висеть на ближайшем дереве!
Несколько крестьян тут же набросились на Анатоля и ему пришлось отчаянно сопротивляться. Мужик тем временем подошел близко мне и прижал к глиняной стене. Я изо всех сил отворачивала голову в сторону, стараясь не смотреть своей смерти в лицо. И тут он высунул язык и облизнул мою щеку.
— Извращенец! — заорала я и оттолкнула его назад изо всей силы, даже не думая о последствиях. И, как оказалось, сделала правильно — сзади мужика поджидал кинжал Анатоля. Глаза простолюдина остекленели, он так и осел на пол с ухмылкой, а затем упал вперед, стукнувшись лбом.
Анатоль, видя мое шокированное состояние, схватил меня за руку и мы выбежали на улицу. Несколько мужичков стояли в сторонке и опасливо смотрели на нас, явно не желая принимать участие в драке. На улице сразу стало немного легче — прохладный ветер обдувал лицо, но я все еще не могла оторваться от пылающей бойни в харчевне.
Анатоль легонько хлопнул меня по щеке.
— Жюстина. Все в порядке? Ты цела? Он что-то сделал с тобой?
— Я…я… Мы его убили, да? — вдруг я поняла, что говорю шепотом.
Анатоль пожал плечами и только сейчас я заметила крупные капли пота и крови, стекающие по лицу.
— А с вами что? — спросила я. — Вы ранены?
— Это не моя кровь. Со мной все хорошо. Но тебе нужно уезжать прямо сейчас.
— Нет, я не могу, я останусь с вами.
— Уезжай. Я тебя найду, обещаю. Я хочу быть другом — и вскоре мы будем сидеть у огня, а ты будешь рассказывать мне о своих злоключениях. Жак доставит на место и вернется за мной.
— Жак? — я взволнованно схватила его за плечи. — Но вдруг вы погибнете?
— Милая Жюстина, я клянусь, что не погибну, но мне нужно помочь моим друзьям, — он присвистнул и из темноты кустов выступил худощавый подросток с испуганными глазами. Из под серой кепи у него торчал рыжий длинный чуб. В руках мальчик держал невод от лошади.
— Жак, езжайте на север, в приют Святого Мартина — это ближайшее хорошее укрытие. Потом возвращайся за мной. Но при каких обстоятельствах не останавливайтесь в дороге — сам знаешь, какие тут гиблые места.
— Хорошо, ваша светлость, как пожелаете.
Анатоль вновь обратился ко мне:
— Езжай, тебе там помогут
— Я знаю, я туда и направлялась, — пробормотала я и, наконец, отпустила Анатоля.
Через минуту мы с Жаком скакали на лошади вперед, а я все еще с тревогой оглядывалась назад, наблюдая, как Анатоль возвращается в ад.
Глава 4
Несмотря на то, что приют Святого Мартина был в соседнем городке, добираться до него пришлось много часов. Всю ночь мы скакали, продираясь через сумрак, и холодный ветер обдувал меня с ног до головы. Слава богу, у Жака был запасной камзол Анатоля и я сразу же укуталась в него, но ноги оставались открыты, обжигающий ветер колол их тысячами игл. Через пару часов после того, как мы покинули харчевню и побоище внутри нее, мы сделали привал у небольшой рощицы. Здесь стояло крошечное озерце с болотной водой, в нем отражалась луна, благодаря чему окружающая территория хоть немного освещалась. Здесь мы себя чувствовали чуть-чуть безопаснее, да и лошади нужно было отдохнуть.
— Почему мы не остановимся и не дождемся рассвета? Ведь ехать с рассветом безопаснее. Ночью опасно передвигаться через лес, разве там не водятся волки? — спросила я Жака, пока он доставал целебную мазь и аккуратно разматывал мой раненый палец. От боли я сморщилась, палец начал ужасно болеть.
— Да, вы правы, мисс, волки водятся в Бромудском лесу, через который нам предстоит проехать, однако, есть кое-что еще опаснее, — его голос стал тише, — мне о таком и говорить страшно.
— И что же это? Давай говори! — я вдруг поняла, что совсем ничего не знаю о мире, в который попала. Лохински упоминал, что древний мир был совсем не таким, каким мы знали его по книгам, ведь они были написаны под диктовку церкви, а значит, в них упоминалось лишь то, что было допустимо или же выдумано.
Жак обмакнул кусок тряпья в озерце, смочив его край, и принялся аккуратно обтирать кровь.
— А это не заразно, Жак? Там ведь вода не стерильная, да?
— Что вы имеете в виду, мисс? — удивленно он спросил, подняв брови и замерев с тряпкой в руке.
— Ах. это же восемнадцатый век… медицина еще не развита, — сконфуженно пробормотала я.
Жак снял кепи и положил ее рядом с собой, затем вновь принялся обрабатывать рану.
— Не волнуйтесь, мисс, я много раз попадал в потасовки и каждый раз достаточно было промыть рану водой. Все быстро заживало. Ваш муж доктор?
— Почему ты так решил? — настала моя очередь удивляться.
— Ну, вы упомянули медицину. Значит, ваш муж либо доктор, либо травник или колдун. Но вы не похожи на ведьму, так что…
— Нет-нет, я не ведьма, да и мужа у меня нет.
— Вот как, — протянул Жак, почти закончив протирать засохшую кровь. Он взял подобие баночки, сделанной из обожженного материала для горшков, и снял кусок плотной ткани, выполнявшей роль крышки. Запах пошел резкий и травяной — мне даже показалось, что я слышу запах одуванчика, если тот растереть между пальцами.
— Так какая же опасность нас может поджидать? — спросила я у Жака, смотря как он осторожно наносит мазь и размазывает ее по моему пальцу. Это было странно, но палец мгновенно заледенел и я перестала чувствовать боль.
— Сразу за Бромудским лесом начинаются гиблые места, мисс…, — он говорил медленно, раскатывая еще один жирный пласт мази, — там начинаются владения Дракона.
— Дракона? — я чуть не засмеялась. — Что за чушь?
Жак остановился и посмотрел серьезно в глаза.
— Разве вы не слышали, мисс? Несколько лет север нашей страны атакует огромный Дракон, который пожирает целые деревни вместе с людьми. Мужчин он сжигает на месте, а женщин и девочек увозит к себе. Еще ни одной не удалось сбежать из его владений, думаю, они все мертвы, мисс. Вместе с селами он сжигает поля пшеницы и урожаи. Великие умы утверждают, что он хочет, чтобы вся страна принадлежала ему, а люди отсюда ушли.
— Вот это да! — только и нашлась ответить я. Если Лохински выйдет на связь, ему будет что рассказать. Имел ли отношение дракон к грядущей революции? Ответить было сложно.
Жак оторвал еще кусочек чистой сухой ткани и принялся наматывать повязку обратно.
— Где вы так? Это тот простолюдин вас ранил? — мальчик кивнул на палец.
