Миш, – хватаюсь за сердце, которое, как сумасшедшее, колотиться в груди, но не от того, что муж вернулся, а от того, что я была этой ночью не одна. Или? Мне все это приснилось? Да нет, не может быть!
Если бы это было неправдой, меня бы сейчас не мучило чувство стыда и совести.
– Неужели? – хрипловатый смех мужа разносится по гостиной. – Марин, давай разведемся, – будничным тоном предлагает Миша, не сводя с меня глаз.
Муж вальяжно раскинулся в кресле, закинув ногу на ногу. На нем ничего нет, кроме полотенца, небрежно обвязанного вокруг бедер.
Я медленно открываю рот, но из него не выходит ни звука. Закрываю рот и сжимаю губы в тонкую полоску, чтобы удержать слезы, подступающие к глазам.
– Это из-за нее? – наконец-то могу говорить, после того, как первый шок прошел.
Я встаю с кровати, покрывало соскальзывает вниз.
Мне нечего было стесняться. У меня хорошая фигура, все на своих местах и есть за что подержаться. Не фотомодель конечно, но я на это никогда и не претендовала.
– Не важно, Марин, из-за кого. Для тебя сейчас главное понять, что я хочу развестись, вот и все, – холодно отвечает.
Я нависаю над ним. Щеки пылают. Тело горит и сердце в груди колотится неистово, разгоняя по крови адреналин.
– Ты не можешь со мной вот так просто развестись, Миш, – цежу сквозь стиснутые зубы, еле сдерживая слезы.
– Ну почему же не могу?! Мне кажется это проще простого, Марин. Я тебе озвучил свое желание, ты должна его просто принять и смириться.
– Но…это неправильно, Миш, – растерянно смотрю мужу в глаза, дрожащие же губы выдают мое волнение. – Разве ты не любишь меня? Ты же только вчера говорил, что любишь! Что же могло такого произойти за ночь, что твое мнение изменилось?
– Я соврал тебе, – недовольно отвечает муж и, отталкиваясь от кресла, встал передо мной во весь рост.
Наши тела на мгновение соприкоснулись. Меня будто током прошибло. Отшатываюсь, делаю шаг назад, а у на лице Мише застывает маска отвращения.
Господи! Это, видимо, мое наказание, за вчерашний проступок. Это не месть была Мише, а приговор мне. Развод — это чересчур страшное слово для меня. Развод. Я не хочу даже мысленно произносить его про себя, чтобы вдруг не накликать на себя беду.
– Миша, – порывисто протянула к нему руки, но муж небрежно откинул их. Отстранился.
– Оденься, Марин. Мне неприятно смотреть на тебя. И даже не думай прикасаться ко мне, – морщит нос. – Сходила б помылась что ли, вся помятая, растрепанная.
Муж разворачивается и уходит. Я остаюсь стоять в полном шоке.
Я смотрю ему вслед. На широкие плечи, мускулистую спину, на которой под бронзовой кожей хорошо просматриваются бугристые мышцы. Тонкая талия, узкие бедра и длинные ноги…Разве не о таком муже может мечтать каждая женщина?!
А потом вдруг меня посещает другая мысль: я тупая дура.
Я-то думала, наивная, что мой муж сидит дома, играет с пацанами в свои сетевые игрушки, бездельничает, под бесформенными футболками и толстовками скрывает свои жирки. Но … глядя сейчас на его фигуру, я понимаю, что он вел далеко не сидячий образ жизни, пускал мне пыль в глаза. Мускулы сами собой не нарастут.
Слезы брызнули из глаз в тот момент, когда Миша скрылся из виду. Значит муж уже давно обманывает меня. Старается для другой женщины, а точнее… для моей сестры Вики.
Нет, я так этого не оставлю. Стираю текущие ручьем из глаз слезы, бегу за ним.
Как он сказал. Помятая? Пошел он со своим мнением куда подальше.
У меня в груди разрастался нешуточным пламенем гнев.
Как он мог со мной так поступить? Предложил мне развод, заведомо понимая, что этим самым уничтожит меня. Ведь я только вчера ему об этом сказала.
Со злостью дергаю ручку к нам в спальню, но дверь вдруг оказывается закрытой.
– Миша! – срывающимся от волнения голосом зову его.
Муж не отвечает.
– Миша, открой! Нам нужно поговорить!
Но в ответ снова ни звука. Ах, он подлец. Мерзавец. Изменщик.
Он думает, что если вот так бросил мне пару фраз, то этим все и обойдется?! Нет, я этого так не оставлю. Я хочу выяснить все, что он скрывает от меня .
Я не буду молчать и подтирать платочком нос. Я не позволю ему так легко избавиться от меня, ничего не объяснив.
– Миша! – стучу в дверь кулаком, отбивая тонкую кожу. – Выходи! Я хочу поговорить…
Когда кулак уже нещадно начинает жечь, поворачиваюсь к двери спиной и начинаю барабанить в дверь пяткой.
Замок щелкает, спустя пару ударов ногой.
Я резко поворачиваюсь с намерением вылить на Мишу поток моих претензий и обид, но…
Увидев его, я моментально все забываю. Весь словарный запас иссякает. Я чувствую, как по щекам текут горькие слезы.
– Миш, – срывается плаксивое с губ, но муж даже не взглянув на меня, отодвигает небрежно со своего пути, так, будто я вещь какая-то ненужная, и направляется к выходу.
На нем строгий деловой костюм: белая рубашка и галстук. Он мне кажется таким отстраненным, таким холодным и чужим, что сердце заходиться от обиды. Закрыла рот руками. Как я могла упустить тот момент, когда он превратился в чужого мне человека. Когда он отвернулся от меня? Я не знаю. Я не могу вспомнить. Я так люблю его… Я так была им очарована, что кроме своей любви ничего не замечала.
– Я не понимаю, за что ты со мной так, Миша. За что? – бормочу сбивчиво.
Муж обувается. Накидывает на плечи куртку. Поворачивается ко мне:
– Хватит уже позориться, Марина. Я все уже решил для себя. Я не хочу с тобой жить. Я ухожу. Сегодня не жди меня. И будет лучше, если по моему возвращению ты уже прекратишь свою истерику.
– Миша… – из моих глаз не перестают литься слезы.
– Я все сказал, Марин. Брак с тобой был ошибкой.
– Ошибкой? Ты хочешь сказать, что я для тебя ошибка?
– Да, Марин.
