стороне от огня стоял старый котелок, чудом доживший до наших дней без единой дырки. Внутри все еще побулькивала густая жижа. Отшельник поднял с одного из пеньков деревянную миску, такой же ковшик и зачерпнул еды.
— Осторожно, горячее, — предупредил он, медленно передавая мне тарелку.
— Угу, — хмыкнул я и стал ждать ложку.
— Так, через край, — старик для пущего эффекта взял вторую тарелку и показал мне, как надо. — Только горячо, — повторил он.
— Угу, — снова хмыкнул я.
Суп был густой и вкусный, отдавал какими-то травами и пах странно. Впрочем, мяса я в нем не нашел, как и овощей. Но все же он был густым.
— Рецепт не спрашивай, — продолжал Отшельник, присаживаясь напротив меня. — Сам не знаю, как это получилось, но в этот раз довольно вкусно, раз ты так уписываешь за обе щеки.
— Я надеюсь, что это не какой-то там эксперимент. Где я? — покончив примерно с половиной тарелки, спросил я старика.
— В лесу, — последовал очевидный ответ.
— Это понятно. А конкретнее??
— У меня дома, — продолжал Отшельник.
— Вы издеваетесь?
— Нет, ничуть.
— Может, рядом есть другие люди?
— Безымянный, — захохотал старик, — ты или туповат, или мой суп на тебя так действует. Нет, ничего особого я туда не добавлял, не стоит переживать. Почему ты задаешь такие вопросы?
— Какие? — странно, но после слов Отшельника тупить я начал лишь сильнее. Тот вздохнул:
— Я же представился. Значит, живу я здесь один. Один — это когда рядом никого нет, понимаешь? — как маленькому ребенку начал разъяснять он.
— Я знаю, что это такое!
— А спрашиваешь, — тихо вздохнул старик. — Все же и так понятно. Ты — в лесу. Лес большой.
— Я видел, что там... нет, там! — я не сразу нашелся с направлением, — этот лес заканчивается.
— Ага. А дальше — луга и поля. И речка, кажется, была, — Отшельник не стал спорить. — Но до нее около сотни километров, мне кажется.
— И людей нет?
— Вообще никого, — кивнул Отшельник. — Только ты тут появился, а раньше я вообще один жил. И, знаешь, жил прекрасно! В этой безлюдной пустоте!
Глава 8. А дальше?
— Прости, но я, наверно, не расслышал, — я даже тарелку с супом от лица убрал. — Здесь никого нет??
— Никого, — повторил старый отшельник. — С момента, как я здесь поселился, никого нет. И не было! — он рассердился. — Столько лет никого не было! — внезапно он успокоился. — Потому я и расстроен, что мое уединение нарушено. Но не винить же мне тебя. Ты выглядишь... грязным.
— Еще бы мне таким не выглядеть!
— Проявил бы хоть немного благодарности! — возмутился старик дальше.
— А... — я смутился. — Извини. Спасибо за суп. Мне стало лучше.
— Другое дело. Теперь надо бы разобраться с тобой.
— Э-э-э...
— То, что ты не слишком сообразительный, я уже понял, — заявил отшельник.
— А ты весьма наблюдательный, — съязвил я.
— Еще один признак.
— Да хватит уже!
— С чего бы это? Ты нарушил мой покой, воспользовался моим гостеприимством...
— И что дальше? — я уже вскочил на ноги, ожидая от старика всего.
— Хм... дальше? — старец разгладил бороду, но она все равно вернулась к прежней форме: волнистой и немного косматой.
— Дальше, — кивнул я, постепенно смягчаясь.
Отшельник внимательно посмотрел на меня. Изучающе рассмотрел с ног до головы, всматриваясь в слой грязи на теле и штанах. Потом посмотрел и на лицо, словно надеялся оценить навскидку мою внешность — раз уж интеллект он прекрасно умел оценивать в разговорах.
— Я бы предположил, что ты, как хороший человек, хотя и... ладно, не в моих правилах оскорблять гостей, даже если они поначалу были не слишком вежливы. Поэтому оставим так: ты — хороший человек. А не помочь хорошему человеку я не могу.
Я затаил дыхание. Едва ли у Отшельника есть много вещей, которыми он мог бы со мной поделиться, но я уверен, что пара полезностей у него точно будет.
Во всяком случае, моя ситуация очень сильно напоминала старт. Самое начало большого, длинного-предлинного пути. А без помощи на старте начало может оказаться затянутым и избыточно скучным.
Но потом я задумался. Что может дать мне старик из реально полезного, раз сам живет... в хибаре? Мне не нужны деньги, а оружие в виде острого ножа у меня уже имеется. Так что мне нужно?
Сперва я подумал про карту. Карту, которая покажет мне путь за реку. Хотя бы до реки. А дальше уже посмотрим. Сто километров, как сказал старец. Ровно столько нет людей. Дальше они могут быть. А могут и не быть.
Но, допустим, сто километров я пройду. В темпе около двадцати километров в день, не больше. С остановками на ночлег — без этого мне пройти. То есть, пять суток, чтобы добраться до реки. А если не получится найти людей, то и вернуться обратно.
Значит, для меня сейчас наиболее полезна еда. Не портящаяся. А на летней жаре очень легко испортить даже питьевую воду, не только обычную еду. Поэтому список полезностей Отшельника очень и очень уменьшился даже после первой же разумной мысли.
Ну а если подумать еще, то, вероятно, и дать он мне ничего не сможет. Я думал дальше и расстроился по итогу настолько заметно, что даже на лице старика мелькнуло какое-то разочарование. Или обида.
— Только не говори, что ты еще и мысли читаешь.
— Нет, конечно. Я очень хорошо разбираюсь в людях. Вот по тебе сразу могу сказать, что твоя сообразительность, уж извини, что начинаю именно с нее, где-то на среднем уровне. Достаточно сил, а вот ловкость стоит развить, причем сделать это как можно быстрее. Хотя в этом мире везде правит именно сила. Или разум. Ловкачи попадают к тем и другим довольно часто.
Отшельник закончил говорить и устало прислонился к бревенчатой стене старого дома. Наговорил он достаточно, чтобы я понял — старик действительно разбирается в базовых параметрах по одному лишь внешнему виду.
— Ты прав, — я не стал спорить насчет очевидных вещей. — Но ты говорил, что ты сможешь мне помочь?
— Конечно, смогу.
