Дождь потревожил лужицу, в которой я лежу. Неспешные капли, одна, две, три… Гигант отошел, присев на траву. А я затаила дыхание и не стала смотреть, как сильный мужчина плачет.
Не спрашивала, что с ним, и почему он так реагирует на, казалось бы, истину, простые слова… и в чем тут печаль? Скорбь по погибшему брату? Мне тоже передалась его грусть. Хотела обнять, попыталась подняться вопреки своему смущению. Это показалось мне таким ничтожным по сравнению с тем, что мы с ним переживали. Но что — то держало и не давало вырваться из этого целебного раствора пыльцы. Или я настолько ослабела?!
До моего сознания, наконец, дошло, что мы оба оплакиваем Эрея Авеля…
Вскоре он поднялся, будто ничего и не произошло.
— Мне нужна одежда, — проговорила робко, чувствуя стыд за свои низменные потребности и предрассудки.
В глаза ему смотреть не могла. Боялась увидеть нечто иное. Другого Эрея без имени, другого владыку над людьми.
Он не ответил. Когда унесся куда — то, почувствовала обиду и отчаяние. Сумела подняться на обессилевших ногах, пройтись до края обрыва, посмотреть на белые облака и даже увидеть другие плавающие в небе островки. А еще я заметила дворец Мор! Он был довольно далеко и высоко. Но я вспомнила свой сон, где видела Алину. Ту гору и золотые струи. По ним и сориентировалась сейчас.
Мой синий человек — бабочка вернулся довольно неожиданно. Пришлось прикрываться и сдерживать визг возмущения. В его руках было нескончаемое количество бальных платьев. Он высыпал передо мною все это, опустив глаза, и унесся прочь.
На этот раз знала, что он вернется и пошла к водопаду, что лился из неоткуда. Впереди возникло озерко, дно которого оказалось прозрачным, и я увидела облака. Стоит ли плавать?! Подошла ближе к травянистому бережку, зачерпнула воды. Холодная, бодрящая, такая чистая… Хлебнула на свой страх и риск. Пить ведь хотелось жутко! Умылась, помочила ножки. Сил прибавилось.
Закончив гигиенические процедуры, я вернулась к платьям. Крови и иных следов насилия на шикарной одежде не обнаружила. С облегчением выдохнула.
Долго выбирать не стала. Все самое — самое. Но предпочла синее, да попышнее. Чтобы понравилось Эрею Авелю. Со шнуровкой на спине не справилась, без помощниц не обойтись. Но ничего не поделаешь, оставила, как есть. Только надела платье, как он появился из — за облаков.
Посмотрела на него с укором. Подглядывал, значит. Ответил снисходительным взглядом. Вижу, что отошел от депрессии, мой бедненький. Вид нормальный, или даже счастливый?
— Как я тебе? — Решила пококетничать, крутанулась разок, вылавливая его удивление и умиление.
— Человеческая красота, — выдал гигант и присел на траву. — А можешь еще так сделать?
Важный вид изобразил. Видимо, вспомнил, что владыка над человечками. Ну я сейчас не гордая.
— Вот так? — спрашиваю и кручусь еще, а затем еще и еще.
Смеюсь, начинаю скакать, подрыгивать, как малолетняя оторва. И он смеется! А я спотыкаюсь и падаю.
Но не успеваю коснуться земли. Его руки хватают меня мягко, буквально за сантиметр до касания с ней. Я даже успела ощутить травинки на голой спине, что так и не зашнуровала платьем.
Гигант берет меня на руки, как невесту. Вмиг вырастают его синие крылья. Взмах! И мы уже над островом! Дыхание перехватило! Ветер бьет в лицо и треплет мои длинные локоны. Второй взмах! Его неожиданно серьезный взгляд сосредоточен на мне. А у меня слезы из глаз выбивают потоки воздуха, как бы не хотела любоваться им, но поворачиваю голову в сторону и вижу, что клочок земли превратился в точечку!
Хочу визжать! Но его руки вселяют спокойствие, уверенность. Такая мощь! Она передавалась через его касания и дарила новые ощущения силы и некого таинства.
— А теперь я покажу тебе свой танец, Эрей Валерия, — пропел Эрей Авель и мы устремились сквозь облака!
Дух захватывает, когда проносимся над всем миром. Я мечтала об этом с той самой минуты, как прикоснулась к Эрею Авелю. Он обнимает меня, и мы летим туда, куда вздумается. Его мощные руки надежнее любых креплений и кресел безопасности.
Ощущаю его теплоту и заботу. Он в этом мире не отдаст меня никому.
Мы летали до самого заката, смеялись, я периодически визжала, а он смеялся и вытворял чудеса высшего пилотажа…
И вот, солнце садится за горизонт. Сижу на траве, он — напротив. Снова молчалив и задумчив. Он грустит. И я хочу понять почему все так сложно.
— Эрей Авель, — настаиваю на этом имени и вижу, что злится. — Что будет с кланом Эрей?
— Изгнание и смерть, — произнес спокойно. — Но тебя не постигнет эта участь. Ты человечка, и для жизни любовь Кселаны тебе не нужна.
— Все из — за пыльцы?! — Взвинтилась.
— Не вини себя, Эрей Валерия, — ответил ровным тоном. — Каждый решает сам. И я решил сам. Сбор еще не окончен. И время подношения не пришло. Все равно мы не соберем нужное количество.
— А сколько нужно?
Усмехнулся. И вдруг посмотрел пытливо.
— Сбор с пяти королевств, пять тысяч цветов Красного ириса, год для этого мира. Сумеешь за полгода собрать столько?
— А это спасет твою жизнь? — Уточняю на всякий случай.
— Спасет, — отвечает, улыбаясь.
— Я что — нибудь придумаю, — говорю воодушевленно, ощущая себя Скарлетт из Унесенных ветром. — Пять тысяч бутонов — это не так уж и много.
Вздернул бровки, мой хороший. Но ничего ответил. Молчим, любуемся друг другом.
— Перед тем, как я верну тебя обратно, ты должна пообещать мне, Эрей Валерия, — произнес вдруг строго.
— Сначала говори, что, а я подумаю, стоит ли. А то меня уже подловили разок.
Поднялся, я вскочила следом. Подошел, обнял робко. Понимаю, что пытается силу рассчитать, чтобы не раздавить. Сама вцепилась, как в папку, уткнулась носом в кафтан.
— Если тебе больно, позови сразу, — прошептал. — Где бы ни был, я услышу. Но имей ввиду, что в этом королевстве покровительствует Мор, если король человечков пожалуется Мору при передаче пыльцы или узнается иначе, владыка Мора вправе разрушить мои королевства людей.
— Ты ведь никого не убил, когда забирал меня? — Выдала с опаской.
— У тебя доброе сердце, Эрей Валерия и от тебя я перенял сострадание к подобным тебе. Знай, в городе человечков я никого не убил, лишь ранил.
— Но у Мора нет сострадания, — произнесла мысли в слух.
Обнял крепче. Голову опустил к моим волосам.
— Нет, — ответил с болью. — Прости, что не могу помочь тебе с сестрой. Я сгорю в пламене главы клана Мор. И ничего не смогу сделать. А Клесана даже не накажет его, потому что он не нарушал ее законов.
— А тот обман…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
