сулил миру ужасное будущее.
Человеческое существо со злыми костями могло родиться раз в тысячелетие. Со временем его унылый, несчастливый и жестокий нрав приобретёт такую мощь, что справиться с ним он будет уже не в силах, и превратится в того, кто погрузит мир в кровавый хаос.
Поддавшись порыву гнева, Су Су взмахнула хлыстом и ударила юношу. Он не стал уворачиваться, но, когда плеть скользнула по его груди, сделал шаг назад и в его блестящих, будто лакированных глазах, она разглядела глубоко скрываемые боль и отвращение.
Именно так и должно быть.
Добро и зло друг друга не исключают.*
Внезапно у Су Су вырвались слова, которыми Е Си У обвиняла своего мужа каждую ночь:
— Это всё из-за тебя! Ты виноват в том, что его высочество шестой принц не захотел жениться на мне! Теперь ты должен умереть!
Она хлестнула его раз. Тан Тай вздрогнул и не смог сдержал стон. Слишком долго он простоял на холоде, всё тело затекло и ныло, и когда хлыст попал по обмороженной руке, боль пронзила его до самых костей.
Су Су остановилась. Кажется, его смертное тело не вынесет больше.
Она сделала несколько вдохов и прочла про себя очищающую сердце мантру. Наваждение покинуло её, взгляд упал на плеть в руках, она поёжилась. Её предназначение не в том, чтобы убить молодого демона. И даже если придётся это сделать, она не будет мучить его, напротив, смерть должна подарить ему радость очищения и освобождения.
Ли Су Су с детства учили, что слабых обижать и унижать нельзя. Бытие бесчеловечно, всё сущее неизбежно обратится в тлен. Ищущим бессмертия не до́лжно создавать кармические узлы.** Поэтому усилием воли она очистила сознание от мыслей о мести. Опустила руку с кнутом и тихо сказала:
— Я устала сегодня и видеть тебя больше не хочу. В следующий раз расскажешь мне, что тебя связывает с Е Бин Шан, и, возможно, я уже не отпущу тебя так легко.
Девушка швырнула в Тан Тай Цзиня плетью и отвернулась, закрыв глаза. Она еще десять раз повторила мантру. Только после того, как сердце ее полностью успокоилось, она поняла, как гадко поступила. Ее охватило смятение.
Кажется, ей не удалось избежать ошибок. Не следовало идти на поводу у привычек тела, которое она заняла. Она не должна была унижать и наказывать Тан Тай Цзиня. Больше она этого не сделает.
Тан Тай Цзинь поднял хлыст. Он и так был бледен, но после экзекуции лицо его стало почти прозрачным. Глядя на её спину, он задумался о том, почему Е Си У не забила его до смерти, тем более что и сам он со своей жалкой участью практически смирился.
Лоб Тан Тай Цзиня покрылся испариной, его лихорадило. Он неловко достал одеяло и расстелил его у кровати. Шею саднило, что-то царапало и раздражало кожу, он засунул руку под одежду и вытащил из-под воротника старый потускневший талисман мира на чёрном шнурке. В его глазах отразились огоньки свечей, и показалось, что холод немного рассеялся. Тан Тай Цзинь согрел в руке защитный оберег и снова спрятал его под одежду.
В темноте за окнами завывала метель. Тени деревьев скреблись в окна жуткими когтистыми лапами.
Тан Тай Цзинь вдруг вспомнил, как обнаружил несчастную Инь Цяо. Ее израненное тело лежало на снегу в луже крови. Он наклонился, чтобы разглядеть, нет ли на ее лице следов сожаления о том, что девушка пожертвовало собой, ради спасения госпожи. Ничего не прочитав в остекленевших глазах служанки, Тан Тай отвел глаза и, равнодушно перешагнув через труп, ушёл.
* * *
Су Су не спалось.
Зло дремало прямо у её кровати. Просто закрыть глаза и игнорировать этот факт никак не получалось.
Порыв ледяного ветра распахнул окно и, ворвавшись в комнату, задул угли в жаровне. После замужества служанки уже не ожидали её указаний в задней комнате, поэтому, поёживаясь от холода, Ли Су Су выскользнула из-под одеяла и сама побежала закрывать окно. Возвращаясь обратно, она заметила, что с юношей, лежащим у её постели, что-то не так. Тан Тай тяжело дышал и дрожал всем телом. Она взяла лампу и присела рядом. Обычно бледное лицо юного демона сейчас пылало, лоб покрывала испарина, челюсти были крепко сжаты. Она испугалась. Юный демон не должен умереть! Она все еще не выполнила предначертанного, злые кости целы, и, если он покинет это мир сейчас, царству совершенствования останется только ждать печального исхода. Поколебавшись мгновение, она коснулась пальцами его лба. Так и есть, лихорадка! Он буквально горит изнутри!
Она отдёрнула руку. Кто бы подумал, что злыдень в юности — пятьсот лет назад — окажется таким слабаком. Он может болеть и получать травмы, но не смеет умирать! Её миссия должна закончиться не так.
Су Су схватила чашку со стола, выбежав на улицу, набрала в неё хрустящего снега. Как же холодно! Она выдохнула и поёжилась. Не медля больше ни минуты, нашла какое-то платье, разорвала его на лоскуты и, завернув снежный ком в ткань, приложила ко лбу юноши. Под тонким одеялом его знобило. Су Су сняла перину со своей кровати и укрыла больного. Скрестив ноги, она сидела подле него, с несчастным видом.
Хочется убить, но нельзя, нужно спасти. Да уж, выскочила посреди ночи на улицу… Её зубы стали выбивать барабанную дробь. Она всё ещё не приспособилась к хрупкому смертному телу и не понимала, насколько оно уязвимо. Наконец, она догадалась накинуть на себя тёплую накидку и согрелась.
Ли Су Су ухаживала за больным всю ночь. Меняла снежный компресс и обтирала лицо влажной салфеткой, чтобы сбить жар. К утру она почувствовала себя полностью обессиленной. Как так вышло?! Ведь она всего лишь собиралась больше его не бить.
* * *
Тан Таю казалось, что он умирает.
Все его кости ломило, его бросало то в жар, то в холод. Он закрыл глаза и снова провалился в огненную тьму. Как же обидно умереть таким вот жалким. Он знал, что надо проснуться и попытался открыть глаза, но веки его налились тяжестью в тысячу цзиней.*** Тан Тай из последних сил боролся с болезнью и когда готов уже был сдаться, чьи-то нежные пальцы коснулись его лба. От прохладного прикосновения его ресницы задрожали. Совсем скоро лоб его остыл, а тело согрелось. В тёмном уюте зимней ночи он почуял слабый девичий запах. И тут же подумал, что ему это только показалось.
Светало. Измученный лихорадкой Тан Тай наконец-то забылся крепким сном. Су
