(Многие хлопают в ладоши.)
1-й испанец
Прекрасно! Очень хорошо.
Все испанцы
Благодарим.Не хочешь ли вина, искусный трубадур?[27]
(Ему подают, и он пьет.)
Певец
За здравье папы!.. А потом за ваше!
3-й испанец
Товарищи, пойдемте же теперьИскать свою любезную добычу…Пойдемте, с помощью святого Доминика!Нам бог простит!.. Ведь надо людям жить!..
(Уходят все с громким хохотом.)
Сцена II
(Комната у жида, богатые ковры везде и сундуки. Тут стоит на столбике лампа горящая. В глубине сцены две жидовки нижут жемчуг. Всё богато. Ноэми входит и садится у стола облокотившись.)
Ноэми
Нет! – не могу работой заниматься!Шитво в глазах сливается, и пальцыДрожат, как будто бы иголка тяготит их!Молиться я хотела – то же всё!Начну лишь… а слова мешаются;То холод пробежит по телу вдруг,То жар в лицо ударится порой,И сердцу так неловко, так неловко!..И занимает всё воображеньеПрекрасный образ незнакомца,Который моего отца избавилОт гибели вчера. Дай бог ему всё счастье,Отнятое у нас несправедливо.Как будто бы евреи уж не люди!Наш род древней испанского – и ихПророк рожден в Ерусалиме!Смешно! Они хотят, чтоб мыИх приняли закон, – но для чего?Чтоб в гибель повергать друг друга, как они?Они так превозносят кротость,Любовь к себе подобным, милость –И говорят, что в этом их закон!Но этого пока мы не видали.
(Молчание.)
Однако ж есть и между ними люди!Вот, например, вчерашний незнакомец.Кто б ожидал? – как жалко, что егоЯ не увижу, – но отец мойЕго так живо описал, так живо!..Высокий стан и благородный вид,И кудри черные как смоль, и быстрый взор,И голос… но зачем об нем я мыслю?..Что пользы!.. Ах! Какой же я ребенок! –
(Молчание.)
Мне скучно! – вся душа расстроена,И для меня суббота поневолеСегодня!.. Сердце бьется, бьется,Как птичка, пойманная в сетке!Зачем нейдет отец мой? Он опятьЗлодеям в руки попадется…Как скучно быть одной весь день;Всё песнь одна; низать и распускать свой жемчуг,Читать и перечитывать, одетьсяВ парчу и вновь раздеться, есть и питьИ спать… однако ж эту ночьМой сон был занимателен и страшен!
(Молчание.)
Что пользы?
(Кличет)
Няня! Сара! Сара!Поди ко мне! Поди сюда! Ну что же!..
Сара (старуха идет)
Что, милая Ноэми, что тебе?Иль жемчуг распустила – но ведь яСтара – мои глаза всю бойкость потеряли;Тебе вредит неосторожность,А мне так невозможность! Так ли?
Ноэми
Нет, Сара! Жемчуг я оставила низать.
Сара
Что! Аль не нравится? Вот яВ свои года не тем была довольна!А этой молодежи нынешнейВсё дурно! – что ж меня звала ты?
Ноэми
Так!Мне скучно!.. Я больна!
Сара
Больна? Ах, боже мой.Так я пошлю скорее за врачом…Есть у меня знакомый, преискусный!..
Ноэми
Не надо… я не то чтобы больна!А… так! Не в духе!.. Всё нейдет на лад,Что ни начну!.. Мне хочется того, чегоСама определить не в силах я!..Мне грустно! – расскажи мне сказкуПро старину! – садись и расскажи!..
Сара
Дай мне припомнить, милое дитя,Вот видишь!.. Память-то слаба,Я столько слышала, видала, испытала,Что из толпы моих воспоминанийНавряд одно вполне перескажу!..
Ноэми
Я видела сегодняшнюю ночьУжасный сон! Ужасный!.. Растолкуй мне;Мне снилось, что приходит человек,Обрызганный весь кровью, говоря,Что он мой брат… но я не испугаласьИ стала омывать потоки крови,И увидала рану против сердцаГлубокую… и он сказал мне:«Смотри! Я брат твой»… но, клянуся,В тот миг он был мне больше брата;И я заплакала, и стала умолятьЯ бога, чтобы жизнь его продлил;Но этот человек захохоталИ вдруг воскликнул: «Перестань молиться!Я брат твой! Ныне братьев ненавидят!..Оставь меня, прекрасная еврейка:Я христианин – и не брат твой;Я над тобой хотел лишь посмеяться!»И он спешил уйти… и я схватилаЕго широкий плащ… но что ж? – в рукахОстался погребальный саван! – я проснулась…
Сара
Он братом называл себя твоим?
Ноэми
Но это вздор! – я не имела брата!И никогда иметь не буду!..
Сара
О! Ноэми!Не говори!.. Случиться это может!..
Ноэми
Как может!.. Как? Нет, это невозможно!
Сара
Послушай! – у тебя был брат.Он старше был тебя… судьбою чудной,Бежа от инквизиции, отец твойС покойной матерью его оставилиНа месте том, где ночевали;Страх помешал им вспомнить это…Быть может, думали они, что яЕго держала на руках… с тех порЕго мы почитали все умершимИ для того тебе об нем не говорили!А может быть, он жив – как знать!Ведь божья воля неисповедима!
Ноэми
Ах, Сара! Сара! Нет, он умер!..Увял он, как трава пустыни, и, как цветПолей, засохнул!.. Так, он был рожден для жизни,Он был рожден, чтоб быть мне другом, –О Сара! Если умер он – как счастлив,И как должна я плакать об себе!Гонимый всеми, всеми презираем,Наш род скитается по свету: родина,Спокойствие, жилище наше – всё не наше.Но час придет, когда и мы восстанем!..Так говорит писанье, так я верю –Зачем и нет? – что сделал мой отецСим кровожадным христианам? ДеньгиИмеет он и дочь – вот всё его богатство;И если б он уверен был найтиОтчизну и спокойствие, то верно бСвои все деньги отдал людям,Которые его поныне притесняли, –Однако ж и меж них есть добрые.
Сара
Да, да вот тот испанец молодой,Который спас намедни Моисея!Родитель твой хотел вознаградитьЕго звенящим кошельком – но онЕго ногами истоптал, сказав:«Собака! Жизнь твоя сего не стоит!Я не наемник твой». Прости ему всевышнийПодобные хулы за то,Что спасон одного из гибнущих сыновИзраиля!..
Ноэми
Прости ему всевышний!..
Сара (подходит к окну)
Какая ночь! В такую точно ночьЯ стала жертвою любви! Иосиф мой!О, если б ты меня теперь увидел,Ты испугался бы; в то время я цвела,Мои глаза блистали, как алмазы,И щеки были нежны, точно пух!..Увы! Ноэми, кто б тогда подумал,Что этот лоб морщины исчертят,Что эти косы поседеют? – то-то время!..
Ноэми
Что мой отец нейдет!..
Сара
Чу! Вот сова кричит – ужасный крик!Я не люблю его! – во мне все жилыКровь оставляет при подобном крике!..
(Стучат в дверь.)
Ах! Верно, твой отец пришел!.. Ну ж поздно!..
Голос
Скорее отоприте! Отоприте!
(Служанки, сидевшие за шитьем, бросаются и отпирают, входит Моисей, ведет Фернандо с перевязанной рукой, сей едва идет.)
