Сэм в этом почему-то сомневалась. Очень хороший человек не оставил бы в душе ее матери такой горечи. Но то, что она росла без отца, ничуть не огорчало девушку. Она скорее радовалась отсутствию крепкой мужской руки, способной направить ее воспитание в должное русло. Говорили, что мать давала ей слишком много воли и совершенно распустила ее. Но это было не совсем так. Сэм была уверена, что вольнолюбие присуще ей от рождения.
— Давайте не будем больше о грустном, — сказал Пол, беря ее под руку. — Пойдемте выпьем, как предложила Джилл.
— Да, давайте, — согласилась Сэм, безмерно довольная обществом столь восхитительного мужчины.
От столика, к которому он подвел ее в баре наверху, прекрасно видны были скаковые дорожки. Уже выводили лошадей, участвующих в первом заезде, но Сэм почти не обращала на них внимания. Она не отрывала взгляда от Пола, который сам пошел за напитками, вместо того чтобы дождаться официанта.
— А вы намерены вернуться к своей работе? — был ее первый вопрос, когда он подошел к столику с двумя бокалами шампанского в руках.
— Возможно.
— Мне вскоре может понадобиться финансовый консультант.
— Зачем? — нахмурившись спросил Пол.
— Чтобы подыскать партнера без права голоса. Для моего конезавода. Не могу сказать, что мне нравится эта идея, но другого выхода нет.
— У вас финансовые проблемы?
Сэм закатила глаза.
— У кого их нет?
— Расскажите о них.
Сэм не видела причин, мешающих ей сделать это. Если Джилл не удастся никого найти, она сможет обратиться к Полу. К тому же он произвел на нее неизгладимое впечатление, да и в его глазах читался интерес.
Поэтому она рассказала ему обо всем. Обо всех ошибках и неудачах матери за последние несколько лет. Даже о сумме, которую должна и которую необходимо срочно раздобыть.
— Джилл считает, что сможет среди своих многочисленных клиентов и знакомых найти подходящего бизнесмена, не знающего, куда девать деньги, — завершила она свой рассказ. — И, зная Джилл, можно не сомневаться, что она это сделает. Но я не уверена, что это хорошая идея — подбирать партнера среди тех, кто помешан на лошадях и кому может прийти в голову попробовать осуществить свои фантазии на моем конезаводе. Я бы предпочла кого-нибудь, кто отнесется к этому как к финансовой сделке.
— Довольно разумно. А вы сказали об этом Джилл?
— Не успела. Трудно собраться, когда ты в отчаянном положении.
— Никогда не надо отчаиваться, Сэм. Отчаявшийся человек сам навлекает на себя несчастья. Люди это чувствуют и используют в своих целях. Всегда будьте спокойны. Не показывайте своего страха. Я уверен, вы это умеете.
Сэм была поражена. Он говорил словами ее матери.
— Вы правы, — сказала она. — Впадать в панику пока рано. Банк еще не наложил арест на закладную. И что же, по-вашему, мне нужно делать? — спросила Сэм.
— Пока у вас есть время, воспользуйтесь им, чтобы подыскать того, кто вам нужен. Если банк пока не посылает предупреждений, то час отчаяния еще не настал. Как следует осмотритесь вокруг. Я мог бы перечислить вам несколько хороших лондонских контор, занимающихся инвестициями. Обзвоните и посетите их.
— Сколько времени на это потребуется?
— А сколько у вас есть?
— Мне необходимо как можно скорее вернуться в Джойсвуд. Кобылы жеребятся, а у меня не хватает работников. Мой бухгалтер говорит, что поиски партнера куда важнее, но он просто не понимает, что к чему.
— Это займет по меньшей мере неделю. Нужно договориться о встречах, а потом всех обойти, — сказал Пол.
— Вы не могли бы мне помочь? Я хотела сказать… если вы представите меня лично, будет намного лучше, чем если бы я пришла к этим людям с улицы.
Просьба, похоже, застала Пола врасплох.
— Вы ведь сами сказали, что в данный момент не имеете определенных занятий, — напомнила ему Сэм с откровенно игривой улыбкой.
Ответная улыбка была немного печальной.
— А вы не так просты, мисс Джойс. Вам не говорили об этом?
— Пару раз я слышала нечто подобное.
— Меня это не удивляет… Впрочем, неважно. Я мог бы потратить время и на что-нибудь похуже, чем покатать по городу юную очаровательную леди. Вы бывали раньше в Лондоне?
— Господи, да я бываю там довольно часто! И честно говоря, каждый раз с нетерпением жду возвращения в Джойсвуд.
— Вы не любите этот город?
— Дело не в любви. Просто то, что вы видите, не всегда то, что вы получаете.
— Вы слишком молоды, чтобы быть столь циничной.
— Полагаете, моему возрасту более пристало лицемерие?
— Думаю, нет…
Прежде чем вновь поднять на Сэм взгляд, Пол некоторое время задумчиво созерцал шампанское в своем бокале. Наконец он открыл рот, для того чтобы что-то сказать, но тут же снова закрыл его. Голубые глаза, прикованные к чему-то за ее плечом, наполнились арктическим холодом.
Женская интуиция подсказала Сэм, что только одна особа способна вызвать такую реакцию Пола. Бесценная Элинор. Женщина, которая бросила его ради другого; женщина, которую, по словам Джилл, он по-прежнему любит.
Но вовсе не любовь сверкала в ледяном взгляде Пола. Это было больше похоже на ненависть. Ненависть и страстное желание отомстить.
3
Что же это за женщина, недоумевала Сэм, которая способна вызвать столь сильные чувства в мужчине вроде Пола Хакстера?
Если бы Сэм была одна, то не преминула бы повернуться на стуле и смерить ее долгим внимательным взглядом. Но ситуация требовала большей деликатности, которая не входила в число достоинств Сэм. Она импровизировала на ходу.
— Мне нужно отлучиться. Я ненадолго…
Встав, она застыла словно бы в нерешительности, уставившись тем временем в направлении пристального взгляда Пола.
Женщина стояла у бара, повиснув на руке седого джентльмена, чей пиджак едва выдерживал напор весьма внушительного живота. У Сэм не возникло сомнений в том, что это Элинор. Джилл говорила, что ей станет понятна одержимость Пола, едва она увидит ее. И Сэм поняла.
Элинор могла затмить любую фотомодель. У нее было все, что у них, и даже намного больше. Рост. Фигура. Лицо. Волосы. И разумеется, одежда. Прекрасного покроя кремовое шерстяное платье длиной до середины икр облегало точеное тело, подчеркивая каждый его крутой, но изящный изгиб. Волосы, такого же кремового оттенка, были заплетены в безукоризненную французскую косичку, чтобы подчеркнуть красоту классического лица. В ушах покачивались золотые серьги с бриллиантами. На шее украшений не было, возможно, чтобы не отвлекать внимания мужчин от ее изящной линии и впечатляющего вида, открывающегося в глубоком вырезе платья.
