Читаем без скачивания Амурские звери - Иван Кошкин

Сейчас. конечно, Косой не собирался ни с кем сражаться - Длинноухому нужно было только, чтобы прыжки заметили с реки. И, похоже, своего он добился - передняя лодка повернула к берегу.

- Интересно, а чего это он так распрыгался? - Президент с интересом смотрел на Зайца, что выделывал прыжки почище кенгуру, - Виктор Михайлович, чего это он?

- Ну, как тут объяснить, - кандидат наук сделал задумчивое лицо, - Дело в том, что проявления радости свойственны не только человеку. Сегодня отличная погода, лето было мягкое и незасушливое, травы полно, так что зайцы сыты. Этот самец, судя по всему, плотно покушал - видите обгрызенный клен? Он жив, сыт, ему тепло - нет ничего удивительного, что он в восторге и решил немного поиграть.

- Как мило, - расстроганно сказал Гарант, - Это русак?

- Беляк, русаки у нас не водятся, - пояснил Лапочкин, - Есть еще маньчжурские зайцы, но этот - беляк, причем весьма крупный, килограмма на четыре, а то и на пять.

- Забавно, - улыбнулся Президент, - Ты смотри что выделывает! Оп! Просто молодец, хоть в сборную его бери. Та-а-ак, а это что такое...

Гарант сощурился, пытаясь разглядеть, что там такое движется в высокой траве, вышколенный секретарь немедленно подал ему бинокль. Президент поднес прибор к глазам, покрутил колесико настройки...

- Ах ты!!! АХ ТЫ СУКА! - рявкнул Гарант.

- А-а-а, это Канис Люпус, волк обыкновенный или серый волк, - хладнокровно пояснил Лапочкин, - Обитает по всей территории России, где пока не истреблен. В общем, у нас ему исчезновение пока не грозит.

- Как вы можете так спокойно говорить! - возмутился Президент, - Он же подкрадывается к зайчику!

- Это естественно, - так же спокойно ответил охотовед, - Заяц - один из источников пищи...

- А вот хрен ему, - решительно сказал Гарант, - Эй, дружок, а ну ка дай сюда пистолет!

Вытащив «Стечкина» у ошалевшего охранника из кобуры, Президент не дожидаясь, пока катер причалит, перелез через борт и прыгнул в воду. Ответственные Лица, не зная, как реагировать на такой порыв всенародно Избранного, испуганно запереглядывались, Лапочкин вздохнул и прыгнул вслед за Гарантом. Почти одновременно за борт сиганули два охранника: один с пистолетом в руке, второй, на ходу сбросивший пиджак, закатывал рукава рубахи.

Волк осторожно, стараясь производить как можно больше шума, подкрадывался к зайцу. он начал находить своеобразное удовольствие в этой игре: нет, конечно, ужин ему не обломится, но в этой «охоте», когда один делает вид, будто ничего не замечает, а другой тоже изображает из себя идиота, было что-то необыкновенно смешное. Волки любят хорошую шутку (хотя большинство лесных обитателей находят их чувство юмора несколько черноватым), и сейчас он едва сдерживал лающий волчий смех. Серый даже перестал обращать внимание на затаившегося в кустах Тигра: ну да, ну сидит, сверкает желтыми глазищами. Да ну его, этого Зайца Волк и так есть не станет - игра уж больно хорошая. Серый уже напружинил лапы для последнего прыжка, прикидывая. как бы половчее перехватить зайца пастью, чтобы не придавить чересчур (а то и впрямь еще пойдут вчетвером тропить - от них ведь и в Китае не скроешься), когда с низу донесся металлический лязг. Этот звук Волк не перепутал бы ни с каким другим, как-то сразу заныла пробитая в бою с браконьерами лапа. Не веря, Волк посмотрел вниз: от берега к нему бежали четыре человека. Впереди короткими скачками несся невысокий мужик с повадками вожака, сзади трусили два здоровяка, последним бежал Лапочкин. Но Волк не смотрел на охотоведа, его глаза были прикованы к правой руке невысокого...

Пистолет Серый видел дважды, один раз у командира на Заставе, куда приходил к Берте проведать детей, другой раз у милиционера, что забирал на опушке обделавшихся, рыдающих браконьеров. Жена рассказывала Волку, что пистолет - это то же ружье, только поменьше, стреляет недалеко, но убить хватит. И сейчас Волк как завороженный смотрел, как маленький человек наводит черный ствол ему прямо в лоб...

- Подкрадывается, гадина! - пропыхтел Президент, поднимая пистолет, - Я тебя!

Лапочкин изо всех сил замахал Волку руками, но тот, похоже, не понял сигнала.

- Черт, да что же он не стреляет, - в сердцах крикнул Гарант.

- Предохранитель, господин Президент, - пробасил охранник с закатанными рукавами, - С предохранителя снимите!

- А! Точно! Сейчас!

Президент снял пистолет с предохранителя и снова начал целиться в замершего Волка, когда тишину леса разорвал тоскливый протяжный вой. гарант подпрыгнул и едва не выронил оружие, обернувшись, он яростно уставился на охотоведа, что запрокинул голову и выл, словно целая стая холодной и голодной февральской ночью.

- Виктор Михайлович, вы с ума сошли! - крикнул Президент.

«ШЕВЕЛИ-ЗАДНИЦЕЙ-МОХНАТЫЙ-ПРИДУРОК!» - эти слова, что врезались в память еще со щенячьего детства, привели Серого в чувство, он лихорадочно скосил глаза, прикидывая, куда отступить, когда невысокий человек снова поднял оружие. Грянул выстрел, и пуля срезала верхушку трехлетней березки в двух шагах от лобастой бошки.

- Да вы совсем обалдели! - заскулил Волк и припал к земле, - мы так не договаривались!

Что-то явно пошло не так, грохнуло еще два выстрела, а Лапочкин все выл по-волчьи, приказывая уходить немедленно.

- Виктор Михайлович, дав успокойтесь вы наконец, - крикнул Президент и в четвертый раз выстрелил туда, где шевелилась трава над залегшим волком.

Всем своим обликом Президент выражал крайне недобрые намерения ко всем Канисам Люпусам, что подкрадываются в траве к играющим зайцам. При одном взгляде на плотно сжатые губы и сощуренные глаза даже загнавшийся вконец Лось понял бы: этот человек явно, прямо и необыкновенно целеустремленно желает волку очень большого зла.

- Прошу прощения, - просипел сорвавший глотку охотовед, - Это я от избытка чувств.

- Никак не могу попасть, - пожаловался Гарант, - Саша! - обернулся он ко второму охраннику, - ну-ка, достань его!

Когда гигант в черной одежде потащил из кобуры второй пистолет, Волк понял, что пришла его смерть. Вожак стрелял хреново, но стоило посмотреть, как двигается этот, здоровый - и почему-то сразу становилось ясно: тут все закончится одним выстрелом. Бежать было поздно, и Волк громко затосковал.

- Серый!

Волк не сразу понял, кто кричит, но тут Косой заверещал снова.

- Серый, вали отсюда, я их отвлеку!

Не веря своим глазам, Волк смотрел, как Заяц бросился навстречу людям. надежда метнулась перед ним белым оленьим хвостом, Серый вскочил и бросился в заросли. За спиной раздались ругательства, грянул выстрел, но пуля только обожгла кончик хвоста, а через секунду Волк уже прыгнул в балку.

- Сюда! - приказал невесть откуда взявшисйся Тигр, и Волк послушно поскакал за ним, прочь, от этого страшного берега.

- Удивительно, - сказал сияющий Президент, - как он догадался, что мы хотим его спасти?

На руках у Гаранта сидел, поджав лапы, Заяц, и изо всех сил старался походить на Кролика: пушистого, трогательного и беззащитного.

- Ну-у-у, Зайцы гораздо умнее, чем можно подумать, - объяснил Лапочкин, и немедленно красиво соврал, - Помню, ехали мы как-то по дороге на УАЗике, так один заяц, за которым гналась рысь, прыгнул нам прямо в открытое окно!

- Поразительно, - удивился Президент, - А можно его взять в Москву. Успокойся, успокойся маленький, волк уже ушел.

Заяц. которого при последних словах Гаранта начала бить крупная дрожь, умоляюще посмотрел на охотоведа.

- Не стоит, господин Президент, - мягко сказал Лапочкин, - Это не кролик, это дикий зверь, и как бы вы ни окружали его заботой, он все равно будет тосковать по тайге...

- Жаль, жаль, - вздохнул Гарант и опустил Зайца на землю, - Беги, маленький.

Он проводил Зайца взглядом и улыбнулся:

- В детстве мечтал помочь зайцу из «Ну Погоди!» - и смотри, как все обернулось. Ладно, господа, вернемся-ка мы на катер, надо переобуться.

Заяц и Тигр провожали взглядом уходящий корабль, рядом лежал все еще вздрагивающий Волк.

- А чего ты с ним в Москву не поплыл? - спросил Тигр.

- А ты чего не поплыл? - ответил вопросом на вопрос Заяц.

- Ну, у меня все-таки положение несколько другое, - усмехнулся Полосатый, - а тебя здесь все гоняют...

- Да ну их, - махнул лапой Длинноухий, - Сегодня «Заинька», а завтра, чего доброго, в суп. Здесь я хоть и бегаю ото всех, но сам по себе.

- Хм-м-м, - Тигр задумчиво лизнул переднюю лапу, - Знаешь, в чем-то ты прав.

- Теперь все зависит от тебя, - заметил Тигр.

- И что же такое от меня зависит? - огрызнулся Медведь.

- Ты еще можешь все испортить, - едко, но сдержанно пояснил Тигр.

- Да пошел ты, - махнул лапой Топтыгин.

Он отвернулся и, тяжело переваливаясь, поднялся на вершину сопочки, южный склон которй сбегал к Амуру. Уже подходя к огромной дуплистой березе, в которой Лапочкин спрятал пять кило меда в сотах, Косолапый вдруг спохватился: да ведь он стоит к Тигру спиной! Сам подставился! Шерсть на загривке встала дыбом, затылок, открытый для страшных зубов, свело холодом. Медведь напряг лапы, и уже начал было разворачиваться, когда справа (а совсем не сзади!) донеслось насмешливое: