хмельные меды и привозное вино, в мусульманской Орде – нет.
Русью правили родные земле своей князья из династии Рюриковичей, потом Романовы. Признавались права на трон литовско-русской династии Гедиминовичей (Мстиславские, Трубецкие, Голицыны, Хованские и др.), но никто из них в исторической реальности так и не взошел на российский престол. Кровь чингизидов считали высокой, поистине царской, в конце XVI века даже выстроилась ненадолго интрига вокруг крещеного чингизида Симеона Бекбулатовича как возможного претендента на трон, впрочем совершенно бесплодная. Некрещеный чингизид при всем официальном признании его высокородности ни при каких обстоятельствах не мог сделаться русским царем – именно потому, что некрещеный.
Представители татарской, ногайской, северокавказской знати нередко принимали православное крещение. Одновременно они получали от царей княжеские титулы и возможность встроиться в правящую элиту России на равных правах с русской аристократией. Через несколько поколений их потомки превращались в русских.
России неоднократно приписывался «имперский политический опыт» Орды. В XX и начале XXI века Россию то и дело выводили из монгольской империи как ее наследницу и продолжателя, как носителя какого-то оригинального «степного культурного кода Евразии». Об ордынском опыте «собирания империи» говорили как в положительном ключе, так и в отрицательном. На «плюс» считали устремленность к формированию на необозримых евразийских пространствах интернациональной империи-гиганта, управляемой из одного центра, а потому получающей стабильный мир, закон, порядок, сплоченное единство. Мощь подобного колосса завораживает… На «минус» шло утверждение о том, что именно Орда одарила Русь чудовищным деспотизмом, холопством, тиранией правителей, коррупцией чиновников, жестокостью законов и грубостью нравов. По вкусу можно добавить еще непросвещенность – тоже ведь при большом желании она выводится из Азии, что для России означает – из Орды.
Разумеется, имперским политическим опытом Московское царство располагало, вот только взят он был не от Орды, а из совершенно другого источника. В практическом плане Владимирская Русь училась большой политике и, в частности, самодержавию, у византийских Комнинов (у Палеологов учиться было уже нечему). А в теоретическом – набиралась опыта из исторических хроник и политических трактатов той же Константинопольской империи. Одной из самых популярных книг на Руси стал «Хронограф», известный в разных редакциях, время от времени дополнявшийся. Он содержал деяния православных царей, притом больше всего – именно константинопольских императоров. В начале XVI века, при Василии III, на этой почве родился «Русский хронограф», где Русь Владимирская, а потом и Московская однозначно поданы как наследницы Второго Рима в религиозном и политическом плане. Легенда, связывавшая государственные инсигнии России, в частности шапку Мономаха, с Византией (безотносительно вопроса о ее правдоподобии), опять-таки вела не на восток, а в Константинополь.
Орда могла дать опыт интриганства и пресмыкательства, но не державного управления.
Ордынские властители давали ярлык на великое княжение владимирское, играя страстями честолюбцев, натравливая одних претендентов на других, требуя покорности и тяжелейших выплат за право старшинства среди всех князей Владимирской Руси. Северо-Восточная Русь оказалась в положении вассала Орды: здесь правили собственные князья, но они являлись ордынскими данниками, за поведением которых долгое время приглядывали ордынские чиновники-баскаки. Страшная, трагическая борьба Москвы и Твери, окончившаяся гибелью Кончаки-Агафьи, святого Михаила Тверского, великого князя Юрия Даниловича и князя Димитрия Грозные Очи, наглядно показывает, что апелляция к иноземной и иноверной власти в борьбе за великокняжеский престол с собственной родней представляла собой чудовищный, антихристианский по своей сути соблазн.
Сплоченному единству, порядку, стабильному миру Орда научить не могла. Посмотрим правде в глаза: громада монгольской империи с центром в Каракоруме отличалась крайней непрочностью, можно сказать, эфемерностью. Период от начала завоеваний монголов до распада созданной ими колоссальной державы занял всего лишь несколько десятилетий. Под занавес XIII века она развалилась на несколько государств, сохранивших лишь самое формальное подчинение «императору». За это время Монгольское государство успело дать соседям только те образцы для подражания в культурной, экономической и политической сферах, которые само взяло у китайцев. Монголы показали ничтожно мало собственного политического творчества. Золотая Орда прошла через несколько длительных полос политической смуты и в первой половине XV века безнадежно раздробилась. Собственно, строительство единого Русского государства при Иване III и его ближайших наследниках стало возможно в значительной степени именно потому, что единство Орды оказалось руинировано. Так чему могут научить руины? Тому, что на них удобно строить новый дом?
Жестокость ордынская в России не прививалась. Русской политической культуре вплоть до 1560-х годов не было присуще использование государственного террора, то есть массовых казней как инструмента решения политических проблем. А во второй половине XVI столетия каналы для какого-либо влияния ордынского мира (включая влияние государств – наследников Орды) оказались наглухо закрыты. Свирепость опричных репрессий скорее заимствована из западноевропейского политического опыта времен религиозных войн, когда жизнь человеческая резко упала в цене. Это не Азия, это Англия, Франция, Швеция, Испания…
Парадокс: русский с последней трети XVI века стал в государственном управлении жесток и немилосерден, как истинный европеец. Ничего азиатского тут не наблюдается. Русская сдержанность в использовании «государственного насилия», к сожалению, ушла в прошлое.
Что же касается «непросвещенности», то вряд ли тут каким-то боком виновата Орда. Мир ислама порой доходил до необыкновенных высот в науке, тонкости в богословии, искусстве. Назвать его «непросвещенным» может лишь какой-нибудь заскорузлый западник, для которого все азиатское по определению – варварское. Другое дело, что перенять исламскую науку, культуру, искусство Россия не могла из-за того же конфессионального различия. Ей требовался совершенно иной учитель, и он был найден в лице греков.
Орда если чему-то в политическом плане и научила русских, то лишь одному: как объединяться, чтобы общими силами бить общего врага. В этом смысле она, конечно, великий объединитель Руси… Но только в этом.
Итак, Россия не Европа и не Азия, Россия не Орда, не особая разновидность Орды, не наследница Орды и не хранительница «евразийского кода Монгольской империи». Не Скандо-Византия, не Азиопа, не Евразийская держава. Россия – православное царство, наследник константинопольского православного царства. Особый мир. Мир сам-по-себе. Сердцевина Евразии. Тот столп, к которому с запада и востока прислонились Европа и Азия.
Глава 2
Россия – дитя Владимира и Константинополя
Россия вышла из кельи Сергия Радонежского и дубового кремля Ивана Калиты. В какой-то степени – из Золотых врат владимирских. И конечно же, из жаркого дня на широком поле у слияния Дона и Непрядвы.
Но не из Софии Киевской.
Россия – дитя Ростово-Суздальской Руси, иначе говоря, Северо-Восточной окраины империи Рюриковичей.
Да, конечно же, святая Ольга и святой Владимир – родные русским. Через них и через киевский портал христианство широким потоком полилось на Русь – на всю Русь, не выбирая, где там в XX веке пройдет очередная случайная граница между разновидностями восточных славян. Да, конечно,
