Трахнуть Кейна — последнее, о чем я сейчас думаю. Ладно, не совсем последнее. Я бы солгала, если бы сказала, что не нахожу его сексуальным. При других обстоятельствах я была бы готова на безобидное развлечение, как Меган, но в моей ситуации мне нужно что-то более глубокое.
Намного более глубокое.
— Ты когда-нибудь была в Рейвенсвуд-Хилл? — спрашиваю я. — Ну, знаешь, посмотреть, как они там живут.
— Черт, нет. Эта красивая головка, — она указывает на свое лицо. — Я хочу, чтобы она осталась на этой красивой шейке. Большое спасибо.
— Там настолько опасно?
— Еще бы. Послушай. Я знаю, что ты, наверное, одна из тех студенток, которые любят острые ощущения от тайных миров, домов с привидениями и заколдованных лесов, но это не фильм ужасов. Те, кто осмелился приблизиться к Холму, исчезли без следа. Не становись еще одной жертвой.
Я уже стала. Мне нечего терять.
Но Меган права. Пойти на Холм просто чтобы пошпионить, не имея плана проникновения и побега, — это все равно что пойти на верную смерть.
Поэтому я решила, что лучший способ — проникнуть туда с помощью команды.
Меган распыляет облако духов перед уходом, пытаясь в последний раз пригласить меня на новую «крутую» вечеринку. Однако она сдается, когда я говорю, что сегодня вечером буду учиться.
По крайней мере, планировала.
Мне трудно сосредоточиться, и я с трудом дочитываю кейс по этике.
Экран моего телефона загорается, и я проверяю, не прислала ли Меган фотографии «того, что я пропустила».
Ручка, зажатая между пальцами, замирает и падает на учебник, когда я вижу личное сообщение от @kane.davenport.
Кейн: Ты свободна сегодня вечером?
Сердце бьется так громко, что я слышу его стук в ушах, когда печатаю:
Далия: Привет! Да.
Затем понимаю, что это звучит слишком отчаянно, и удаляю сообщение.
Далия: А к чему вопрос?
Кейн: Сегодня вечером посвящение. Через два часа.
О боже.
Это наступило раньше, чем я ожидала. Я не думала, что получу приглашение или что-то в этом роде. Но за два часа?
Я даже не готова морально.
Кейн: Придешь?
Далия: Да. Куда?
Кейн: Я пришлю тебе адрес. Будь там через полтора часа.
Далия: Хорошо. Спасибо.
Я подумала, что разговор закончился, потому что он прочитал мое сообщение и не ответил, но затем на экране появляется одно слово, и мое сердце начинает биться чаще.
Кейн: Далия.
Далия: Да?
Кейн: Красный. Скажи это слово сейчас, и этот кошмар не произойдет. Если не скажешь, потом шанса уже не будет.
Мои глаза снова и снова пробегают по тому, что он написал. Как и тогда, когда он узнал о моем интересе, он предлагает мне выход.
Но он не знает, что когда я принимаю окончательное решение, меня уже не остановить, пока я не добьюсь своего.
Кто-то из «Венкора» стоит за нападением на мою сестру и ее последующей комой. Из-за них я потеряла единственного члена семьи и не успокоюсь, пока они не окажутся в двух метрах под землей. Надеюсь, после того, как будут долго мучиться.
Так что нет. Даже если я умру, я не воспользуюсь предложением Кейна.
Но мне нравится, что он дал мне такую возможность.
Далия: Я приду.
Последовала долгая пауза, прежде чем он отправил свое последнее сообщение.
Кейн: Оденься поудобнее. Это будет самая длинная ночь в твоей жизни.
Глава 4 Кейн
![]()
Это не первый, не второй и даже не сотый раз, когда я сталкиваюсь с подобной сценой.
И явно не последний.
Но это никогда меня не задевало. Ни крики, ни бульканье крови, ни запах страха, смешанный с абсолютным осознанием того, что они облажались.
И что это последний раз, когда они облажались.
— Послушайте… послушайте… пожалуйста, выслушайте меня… — умоляет на коленях проректор Фред, его живот выпирает из-под разорванных пуговиц рубашки, уродливый фиолетовый галстук затянут, лицо покраснело.
Джуд, Престон и я предложили Фреду прокатиться с нами после занятий.
Он улыбнулся от радости, думая, что мы даем ему шанс. Не каждый день простой проректор получает возможность встретиться наедине с тремя Старшими членами «Венкора», которые после окончания университета станут фактическими членами-Основателями.
И Фред, как и любой член «Венкора», знает, что только мы, рожденные в четырех семьях-Основателях, можем получить статус Основателя. Поэтому мы всегда удерживали монополию на власть в кампусе, даже если все еще только Старшие члены. Позиция, которой Фред никогда не достигнет.
Потому что вместо встречи, полной возможностей, мы отвезли его на склад, принадлежащий моей семье, расположенный так далеко от города, что никто не услышит его криков.
Приспешники моего отца стоят снаружи, ожидая, когда мы закончим развлекаться, чтобы убрать за нами.
Хотя, честно говоря, это больше развлечение для Джуда и Престона, чем для меня. Я здесь только для того, чтобы завершить миссию «декапитации». То есть отрезать голову змее, которая начинает задумываться о том, чтобы укусить своего хозяина.
Вся сила «Венкора», помимо прочных деловых связей между четырьмя семьями-Основателями, заключается в контроле. Если появляется возможность, мы не только ее используем, но и устраняем всех, кто может стать нам помехой.
Это тайная организация, которая сильно зависит от своих Основателей и их связей. Но в отличие от других подобных обществ, это не братство, и внутри четырех семей-Основателей часто происходит борьба за власть.
Старшие члены, занимающие самые высокие позиции, которых может достичь посторонний, чаще всего занимают высокие посты в обществе, такие как сенаторы, лидеры политических партий или руководители военных и финансовых комплексов. Их задача — расширять связи «Венкора» и служить его целям. Обычно на них работают другие члены, выполняющие их приказы и следящие за ними на случай, если они сойдут с верного пути.
Нередки случаи, когда член организации становится Старшим за то, что раскрыл предательство предыдущего Старшего, на которого он работал.
Поскольку никому, кто не родился в семье одного из Основателей, невозможно достичь более высокого ранга, Престон, Джуд и я — аномалии в кампусе. Мы обладаем властью над командой, и все в Университете Грейстоун склоняются перед нами.
Сегодняшнюю миссию я выбрал сам, поэтому им не нужно было присоединяться, но, с другой стороны, Джуд развил в себе надоедливую зависимость от убийств, а Престон страдает неизлечимой кровожадностью.
Как Старшие члены, мы обычно назначаем нижестоящих членов на подобные миссии, и наша роль состоит в том, чтобы наблюдать из тени и вмешиваться только в случае, если дела выйдут из-под контроля.
Но мне всегда нравилось действовать самостоятельно. Я не верю, что кто-либо другой сможет выполнить эту работу так же эффективно, как я.
— Что именно выслушать? — я откидываюсь на металлическом стуле напротив Фреда, неторопливо вытирая пистолет тряпкой и следя за тем, чтобы он все время находился в поле его зрения. — Что ты торгуешь наркотиками на территории университета за нашей спиной?
— Это было только один раз… пожалуйста… у меня семья, — умоляет он, капли пота собираются на его верхней губе и сальном носу.
