Читаем без скачивания Пять к двенадцати - Эдмунд Купер

- Джентльмены, - сказал Дайон терпеливо, - я только хотел сказать, что шакал не может сражаться против львицы. Если бы нашлось достаточное количество настоящих мужчин, доминанты падали бы рядами. Ergo[6], подумайте еще раз.

- Дважды верно, - торжественно согласился Гарвил. Затем, вспомнив о верности своим приятелям, он добавил: - Но все же ты слегка нас обидел.

- О, дорогие и любимые друзья, - сказал Безымянный, неожиданно со слезами на глазах пробудившись от спячки. - Я пью за вселенское братство мужчин... О Боже, военная команда.

Дайон и трое жиганов проследили за направлением его взгляда.

Семеро здоровенных и хорошо развитых доминант как раз в этот момент входили в бар. Одеты они были небрежно и довольно грязно. На головах троих из них сидели побитые фибергласовые шлемы.

- Ирландские морские коровы, - зашипел Безымянный, - эти большие суки уже приходили сюда на прошлой неделе. Побили мебели на пять сотен львов, но заплатили сразу же и наличными. Ведите себя тихо, жиганы. Этих разгоряченных телок не интересует, как возвести ноль в куб.

- Газ? - спросил Дайон, с интересом разглядывая доминант. - Нефть? Минералы?

- Нет. Подводные отели и все такое прочее. Они говорили мне, что многие доминанты любят, валяясь в постелях со своими одухотворенными сквайрами, пялиться сквозь углеродистое стекло на шаловливых рыбешек.

Доминанты с шумом расположились вокруг стола в одной из уединенных полуниш. Очевидно, они где-то уже успели изрядно набраться, так как их движения были гораздо резче, а слова громче, чем надо.

Одна из них - высокая и мускулистая брюнетка - стала стучать кулаком по столу:

- Вино! Вина! Дю в'эн! В'инью!

- К вашим услугам, дорогие доминанты. - Безымянный профессионально перемахнул через стойку бара и подошел к ним, чтобы принять заказ.

В этот момент одна из доминант отделилась от своей группы и слегка нетвердой походкой стала прохаживаться по бару. Критически оглядев Дайона с компанией, она сказала:

- Один - для одиночества, два - для компании, три и больше - это уже заговор. Что скажете, жиганы? Ночи не нужны инъекции жизни.

- Точно, не нужны, - сказал Тибор, выпячивая грудь. - К твоим услугам, дорогая доминанта, отныне и вовеки.

Она оглядела его сверху донизу и бросила на стойку пять львов:

- Ты никогда не выдерживал больше одного раунда, дитя. Выпей-ка лучше стаканчик молочка.

Тибор уставился на деньги и проглотил насмешку.

- Сколь хороша, столь и щедра! Но мы утопим то, чему уже не бывать, не в молоке, а в лёвенбрау.

Гарвил оглядел доминанту и постарался придать блеск своим глазам.

- По крайней мере пять раундов, - сказал он вкрадчиво, - подлинность товара гарантируется.

- Смело и убедительно, - сказала с улыбкой доминанта. - Что же, вполне возможно. Ты довольно-таки тощ, но это не имеет значения. Я видала жиганов и получше, и похуже.

Она выбросила руку и крепко ухватила Безымянного, который, получив заказ, в этот момент как раз возвращался к стойке.

- Койку, любезный. Твой маленький приятель хвастает, что он половой гигант.

- Номер три, - сказал Безымянный, выуживая из кармана ключ, - семь пятьдесят в час.

- О, какая высокая цена греха. - Доминанта повернулась к Гарвилу: Выдержишь час, храбрец? Гарвил облизал губы:

- По двадцатке за палку, и я буду продолжать до закрытия бара.

- Мания величия, - засмеялась доминанта, - запомни, ради твоей собственной пользы, - поступки должны соответствовать словам.

Она взяла ключ, хозяйским движением обхватила Гарвила и обратилась к своим компаньонкам:

- Синьоры, дорогие, закадычные подруги! Я собираюсь устроить маленький экзамен на прочность. Не пейте много до моего возвращения.

- Через девяносто секунд, - предсказало чье-то глубокое контральто.

- Да ну тебя! Не меньше трех минут!

И она увела не сопротивлявшегося Гарвила в спальню.

Безымянный обнес доминант напитками. Две или три из них многозначительно посмотрели на стойку бара, потом раздался взрыв смеха. Затем одна доминанта - красивая и, очевидно, самоуверенная особа поднялась с места и пересекла зал. Она остановилась возле Дайона и многозначительно посмотрела на него:

- Пойдем?

- Это очень лестно для меня, но нет, - сказал он осторожно, - моя рыба жарится в другом месте.

- Это был не вопрос, - сказала самоуверенная доминанта, - а скорее царственное повеление.

- Которое я, к сожалению, отвергаю - со всеми возможными стереофоническими извинениями.

- Парень, - ее голос сделался жестким, - когда я приглашаю, только отчаянный смельчак может отказаться.

- Примите мои поздравления. В таком случае трус тоже должен отказаться.. Могу я предложить вам выпить?

Наблюдавшие эту сцену доминанты оскорбительно захохотали.

- Я что, уродина, калека или persona non grata? - спросила самоуверенная доминанта жестким тоном.

- Ни в малейшей степени. Вы крайне привлекательны и все такое. Но, увы, я предпочитаю выпить.

- Пятьдесят львов должны подавить твою жажду.

- Вовсе нет. Присоединяйтесь ко мне. Неожиданно наступила тишина. Вдруг доминанта рассмеялась:

- Похоже, учтивость - новый порок жиганов. Я действительно присоединяюсь к тебе, мой учтивый трус. Заказывай.

- Два лёвенбрау, - крикнул Дайон Безымянному. Выпивка появилась мгновенно.

- Твое здоровье, - сказал Дайон, поднимая стакан.

- Салям алейкум, - ответила с улыбкой доминанта и вылила лёвенбрау ему на голову. - Благослови Господь всех плывущих в этих водах.

Дайон пробормотал что-то бессвязное. Все засмеялись.

Пока он безуспешно пытался вытереться платком, доминанта, подстрекаемая всеобщим одобрением, взяла второй стакан и повторила процедуру снова. Но смущение Дайона, похоже, уже не зависело от количества пролитой на него жидкости.

- Теперь Божья милость дважды благословенна, - пояснила доминанта. Это как приятный дождичек с небес.

Сквозь пелену льющегося пива Дайон смотрел на издевающуюся над ним женщину. Звуки все возрастающего веселья раздавались со всех сторон. Пандо и Тибор чуть не умерли со смеху.

- Ха-ха, - сказал Тибор, - распрямитесь, станьте на три фута выше, чтобы вас можно было сосчитать. Как ты теперь себя чувствуешь, суровый сквайр?

Дайон потряс головой и сделал глубокий вдох. Он посмотрел на унизившую его доминанту, наблюдавшую его замешательство с нескрываемым удовлетворением.

- Это, - сказала она, - должно научить тебя быть больше мужчиной.

- А это, - парировал Дайон, с ожесточением ударив ее ребром ладони в горло, - должно научить тебя быть больше женщиной.