Через полчаса они вышли из кабинета и направились к автостоянке.
– Завтра вас не будет, но в последующем не пропускайте процедуры. Когда речь идет о физиотерапевтическом лечении, самое главное – система и порядок.
– Я знаю, завтра будет единственный день, когда я пропущу процедуру. – Капитан Гранин улыбнулся, и Зоя не смогла не ответить ему. Улыбка этого человека была удивительно обаятельной и доброй.
– Скажите, как случилось, что вас так покусал пес? – удивившись прочитанному в карте, спросила Зоя.
– Пришлось спасать мелкую собачку, которую мог сожрать бультерьер.
– То есть вы бросились спасать другую собаку и на вас накинулся этот самый бультерьер?
– Ну да, – кивнул Гранин, – ничего героического. И очень больно. Вы же видели – у меня в швах вся нога и руки тоже. Боялись за сухожилия. Но вроде…
– Господи, какой ужас! – ахнула Зоя. – Ну почему их водят без намордников?!
– Меня больше интересует, почему их владельцы без намордников, – нахмурился Гранин. – Там виноват был хозяин. Он спровоцировал свою собаку и не сумел с ней справиться. Или не знал как. Так что осторожно ходите мимо собачьих площадок.
– Да, вы правы. Иногда все дело в человеке. До свидания. – Зоя подошла к своей машине.
– До послезавтра, – помахал ей на прощание Гранин.
Всю дорогу от поликлиники до дома Зоя думала о том, что вот, например, ее знакомый актер Артур никогда бы не полез спасать чужую собаку. Он бы волновался о внешности, руках и ногах. А этот человек, такой бесстрашный, рискнул собой ради животного. «Нет, определенно, любовь к живым существам – это свидетельство обнадеживающее!» – осторожно подумала Зоя, открывая дверь своей квартиры.
Алексей Александрович Гранин отличался кротостью нрава и чрезвычайной нерешительностью. Как он умудрялся с таким «багажом» командовать морским судном, а затем управлять немаленьким подразделением в соответствующем ведомстве, понять никто не мог. Но у него это получалось, как и получалось совершать множество мелких благородных поступков. История со спасением несчастного шпица, которого чуть не загрыз бультерьер, тому подтверждение.
Его неплохая карьера, помимо всего прочего, объяснялась еще и тем, что манеры Гранина вводили в заблуждение. Он никак не выглядел грозным деловым соперником, скорее вызывал усмешку. Ему запросто поручали сделать важные дела, подразумевая, что он с ними не справится и чужая работа над его ошибками приведет к желаемой расстановке сил. Но каждый раз происходило чудо – Гранин успешно решал сложные задачи и с той же открыто-застенчивой улыбкой поднимался еще на одну ступеньку вверх.
Друзей у него было немного, коллеги о нем почти ничего не знали, ну, разве только стандартные анкетные данные. Зоя, заглянувшая в карту, сразу отметила графу «семейное положение» – Гранин был женат, детей имелось двое. «А, вот откуда этот слабый запах яичницы с салом!» – Зоя все еще помнила первую встречу и первое объятие.
Ночью она ворочалась в постели. И мысли ее вертелись вокруг семейного положения Гранина: «Жена, и только жена будет жарить такую многоступенчатую яичницу. Сначала шпиг надо в шкварки превратить, проследить, чтобы они не сгорели, а уж потом залить это дело яйцом!» Наутро она удивлялась тому, как быстро и безрассудно можно придумать любовь к человеку, о котором ничего не знаешь. «Не мое это, не мое, – решила она, глядя на себя в зеркало, – а потому оставим в покое все эти дамские ухищрения».
На работу Зоя стала приходить, как и раньше, – без макияжа и по-спортивному одетой. Она дала себе слово не разбивать семью, не портить жизнь другим и дождаться своего счастья, незамутненного и неразбавленного житейскими коллизиями. Зоя так решила, но кто бы ей объяснил, что подобные решения к реальности не имеют никакого отношения и что они – не что иное, как прелюдия к поступкам, которые прямо противоположны этим самым решениям.
И точно. Наступило послезавтра, Гранин явился на процедуру, и Зоя вручила ему баночку с мазью.
– Что это? Приворотное зелье? Так оно вам за ненадобностью! Вы настолько хороши собой, что… – рассмеялся Гранин.
Зоя тоже засмеялась, но потом строго пояснила:
– Этот бальзам изготовлен на травах, мажьте ваши раны. Не бойтесь, его делает моя хорошая знакомая – спортивный врач, мы на курсах вместе учились.
– А я и не боюсь! – весело сказал Алексей Александрович. – Спасибо вам, обязательно буду мазать.
Зоя кивнула и пояснила:
– Не хочу вас пугать, но раны потребуют длительного лечения. И шрамы останутся. Но вы же не девушка, в мини-юбке не ходите.
– Да, мини-юбки не ношу и на других не люблю, – рассмеялся Гранин.
– Это еще почему? Когда у женщины красивые ноги… – начала Зоя, покачав головой.
– Все равно не люблю. Люблю юбки до середины колена. Очень женственно получается.
– Согласна. Я чаще всего такую длину и ношу, – неожиданно для себя сказала Зоя.
– Вам можно носить все, что угодно. Вы почти совершенство! – галантно произнес Гранин. – Я это еще тогда, когда мы в дверях столкнулись, заметил.
«Он помнит! Он помнит эту встречу!» – Зоя залилась краской и в этот момент опять влюбилась в капитана Гранина. Куда только девалась ее принципиальность и осторожность, о чем она только подумала в это мгновение, когда вспомнились синие глаза перед самым ее лицом и крепкое нежное объятие. «Жена? И что?» – самонадеянно подумала Зоя и опять повела плечом, вздернула подбородок и скосила зеленые глаза. И опять Гранин замер от восхищения, наблюдая эту женскую игру.
– Вы – ведьма, – не скрывая нахлынувших чувств, произнес он. – Рыжая, с зелеными глазами. И вы бессовестно колдуете над людьми.
– Я – не ведьма. Я просто женщина, – обезоруживающе улыбнулась Зоя.
В ней проснулось то, что всегда являлось ее внутренней опорой. Это была убежденность в собственной исключительности, в собственной неповторимости и в том, что ее обязательно оценят по достоинству. В Зое проснулось уснувшее на время качество, которое помогало писать стихи и не обращать внимания на шипение конкурентов, которое помогало устоять на ногах в невзгодах, которое связывало ее с этим миром прочнее корабельного каната. Это прекрасное женское качество помогает самым невзрачным, самым блеклым и некрасивым представительницам слабого пола. Но в сочетании с Зоиной красотой уверенность в себе была сродни бронебойному оружию.
Каждый роман начинается по общим законам, но у каждых отношений своя точка отсчета. Зоя уже знала, что, если ее новый знакомый будет просить о встрече, она ответит «да». Она очень быстро своей женской душой распознала мужской интерес, который вряд ли ограничится поверхностным знакомством. Точкой отсчета их романа была фраза Гранина: «Мы знакомы очень недолго, и я об этом очень сожалею». За этой не совсем правильно построенной фразой Зоя увидела сигнал. Она поняла, что продолжение зависит только от нее, что Гранин для себя почти все решил.
– Мне тоже жаль, что мы не встретились раньше, – сказала Зоя и грустно улыбнулась. Произнесла она это искренне. Ей так теперь хотелось забыть историю с Артуром. За остальное прошлое ей было и не больно, и не стыдно.
…Во всяких отношениях есть зависимый и зависящий. Есть ведомый и ведущий. В паре Абрикосова – Гранин произошло смещение привычной расстановки сил. Зоя всегда (кроме истории с Артуром) была ведомой. В нее всегда влюблялись, ей делали предложение, она капризничала, отказывала, но в повседневной жизни, в повседневных отношениях всегда находилась в подчинении. Выглядело это так. Например, ее приглашали на концерт. Зоя долго отнекивалась и долго выбирала, куда именно хотела бы сходить. Потом она привередничала с датой, потом вдруг все отменяла, опять погружалась в афишу, опять долго выбирала, но в конце концов шла туда, куда вел ее раздраженный этой тягомотиной кавалер. И она шла, забыв о своей привередливости. Объяснение этой манере можно было дать только одно – Зоя добросовестно исполняла ритуал, а затем, отдав дань традициям, подчинялась. Впрочем, подчинение было возможно только до тех пор, пока это не касалось Зоиной свободы. К вопросам замужества и постоянных отношений она подходила здраво и никогда не действовала в ущерб своим интересам. Исключением была, как уже говорилось, история с Артуром.
Капитан Гранин, а Зоя именно так про себя называла своего знакомого, покорил ее своей нерешительностью и покладистым характером. Зоя сразу отмела все тревоги в отношении возможной потери собственной независимости и при этом сразу же воспылала желанием упрочить свое положение при этом человеке.
– Ты с ума сошла. Он – женат. У него дети, – в один голос воскликнули Соня и Люда.
