и скоро начнёте поступать опрометчиво и глупо. Запомните, нам не следует подыгрывать ей в этом спектакле. Не обращайте внимание на этого человека и её провокацию. В крайнем случае, можно встретиться с главой гильдии Серебряной луны и высказать ему наше недовольство.
— Да, я тоже так думаю, — сказала третья из старших жриц, молчавшая всё это время. — Пусть человек спускается в подвалы, если верховной так хочется. Нам нужно лишь запастись терпением, и когда он навлечёт на свою хозяйку большие проблемы, воспользоваться удобным случаем. Не будем же обращать на них внимания, но стоит проследить, чтобы с человеком ничего не случилось. Я уже поговорила с младшими жрицами, чтобы они избегали человека. Вы поговорите с послушницами и остальными, чтобы у Тэи не было возможности сместить всех нас. Скоро состоится совет храма, и тогда мы поднимем вопрос о том, что верховная даёт недопустимые в её положении клятвы. Она не имеет права ставить под угрозу благополучие храма, а без старших жриц храм придётся разгонять. Не думает же она, что справиться со всем в одиночку?
На несколько минут в помещении повисла тишина. Все хотя и были согласны со старшей жрицей, но понимали, что верховная в своём праве. Если бы у старейшин была достойная кандидатура, они бы уже сместили своевольную и упрямую верховную жрицу.
— А что Беата? — спросил главный старейшина.
— Эта девчонка ещё хуже, чем Тэя, — поморщилась пожилая жрица. — Непослушная и неуправляемая. Единственное её достоинство — это целеустремлённость. Она хочет обогнать Тэю и отнять у неё статус самой молодой верховной жрицы. Можно сыграть на этом и помочь девочке. Но для этого нужно время, хотя бы несколько лет. Я поговорю с предыдущей хранительницей символов. У неё остались старые записи, и если сделать так, чтобы они попали в руки Беаты, девочка будет обязана нам.
— Тогда остановимся на этом, — сказал старейшина. — На игры Тэи не обращаем внимания и делаем вид, что ничего не произошло. То, что она делает сейчас, больше похоже на детские шалости, чтобы разозлить нас. Поэтому не перестарайтесь с упрёками во время следующего совета. Лучше сосредоточьте внимание на Беате. Когда она будет способна занять место верховной, тогда и мы будем думать, что делать дальше. Но если Тэя начнёт своевольничать ещё больше, сразу ставьте меня в известность. Тогда я уже буду говорить с хранителем рода.
— Так и поступим, — согласилась пожилая жрица, показывая мужчинам, что не только они имеют право решающего голоса.
Сейчас идея о том, чтобы поставить на место верховной молодую женщину, не казалась удачной ни жрицам, ни старейшинам. Они думали, что смогут давить на неё, направлять в нужную им сторону, пока она молода и наивна, но всё оказалось не так просто. Родители воспитали Тэю так, что давить на неё можно было только с позиции силы, а таковой старые жрицы похвастаться не могли. Но хуже всего, что храм сейчас находился в состоянии раскола. Если собравшиеся здесь винили в этом молодую верховную жрицу, то те, кто поддерживал её, винили как раз стариков, прозябающих в болоте устаревших традиций и ритуалов.
Глава 2
Первый день в храме закончился необычно тихо. Мы с Зои провели вечер вместе, поужинали в трапезной для послушниц и погуляли в саду под присмотром одной из жриц. Немного удивляло то, что белоглазые женщины не пугали Зои, как и перспектива пожить какое-то время в маленькой келье. Она говорила, что это лучше, чем сидеть в подвале у Талчжу. На её месте я бы остался с кинийцами, если им действительно выделят большой дом. А ещё за ужином она ни разу не подняла тему возвращения домой и не просила, чтобы я как можно быстрее поговорил со жрицами насчёт её мира.
В отличие от Зои, меня поселили этажом выше, в скромную, но уютную комнату, рассчитанную на одного человека, точнее, дами. Крошечное окно выходило на сад и здания, где жили и работали мужчины. Лёжа на кровати, я долго не мог уснуть, глядя на ночное небо сквозь окно. Совсем не так представлял себе возвращение в храм. Если честно, я почти ничего не знаю о том, что происходило в тёмном мире в то время, когда Беата была младшей жрицей. Она почему-то об этом вспоминала всегда неохотно, уходя от прямых ответов и меняя тему каждый раз, когда разговор заходил о предыдущей верховной жрице или обучении в храме.
Дами ничем не отличались от людей, когда вопрос заходил о том, чтобы занять высокую должность и зарабатывать как можно больше золота. Чем выше твоё положение, тем больше у тебя родственников, привыкших жить на широкую ногу. Старшие жрицы и старейшины пользуются богатством и авторитетом храма в своих целях, воруют, берут взятки и очень любят власть. В прошлый раз я попал в храм не в самое лучшее для него время. Всегда считалось, что дами — самые могущественные демоны в тёмном мире, но за многие века они почти полностью растеряли силу. Думаю, именно по этой самой причине лорд Талчжу осмелел настолько, что позволил себе играть с храмом в очень опасные игры.
Погрузившись не в самые приятные воспоминания, я не заметил, как уснул. Из-за всех этих мыслей мне снилось бескрайнее и тёмное болото. Я бесцельно брёл в темноте, увязая всё глубже. С каждым шагом вытаскивать ногу из тёмной воды становилось труднее, и очень скоро я начал тонуть. Когда вода сомкнулась над головой, кто-то больно толкнул меня в бок.
— Просыпайся, — послышался недовольный женский голос.
Видя, что я просыпаюсь неохотно, она потянула тонкое одеяло, в которое я завернулся, сбрасывая его на пол. Ночи в тёмном мире влажные и душные, а утро всегда холодное, поэтому, когда вспотеешь ночью, просыпаться неуютно. Потерев ушибленное плечо, я сел, хмуро и сонно глядя на немолодую и сердитую жрицу. В комнату заглянула ещё одна, помоложе, с любопытством посмотрев на меня. Я уже потянулся к силе, чтобы поучить их манерам, но запоздало вспомнил, что для этого не хватает символов на спине.
— Что вы от меня в такую рань хотите? — проворчал я, усаживаясь обратно на кровать и поднимая промокшее за ночь одеяло.
— Тебя ждёт верховная жрица, — женщина показала на серую одежду младшего старейшины, сложенную на единственном стуле. Отойдя в сторону, она пропустила в комнату Зои с маленьким ведёрком и
