деле он видел гораздо больше, чем представление. Он заметил бы то, что я упустила, и Истина позади нас тоже.
Жан-Клод приподнял мою руку и поцеловал тыльную сторону кисти. Он улыбался мне, пытаясь не рассмеяться. Я посмотрела на него, потом поймала точно такой же взгляд Ашера. Я закатила глаза и откинулась в кресле.
Я впала в своего рода оцепенение, а затем Мика поднял другую руку с раскрытой программой перед моим лицом. Мне пришлось мигнуть, чтобы прочесть ее. Джейсон Шуйлер был указан в качестве партнера одной из старших студенток, Алисы Шнайдер. Он упоминал, что мужчины на самом деле были своего рода мобильным реквизитом, дающим выпускницам более широкий выбор танцев для их последнего выступления перед поступлением в колледж. "Мы там для того, чтобы девушки хорошо выглядели, а еще, чтобы подкидывать и ловить их".
Когда я спросила: "Зачем тогда это делать?", он посмотрел на меня так, словно я сказала какую-то глупость. Джейсон был в танцевальных и театральных группах в течение всего обучения в колледже, по-видимому, это была какая-то танцевальная тонкость, которой я не понимала, но это имело смысл и для него, и для тех, кого он уговорил помочь. Это была идея Жан-Клода и Джейсона, чтобы экзотические танцоры в Guilty Pleasures и менее экзотические в Danse Macabre, двух клубах Жан-Клода, научились по-настоящему танцевать. Джейсон и Натаниэль работали с ними и преподавателями танцевальной школы все лето. Они были единственными мужчинами в школе и единственными подходящими партнерами, так что большинство старших девушек взяли наших мужчин на это представление.
Балерина, танцующая с Джейсоном, была на самом деле меньше, чем он, а поскольку он всего на дюйм выше меня, она казалась крошечной в черной пачке с белым трико и вспышками блесток на волосах. Джейсон убрал свои длинные светлые волосы в тугой, гладкий хвост, так что они казались короткими. Он был одет в костюм, который соответствовал ее одежде, и я поняла, что никогда не видела Джейсона в черном раньше. Они оба были элегантны. Джейсон, как правило, улыбался, шутил, и он был одним из моих лучших друзей. А также любовником. Он был милым и приятным, но я никогда не догадывалась, что он может быть таким элегантным и красивым. Заиграла музыка, и я сразу поняла, почему она хотела, чтобы он стал ее партнером. Я знала, что Джейсон хорошо двигается и хорошо танцует и видела некоторые репетиции, но я не часто наблюдала его с девушкой. Я никогда не видела, чтобы он двигался подобным образом в танце.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
